Страница 55 из 58
Латиняне предчувствовали приближающуюся для них катастрофу и всеми силами старались совратить униатов в католичество. Они не жалели денег на постройку церквей и часовен, чтобы только обратить к себе сердца народа. Католическое духовенство устраивало миссии и, переходя от одной церкви к другой, совершало в них торжественные богослужения с проповедями, часто на открытом воздухе, распространяло иногда недозволенные правительством книжки и производило большой соблазн среди униатского народа. Ксендзы продолжали крестить рождаемых от униатов детей в латинскую веру и не дозволяли униатским священникам собирать в костельных метриках справки о незаконно крещенных младенцах. Среди униатов повсюду рассевалась латинским духовенством ложь, доходящая до дерзости, на что указывает поступок управляющего Виленской епархией прелата Микуцкого, который письменно обнародовал выдуманный им якобы Высочайший указ о дозволении совращенным униатам оставаться в латинстве. Чтобы удержать униатов от перехода в православие, последние подвергались помещиками и ксендзами преследованиям. Эти усилия латинской партии помешать делу воссоединения обратили на себя внимание преосвященного Иосифа, и он постановил действовать решительно. Между тем шла добровольная подписка униатских священников о присоединении их к православию, и к концу 1838 г. численность подписавшихся доходила до 1305 человек.
Пользуясь этим, преосвященный Иосиф 1 декабря 1838 г. представил обер-прокурору Святейшего Синода Протасову записку о необходимости безотлагательного присоединения униатов к православию, проводя в ней ту мысль, что если все униатское духовенство, за малыми исключениями, дало согласие на присоединение, «то и народ станет православным, как скоро его пастыри станут православными». Вместе с этим он советовал не требовать согласия на воссоединение от всех униатских прихожан, а также и совершать над ними обряд присоединения, так как подобная мера может вызвать противодействующую агитацию со стороны помещиков среди их крепостных крестьян. Вместе с этим владыка Иосиф советовал оставить на время униатам и их духовенству некоторые обычаи, не касающиеся догматов и таинств. Записка Иосифа была передана графом Протасовым на рассмотрение митрополитов Московского и Киевского, и те согласились с мнением преосвященного Иосифа, что не следует медлить с окончанием этого дела.
Когда дело воссоединения было подготовлено, 12 февраля 1839 г. в г. Полоцке собрались все униатские епископы и там вместе с прочим знатнейшим духовенством составили акт от лица всей Униатской Церкви о воссоединении ее членов с православием. Акт был представлен императору Николаю I, и тот препроводил его на рассмотрение Святейшего Синода. Синод, рассмотрев соборный акт, одобрил его и сделал следующее постановление: «Епископов, священство и духовные паствы так именовавшейся доныне Греко-Униатской Церкви по священным правилам и примерам святых отцов принять в полное и свершенное общение Святой Православной Кафолической Восточной Церкви Всероссийской...» На докладе Святейшего Синода по делу воссоединения государь 25 марта 1839 г. собственноручно начертал: «Благодарю Бога и принимаю».
Высочайшее соизволение 30 марта было заслушано в полном собрании Синода. Синод вручил епископу Иосифу грамоту к воссоединенным епископам и духовенству, причем Иосиф возведен был в сан архиепископа и принял присягу. Затем Синод, возблагодарив Бога, сделал распоряжение о приведении монаршей воли в исполнение. Всех униатов в это время присоединилось около двух миллионов человек.
В память воссоединения униатов вычеканена была особая медаль. На одной стороне медали изображен был нерукотворенный образ Спасителя с надписью сверху: «Такова имамы первосвященника» (Евр 8,1), а внизу: «Отторженные насилием (1596) воссоединены любовью (1839)»; на обратной стороне изображен восьмиконечный крест в лучезарном сиянии с надписью сверху: «Торжество Православия», а внизу: «25 марта 1839 г.»
Так закончила свое существование Литовская церковная уния, принесшая Западно-Русскому краю столько зла.
Закончив дело воссоединения униатов с Православной Церковью, архиепископ Иосиф Семашко принял на себя тяжелый подвиг утверждения воссоединенных в православии. Вся его дальнейшая деятельность была направлена на устранение остатков латино-униатской старины, перевоспитанию духовенства на православных началах, улучшению его быта, обновлению и украшению храмов и охранению православной паствы от усилившейся латинской пропаганды. Одной из главных забот его была забота об образовании. В 1845 г. Литовская духовная семинария перенесена была из Жировиц в Вильну и помещена в здании Троицкого монастыря. Об этом учебном заведении архиепископ Семашко заботился как отец, и благодаря его неусыпной опеке и наблюдению семинария была поставлена как в учебном, так и в воспитательном отношении на должную высоту. Мало того, он обратил внимание и на народное образование, приказав священникам в каждом приходе завести приходскую школу. Думал он также основать в Вильне и духовную академию, но это ему почему-то не удалось. Заводя мужские учебные заведения в Литве, архиепископ Семашко позаботился и о женском образовании. В 1861 г. он основал в Вильне училище для девиц духовного звания и выхлопотал для него 90 стипендий.
После 1863 г. в Северо-Западном крае обнаружилось движение к возвращению в православие и католиков-простолюдинов, насильно загнанных в католичество в прежнее время. Движение это было вызвано всей совокупностью недавно совершившихся важных событий, но более всего — необыкновенным подъемом духа среди местного православного духовенства, сильно влиявшим на окружавшую его среду латинян. Уже в 1864 г. к православию присоединилось 1620 человек католиков, в том числе немало шляхты, дворян и мещан. Но это было только начало того массового присоединения, которое обнаружилось в последующие два года. Так, только в Литовской епархии в 1865 г. присоединилось 4254 человека, а в 1866 г. — до 25 194 человек. Вот что говорит преосвященный Иосиф об этих присоединениях в своих записках: «После восстания многие из католиков, даже некоторые ксендзы, усомнились в собственном законе и спрашивали себя: может ли быть святой и истинной та вера, которая поощряет измену, клятвы и преступления, которой пастыри позволяют себе призывать свои паствы к восстанию или даже сами ведут их на грабеж и убийства, и проливают кровь собственными руками, обыкновенно приносящими Бескровную Жертву Всевышнему».
Нужно отдать справедливость, что проявившееся среди католиков движение в пользу присоединения их к православию было плодом того святого дела, которое владыка Иосиф положил в основу западно-русской жизни, и, хотя он не был инициатором этого движения, оно тесно связано с его авторитетным именем. На закате дней владыки оно затихло, а после его смерти и совсем заглохло.
За свои пастырские, сверхчеловеческие труды и ревность к православно-русскому делу владыка Иосиф Семашко еще в 1852 г. возведен был в сан митрополита с наименованием «митрополит Литовский Виленский».
А 23 ноября 1868 г. великого архипастыря не стало.
Глава XXIV
ВОССОЕДИНЕНИЕ ХОЛМСКИХ УНИАТОВ (1875)
Движение в пользу воссоединения с православием проявилось среди униатов Холмского края еще в 40-х гг. XIX в. Во время обозрения преосвященным Иосифом Семашко церквей Литовской епархии в 1837 г. некоторые лучшие и благомыслящие униатские священники Холмской епархии (20 человек) обратились к нему с частной просьбой о защите 300 тыс. Холмских униатов от окончательного порабощения латинянами. Это были пока робкие начинания одних только униатских священников без их паствы. Но после совершившегося в 1839 г. воссоединения с Православной Церковью западнорусских униатов, влечение к воссоединению проникло и в холмский народ и разрешилось в 1875 г. присоединением к православию всех униатов Холмского края.
Воссоединение холмских униатов началось уже в 1840 г. В начале этого года 32 семейства крестьян с. Люхово Люблинской губернии обратились с прошением к наместнику царства Польского о принятии их в лоно Православной Церкви и о назначении к ним православного священника. Прошение люховцев доложено было государю, который повелел исполнить их просьбу. По сношению с Литовским архиепископом Иосифом Семашко в Люхово был назначен священник из Литвы Игнатий Гинтовт и два причетника. К православию тогда присоединилось 323 человека люховских сельчан.