Страница 52 из 60
состоялось освящение собора. Был он некоторое время благочинным монастырей петербургской епархии. Архим. Игнатий пользовался исключительным уважением и расположением имп. Александра III, императриц Александры Феодоровны и Марии Александровны. Помощниками в духовном окормлении братии были родные его братья, отцы Платон и Макарий. Архим. Игнатий вел подвижническую жизнь, обладал даром прозорливости; духовно близок был с о. Иоанном Кронштадтским, напутствовавшим его при переходе в 1898 г. в вечность. При рассмотрении проектов построения храма Воскресения на крови в Петербурге был одобрен Академией и утвержден имп. Александром III проект архим. Игнатия. Современником владыки Игнатия был епископ Феофан, из своего позднейшего затвора в Вышенской обители поддерживавший тысячи людей в их духовной жизни, обличавший пороки и предвещавший опасности, грозящие России. Сын сельского священника Орловской епархии, Георгий Говоров, родился в 1815 г. Обучался он в Киевской Академии, приняв постриг еще до окончания курса. Окончив курс магистром, он последовательно был исп. должность ректора киево-софийских дух. училищ, ректором новгородской семинарии, профессором и помощником инспектора Петербургской Академии.
Был он затем членом духовной миссии в Иерусалиме, ректором олонецкой семинарии, настоятелем посольской церкви в Константинополе, ректором петербургской академии, с поручением наблюдать за преподаванием Закона Божия в светских учебных заведениях столицы. В 1859 г. архим. Феофан был поставлен епископом тамбовским, в 1863 г. переведен во Владимир. Владыка много ездил по епархии, всем сердцем жил с пасомыми, был замечательным проповедником. С детства его более всего привлекал Святитель Тихон, пример которого и побудил его оставить епархию и стать духовным кормильцем всего русского народа. В 1866 г. он удалился в Успенскую Вышенскую пустынь, тамбовской епархии. С 1872 г. до самой кончины его в 1894 г. он пребывал в полном затворе. "В свободное от молитвы время святитель-подвижник Предавался богомыслию, и плодом его вдохновенных созерцаний явились его духовно-литературные труды... Все, что писал Вышенский затворник, извлечено было из пережитого им духовного подвига и запечатлено самобытною свежестью и глубокой жизненностью. Полные духовно-благодатного помазания, писания святителя Феофана не только побуждают христианина грешника к покаянию, исправлению и благодатному обновлению жизни во Христе, но и ведут к действительному примирению с Богом, с людьми и с своею совестью, указывая самые надежные, Богом дарованные, средства к достижению всего этого.
Считая необходимым на ряду с духовным занятием иметь "какое-либо нехлопотливое рукоделье", святитель Феофан в короткие промежутки между молитвой и умственными трудами занимался иконописью, резьбой по дереву, токарным, столярным и переплетным мастерствами. Иногда он летом, в ясную погоду по вечерам, любил производить наблюдения над небесными светилами посредством телескопа. Глубоко сострадая неимущим, Святитель Феофан всю свою архиерейскую пенсию рассылал вдовам, сиротам, и прочим нуждающимся (оставляя себе лишь небольшую часть для покупки любимых книг); особенно много благотворений делалось им пред праздниками Рождества Христова и Пасхи. Еще обширнее были его дела милости духовной, состоявшей в его громадной переписке, которой он посвящал немало времени. Ежедневно со всех концов России поступали к нему, иногда сразу в количестве нескольких десятков, письма с выражением духовных и телесных скорбей, и ни одно из них не оставлялось им без ответа. Из тиши своего затвора, всегда зорко следя за всеми явлениями церковной и общественной жизни, он горячо вооружался по поводу уклонений ее от истинного пути,, а в своих письмах ревностно изобличал заблуждения современных ему пашковцев, ирвингиан и толстовцев, побуждая и других противопоставлять им "духовное воинство".
Всего в настоящее время имеется в печати десять книг собрания писем святителя Феофана, представляющих истинное духовное сокровище. Вообще в лице святителя Феофана, посвятившего всю свою жизнь служению спасения ближних, мы имеем, как писал о нем Высокопреосвященный Никандр, архиеп. Виленский (Владыка Никандр Молчанов, архиеп. Литовский и Виленский, 1852-1910, магистр богословия, быв. ректором Петербургской дух. академии), общего христианского учителя при его безмолвии, общественного деятеля — в затворе, церковного проповедника, всюду слышимого, хотя и не являвшегося в последнее время на церковной кафедре; миссионера —
И русский православный народ глубоко почитает память святителя-затворника, молясь об упокоении его души и возжигая свечи у его гробницы с молитвенными прошениями к нему о помощи в Своих нуждах" (С.В. Булгаков. Настольная книга для священно церковнослужителей. Изд. III. Киев. 1913). В царствование имп. Александра II, при освобождении в 1861 г. крестьян от крепостной зависимости, монастырям, в замен прежней казенной прислуги, было ассигновано до 168200 руб. на наем таковой. Постепенно увеличивались штатные суммы на содержание обителей; к 1890 г. они возросли до 425.000 р. В 1876 г. братство афонского Пантелеймонова (Руссика) мон. задумало устроить обитель на Кавказе на месте погребения Ап. Симона Кананита и послало туда иноков, которым удалось для этого получить в дар монастырю 427 десятин земли в Абхазии, в 25 в. от Сухума, на берегу Черного моря. В 1876 г. для руководства работами был послан иером. Иерон (Васильев). Крестьянин костромской губ., род. ок. 1830 г., образования домашнего, он с 1862 г. был послушником Пантелеймонова мон. Наделенный от природы большими способностями, сильным умом, неутомимою энергией и великими силами души, будучи иноком-подвижником, о. Иерон выработал из себя опытного архитектора и художника-инженера. Он решительно занялся постройкой зданий. Вспыхнувшая вскоре война с Турцией повлекла разграбление и сожжение устроенного им. По окончании войны иг.
Иерон вскоре восстановил монастырь. В 1879 году освящена была новая церковь. В 1889 г. он поставлен был архимандритом. Им восстановлен древний храм во имя св. Ап. Симона Кананита. Архим. Иерон создал большое монастырское хозяйство — фруктовые сады, виноградники, водопровод, электрическое освещение и пр. В XIX в. штатных монастырей (с определенным содержанием от казны) учреждалось немного, но общее число их сильно возросло. Имело в этом отношении значение присоединение Грузии и Бесарабии и обращение униатских монастырей — в православные. Всего более содействовало увеличению монастырей учреждение т. н. женских общин. Последние начали создаваться с издания штатов 1764 г. и состояли из сестер, исполнявших монастырские правила, но без пострижения, в роде послушниц и белиц. В эту страшную эпоху для монастырей многие послушницы и белицы остались на произвол судьбы, после закрытия невошедших в штаты женских обителей и перевода их монахинь в штатные монастыри. Они оставались жить на прежних местах или селились при церквах, содержались милостынею от окрестных жителей. Последним они служили уходом за больными, обучением детей и пр. Постепенно в разных местах стали возникать и другие общины с целью давать приют женщинам, посвящающим себя Богу без пострижения, для служения ближним при общинных больницах, приютах, училищах и пр. Многие общины потом сделались настоящими женскими монастырями.
Из 127 общин, возникших до 1890 г., до 78 преобразованы в общежительные обители. Число их потом все возрастало. Некоторые из них, образовавшиеся в раскольничьих местностях или среди инородцев и иноверцев Западного края, имели особенно важное значение, быв благотворными источниками просветительного и нравственного влияния на обширные округи. Таковым был напр., известный Богородицкий Леснинский мон., основанный в 1889 г. из существовавшей с 1884 г. женской общины. Находился он в посаде Лесно в 12 в. от г. Янова и состоял сначала в Холмеко-Варшавской епархии, а затем самостоятельной Холмской. Община создалась для ограждения местного православного населения от латино-польской пропаганды. При монастыре имелась школа с большим интернатом для детей, в котором их обучали разным прикладным знаниям. Настоятельницей монастыря состояла матушка Екатерина (гр. Ефимовская; Во время первой мировой войны монастырь эвакуирован был в Шабский Вознесенский м. в Бесарабии, оттуда — в Хоповский мон. в Югославии, позже — в Фуркэ, вблизи Парижа). В 1881 г. право открытия новых обителей и общин предоставлено было Свят. Синоду, без испрашивания на то Высочайшего разрешения, если при этом не встречалось надобности в назначении казенных средств. В 1893 г. К.П.