Страница 129 из 150
Конечно Тотъ, Кто управляетъ судьбою міра и каждаго, лучше знаетъ, для чего жизнь и для чего смерть; но признаюсь, иногда трудно понять и не меньше трудно оторвать мысль отъ пониманія непонятнаго. Здоровье маменьки теперь, слава Богу, начинаетъ поправляться. Вчера она въ первый разъ вы?хала нав?стить меня, который немного простудился. Жена моя тоже нездорова. Она въ 8 мъ м?сяц? и очень боится девятаго. У насъ вообще въ воздух? какія то особенныя бол?зни, соединенныя съ сильнымъ нервнымъ разстройствомъ. Н?которые изъ лучшихъ докторовъ говорятъ, что надобно изм?нить прежнія системы л?ченія, потому что бол?зни принимаютъ какой то новый характеръ. Жена моя хот?ла сама писать къ Вамъ, но не въ состояніи теперь этого сд?лать. Она поручила мн? сказать Вамъ, что Ваша строгость съ Вашею маленькою Сашенькой можетъ быть очень легко зам?нена другимъ средствомъ, которое изв?стно ей по многимъ опытамъ. Вм?сто наказаній, которыя въ этомъ случа? р?дко, и очень р?дко приносятъ пользу, нуженъ только бдительный надзоръ няньки или того, кто смотритъ за ребенкомъ....
Въ недокончанномъ и непосланномъ письм? моемъ я изложилъ Вамъ подробно о Москвитянин?, и причины, меня побудившія взять его на свои руки, и ц?ль мою, и планъ, и надежды, и опасенія. Теперь постараюсь изложить одно существенное. Тому года три, я просилъ К. В.82 справиться гд? сл?дуетъ, могу ли я писать и участвовать въ журналахъ: ему отв?чали, что мн? былъ запрещенъ Евр. (этому теперь 13 л?тъ), но не запрещалось никогда писать гд? хочу, и что Пол. и Над.83 не только пишутъ, но и сами издаютъ другіе журналы посл? запрещенія своихъ. Теперь, передъ условіемъ съ Погод, я спрашивалъ сов?та гр. Стр.84, и онъ полагалъ, что почитаетъ участіе мое возможнымъ. Но Погодина имя (и) отв?тственность не могутъ быть сняты безъ особаго разр?шенія, для котораго нужно время. Въ то же время Погод. ув?домилъ Министра о передач? мн? редакціи, изъ чего явствуетъ, что хотя я издаю подъ чужимъ именемъ, но не обманомъ, не изъ подъ тишка, а съ в?дома правительства. Между т?мъ въ стихахъ Вашихъ имени моего не пропустили, потому что Вы говорите о моемъ журнал?. Причины, побудившія меня взяться за это д?ло, были частію личныя слабости, частію умственныя уб?жденія. Личныя заключаются въ томъ, что 1 е я удостов?рился, что для д?ятельности моей необходимо вн?шнее побужденіе, срокъ, не отъ меня зависящій. 2 е, журнальная д?ятельность мн? по сердцу. 3 е, въ уединенной работ?
я такой охотникъ gr?beln, что каждая мысль моя идетъ ракомъ. Въ журнал? вн?шняя ц?ль даетъ ей границы, и показываетъ дорогу. Къ тому же во мн? многое дозр?ло до статьи, что далеко еще не дозр?ло до книги. Выраженное въ отрывкахъ, оно придвинетъ меня къ полн?йшему уразум?нію того, чт? мн? недостаетъ. Къ тому же д?ятельность, возбужденная вн?шними причинами, можетъ быть обратится въ привычку (хотя въ посл?днемъ я кр?пко сомн?ваюсь). Сверхъ всего этого я им?лъ въ виду и то, что если журналъ пойдетъ, то дастъ мн? возможность не жить въ деревн?, которую я не ум?ю полюбить несмотря на многол?тнія старанія, и позволитъ мн? жить въ Москв?, которую я, также несмотря на многія старанія, не ум?ю отд?лить отъ воды, отъ воздуха, отъ св?та. Таковы были личныя причины. Важн?е этого было то обстоятельство, что многіе изъ моихъ Московскихъ друзей объявили мн?, что моя редакція Москвит. будетъ для нихъ причиною д?ятельности. Но надъ вс?мъ этимъ носилась та мысль, или можетъ быть та мечта, что теперь именно пришло то время, когда выраженіе моихъ задушевныхъ уб?жденій будетъ и не безполезно и возможно. Мн? казалось в?роятнымъ, что въ наше время, когда Западная словесность не представляетъ ничего особенно властвующаго надъ умами, ни какаго начала, которое бы не заключало въ себ?
внутренняго противор?чія, ни какаго уб?жденія, которому бы в?рили сами его пропов?дники, что именно теперь пришелъ часъ, когда наше Православное начало духовной и умственной жизни можетъ найти сочувствіе въ нашей такъ называемой образованной публик?, жившей до сихъ поръ на в?ру въ Западныя системы. Христіанская истина, хранившаяся до сихъ поръ въ одной нашей церкви, не искаженная св?тскими интересами папизма, неизломанная гордостью саморазум?нія, неискривленная сентиментальною напряженностію мистицизма, – истина самосущная, какъ сводъ небесный, в?чно новая, какъ рожденіе, неизб?жная какъ смерть, недомыслимая, какъ источникъ жизни, – до сихъ поръ хранилась только въ границахъ духовнаго Богомыслія. Надъ развитіемъ разумнымъ челов?ка, надъ такъ называемымъ просв?щеніемъ челов?чества господствовало нач?ло бол?е или мен?е искаженное, полу языческое. Ибо мал?йшее уклоненіе въ приц?л? кладетъ пулю въ совершенно другую м?ту. Отношеніе этого чистаго Христіанскаго начала къ такъ называемой образованности челов?ческой составляетъ теперь главный жизненный вопросъ для вс?хъ мыслящихъ у насъ людей, знакомыхъ съ нашею духовною литературою. Къ этому же вопросу, дальше или ближе, приводятся вс?, занимающіеся у насъ древне русскою исторіей. Сл?д. я могъ над?яться найти сочувствіе въ развитіи моего уб?жденія.
Вотъ почему я р?шился испытать журнальную д?ятельность, хотя и знаю, что неудача въ этомъ случа? была бы мн? почти не подъ силу. Я говорю не подъ силу въ нравственномъ отношеніи, потому что въ финансовомъ я не рискую. Издателемъ остается Погодинъ, съ его расходами и барышами, покуда будетъ такое количество подписчиковъ, что мн? можно будетъ безъ убытка заплатить ему изв?стную сумму за право изданія. Но если журналъ не пойдетъ, не встр?титъ сочувствія, то эта ошибка въ надеждахъ в?роятно уже будетъ посл?днимъ изъ моихъ опытовъ литературной д?ятельности. Представьте жъ, каково было мое положеніе, когда въ конц? Декабря я увид?лъ, что для 1 го №, который долженъ былъ р?шить судьбу журнала, у меня н?тъ ничего, кром? стиховъ Языкова, моихъ статей и маменькиныхъ переводовъ. Присылка Вашихъ стиховъ оживила и ободрила меня. Я почувствовалъ новую жизнь. Потомъ получилъ Слово Митрополита. За три для до выхода книжки выказалъ Погодинъ сказку Луганскаго, таившуюся у него подъ спудомъ. Прошу сказать мн? подробно Ваше мн?ніе объ этомъ номер?: оно будетъ мн? руководствомъ для другихъ. Отрывокъ изъ письма Вашего объ Одиссе? нельзя было не напечатать. Это одна изъ драгоц?нн?йшихъ страницъ нашей литературы. Тутъ каждая мысль носитъ с?мена совершенно новаго, живаго воззр?нія.
Одиссея Ваша должна совершить переворотъ въ нашей словесности, своротивъ ее съ искусственной дороги на путь непосредственной жизни. Эта простодушная искренность поэзіи есть именно то, чего намъ недостаетъ и, чт? мы, кажется, способн?е оц?нить, ч?мъ старые хитрые народы, смотрящіеся въ граненыя зеркала своихъ вычурныхъ писателей. Живое выраженіе народности Греческой разбудитъ понятіе и объ нашей, едва дышущей въ умолкающихъ п?сняхъ. Кстати къ п?снямъ, изъ собранія, сд?ланнаго братомъ, одинъ томъ уже почти годъ живетъ въ Петербургской цензур?, и судьба его до сихъ поръ еще не р?шается. Они сами знали только п?сни иностранныя, и думаютъ, что русскія – секретъ для Россіи, что ихъ можно не пропустить . Между русскими п?снями и русскимъ народомъ – Петербургская цензура! Какъ будто народъ пойдетъ спрашиваться у Никитенки, какую п?сню затянуть надъ сохою. Братъ мой недавно прі?халъ изъ деревни и помогаетъ мн? въ журнал?. Адресъ мой: Въ Большомъ Знаменскомъ пер., подл? церкви Ржевской Божіей Матери, въ дом? Бернгардъ. Адресъ матушки: Противъ Пожарнаго депо въ приход? Покрова въ Левшинахъ въ дом? г жи Воейковой. Калачи Московскіе спрашиваютъ у меня всякій день, когда Василій Андреевичъ будетъ насъ кушать? Что прикажете имъ отв?чать? Надолго ли у?халъ отъ васъ Гоголь? Если будете писать ко мн?, если доставите мн? эту истинную радость, то скажите что нибудь объ немъ.
Особенно хот?лось бы мн? слышать отъ Васъ о томъ сильномъ религіозномъ направленіи, которое кажется теперь овлад?ло имъ. Откуда оно развилось, куда идетъ и до куда дошло. Страшно, чтобы въ Париж? не подольстились къ нему Іезуиты. Изучалъ ли онъ особенно нашу Церковь?
Баронъ Черкасовъ зд?сь, а братъ его, не баронъ, въ деревн? подл? насъ. Мы видались довольно часто. Онъ челов?къ очень зам?чательный, чисто нравственный, не шутя в?рующій, и живущій по уб?жденію. Мачиха отдала ему свое им?ніе. А онъ изъ благодарности посвящаетъ ей и ея д?тямъ свою жизнь, занимается ея хозяйствомъ, снимаетъ планы съ ея земель и работаетъ съ утра до вечера, какъ только позволяетъ ему его разстроенное здоровье.