Страница 73 из 110
Симеонъ, всѣмъ сердцемъ и любовію къ Нему разгорѣся: „Познав же, что это был Бог и Господь его, он с дерзновением спросил Его: – Господи, как Тебя распяли иудеи? Господь же, распростерши Свои руки крестообразно, сказал ему: – Вот так Меня распяли иудеи; впрочем Я Сам благоизволил дать Себя на распятие. Ты же мужайся и крепись, сраспинаясь Мне во все дни жизни своей" [MI]. Извѣщенный въ откровеніи о имѣющемъ быть нападеніи на Антіохію Хозроя, св. Дивногорецъ молится Богу о томъ, чтобы Онъ отвратилъ Свой праведный гнѣвъ и услышалъ голосъ Божій: „Вот до Меня дошел вопль грехов города сего; поэтому Я разгневался на сей город и погублю его, послав на него огонь, меч и смерть. За то, что город сей раздражил Меня грехами своими, Я отдам его в плен народу неразумному" [MII]. Объ этомъ видѣніи св. Симеонъ Дивногорецъ разсказывалъ приходившимъ къ нему изъ Антіохіи благоговѣйнымъ людямъ и призывалъ всѣхъ къ покаянію" [MIII]. Какъ понять бесѣду св. Симеона съ Богомъ? Это высшая форма откровенія, по мнѣнію преосвящ. Хрисанѳа, есть всего болѣе духовная и всего менѣе чувственная или внѣшняя. Она означала непосредственное знаніе божественной мысли, непосредственное общеніе человѣческаго духа съ Духомъ Божіимъ [MIV]. Какой же нравственный смыслъ заключается въ подобныхъ откровеніяхъ? Такъ какъ исходной точкой всѣхъ благихъ дѣйствій, пишетъ преосв.
Ѳеофанъ, благодатнаго возбужденія служитъ живое сознаніе новаго божественнаго порядка, то милосердый Господь различнымъ образомъ раскрываетъ предъ сознаніемъ обращаемаго Свой божественный міръ, въ которомъ опредѣлено служить человѣческому духу; раскрытіе этого божественнаго чина производится двоякимъ образомъ: а) иногда тотъ самый порядокъ весь или въ частяхъ видимо, ощутительно, самымъ дѣломъ представляется человѣку и б) иногда же духъ человѣка вводится въ него и ощущаетъ его внутренно. Такъ, иногда самый міръ небесный и особенно его чинъ и какъ-бы основныя начала живописуются предъ невѣдущимъ сознаніемъ въ поразительномъ какомъ-либо образѣ, какъ напр. св. Симеону Дивногорцу представленъ былъ весь міръ св. ангеловъ въ противоположность полчищу темныхъ силъ [MV]. Иногда дается осязательно ощутить невидимую нѣкоторую силу, среди видимыхъ силъ и явленій дѣйствующую, но разительно отличную отъ нихъ и исходящую изъ иного міра [MVI].
Затѣмъ, мы имѣли случай замѣтить, что св. столпники сподоблялись видѣній въ сонномъ состояніи. Въ дополненіе къ приведеннымъ откровеніямъ укажемъ еще нѣсколько сновидѣній. Такъ, св. Іоаннъ столпникъ во снѣ видѣлъ „божественную нѣкую силу, имущую въ десницѣ сотъ медовный и изгнѣтающую надъ главою отрока Симеона, и течаше медъ отъ сота по главѣ его". Монахъ Пильскаго монастыря во снѣ видѣлъ „свѣтоноснаго голубя, дверцами къ св. Симеону влетѣвша и по часѣ излетѣвша, и выспрь къ небеси паряща"; нѣкоторые изъ братіи того же монастыря видѣли во снѣ 3 чертога, а въ нихъ 3 престола, на которыхъ лежали 3 вѣнца; на вопросъ ихъ – кому эта слава уготована? былъ отвѣтъ: Симеону отроку [MVII].
Нѣкоторыми за видѣніями святыхъ полученными во снѣ не признается никакого нравственнаго смысла, а самыя видѣнія считаются бредомъ разстроеннаго воображенія святыхъ, галлюцинаціями, т. е. ощущеніями, образующимися безъ внѣшняго раздражителя. Профессоръ П. И. Ковалевскій говоритъ, что видѣнія могутъ вызываться внѣшней обстановкой, располагающей къ мечтательности. „У мечтательныхъ людей, особенно рѣзко выражена образная жизнь. У нихъ главную роль играютъ образныя представленія и ощущенія. Путемъ постояннаго упражненія образность эта бываетъ столь велика, что она подавляюще дѣйствуетъ на мышленіе. Область видѣній – достояніе людей суевѣрныхъ, фанатиковъ" [MVIII]. Въ книгѣ чудесъ, въ физіологіи незримаго міра Дебэ, переведенной на русскій языкъ въ 1864 г., пишется: „эпидимическое распространеніе отшельничества есть бичъ государства. Однимъ изъ патологическихъ послѣдствій аскетической жизни, которой посвящали себя монахи и отшельники, было сосредоточеніе нервной жидкости въ одномъ пунктѣ мозга и происходящія отъ того видѣнія. Если кажущійся сверхъестественнымъ фактъ не повторяется болѣе, то можно смѣло ручаться, что это обманъ и тогда должно отвергнуть его" [MIX].
Въ виду такого взгляда на видѣнія является необходимость разсмотрѣть вообще видѣніе съ нравственной точки зрѣнія, предпославъ ей нѣсколько словъ о томъ, какъ священное писаніе вообще относится къ явленіямъ психической жизни человѣка.
Сны, по ученію священнаго Писанія, бываютъ средствомъ нравственнаго наставленія человѣка, при непосредственномъ воздѣйствіи въ этомъ случаѣ высшаго духовнаго міра. Совѣсть, руководящая человѣкомъ, можетъ, по ученію свящ. писанія, получать, такъ сказать, въ подкрѣпленіе себя непосредственныя божественныя указанія во время сна человѣка. Такъ, Богъ являлся ночью во снѣ Авимелеху угрожающимъ и увѣщавающимъ за Сарру жену Авраама [MX] и Лавану [MXI]. Жена Пилата проситъ своего мужа не дѣлать ничего Праведнику „много бо пострадахъ днесь во снѣ Его ради" [MXII]. Въ книгѣ Іова разсказывается о явленіи такого рода съ цѣлью показать человѣку его грѣховность и ничтожество: „возглаголетъ Господь, говоритъ Еліусъ, во сне, в ночном видении, когда сон находит на людей, во время дремоты на ложе. Тогда Он открывает у человека ухо и запечатлевает Свое наставление, чтобы отвести человека от какого-либо предприятия и удалить от него гордость, чтобы отвести душу его от пропасти и жизнь его от поражения мечом" [MXIII]. Такіе сны останавливаютъ человѣка на пути его къ погибели, заставляютъ его размыслить о своемъ поведеніи и служатъ, такимъ образомъ, однимъ изъ безчисленныхъ предупредительныхъ благодатныхъ средствъ, доказательствомъ неисчерпаемаго милосердія Божія къ человѣку. Далѣе, изъ свящ.
писанія извѣстны такіе сны, въ которыхъ Богъ открывалъ людямъ Свою волю относительно какого-либо обстоятельства и въ которыхъ даетъ имъ свѣдѣнія о такого рода будущихъ событіяхъ, какія не могутъ быть предвидимы человѣкомъ. Таковы сны Навуходоносора, св. Даніила пророка и др. Если такія сновидѣнія посылаются человѣку, избранному Богомъ для возвѣщенія Его воли людямъ, то они суть пророческія сновидѣнія въ собственномъ смыслѣ. Такимъ характеромъ и отличались сновидѣнія св. Дивногорца, который предъ нашествіемъ на Антіохію Хозроя видѣлъ взятіе города, слышалъ вопли и плачъ жителей, одни изъ которыхъ были убиваемы, другіе – отводимы въ плѣнъ и др. подробности, въ видѣніи же ему было сообщено, что мѣсто около столпа будетъ безопасно [MXIV], а также и св. Симеона І-го о нашествіи персовъ и скиѳовъ [MXV]. Нравственный смыслъ сновидѣній опредѣляется самими же житіями св. столпниковъ. Св. Дивногорецъ разсказывалъ о бывшемъ ему видѣніи нѣкоторымъ антіохійцамъ и призывалъ ихъ къ покаянію. Послушавшіе его и оставшіеся у его столпа, остались невредимы. Также, персы и скиѳы совсѣмъ уже приготовились на брань, но молитвами св. Симеона были остановлены въ своемъ намѣреніи [MXVI].
Смыслъ сновидѣній и видѣній св. Дивногорца св. столпникъ Іоаннъ, послѣ того какъ разсказалъ ему св. Симеонъ о видѣніи имъ рая, объяснилъ такъ: „благословенъ Богъ, о чадо, давый тебѣ благодать такую". Значитъ, видѣнія – это та сила благодати Божіей, которая укрѣпляла, съ одной стороны св. подвижниковъ въ аскетическихъ подвигахъ [65], – а съ другой – наставляла и вразумляла грѣшниковъ [66].
Поэтому, сновидѣнія св. столпниковъ служили для нихъ и для общества предостерегающимъ и руководящимъ средствомъ въ дѣлѣ нравственнаго усовершенствованія. Опытъ показываетъ, что видѣнія, особенно соединенныя съ обмороками, глубоко проникаютъ въ сердце человѣка, сильно потрясаютъ его душу и почти всегда сопровождаются рѣшйтельною перемѣною жизни. Такъ, удачная борьба во снѣ съ страшнымъ эѳіопомъ и награжденіе отъ ангела драгоцѣнными вѣнцами съ обѣщаніемъ еще большихъ наградъ, вызвали св. Андрея на трудное поприще „юродства", а видѣніе Бога въ образѣ царя укрѣпило его на этомъ поприщѣ [MXVII]. Видѣніе св. Даніиломъ столпа св. Симеона побудило его избрать подвигъ „столпничества" [MXVIII]. Св. Алипій послѣ бывшихъ ему сновидѣній стремится въ безлюдной пустынѣ водворить и водворяетъ „славословіе Богу", и самъ восходитъ на столпъ [MXIX]. Св. Никита Переяславскій, пораженный видѣніемъ, сразу измѣняетъ свой образъ жизни и принимаетъ подвигъ „столпничества".