Страница 14 из 31
В заключение, блаженный Максим три раза повергался пред собором, умоляя о помиловании ради милости Божией, ради немощей человеческих, — со слезами просил простить ему ошибки, если какие и допущены им в книгах. Максима оставили и после сего суда под запрещением церковным; но не малым облегчением для него было то, что послали его в Тверь, под надзор добродушного епископа Акакия. Акакий принял его милостиво и обходился с ним приветливо, — он даже приглашал его к своей трапезе. Особенно приятно было для Максима, что он теперь мог читать книги и писать. В 1532 году написал он для себя самого «мысли, какими инок скорбный, затворенный в темнице, утешал и укреплял себя в терпении».
По смерти великого князя Василия (1534 г.), преподобный решился дать публичное оправдание в возведенных на него винах. В «Исповедании веры» он предложил свое верование, вполне православное; потом показал, что еретическими и неумными словами наполнены не те книги, которые им исправлены, а те, которые противники его считали за святыню. «Свидетель мне, писал он, Господь наш Иисус Христос, Бог истинный; — много у меня беззаконий, но не знаю я за собою никакой хулы против святой, христианской веры». 0 называвших его врагом России сказал он: «да не вменит им Господь того в согрешение тяжкое»! В заключении же умолял отпустить его в Афон, представляя и то, что суд о нем принадлежит патриарху. Но участь его не переменилась. Крамольные бояре, управлявшие Россиею в малолетство Иоанна, заняты были тем, что душили друг друга. Максим лишился даже и снисходительности Акакия. По случаю пожара, истребившего (в 1537 г.) построенный Акакием великолепный храм в Твери, Максим высказал правду об Акакии и жителях Твери, и Акакий сильно прогневался на Максима.
В 1538 году умерла Елена; а в начале 1539 года Даниил послан в заточение. Максим за долг совести счел примирить с собою совесть изгнанника. Узнав, что Даниил питает прежнее нерасположение к нему, он именем Отца Небесного просил оставить вражду и с глубоким смирением говорил о своей невинности. После того писал он к новому митрополиту ответ «о исправлении книг», и на имя бояр другой ответ «о исправлении Русских книг». Свобода духа и теперь была в нем прежняя. «Бог свидетель за меня недостойного пред вами благоверными; пишу вам не по лицемерию, как будто хотел льстить вам или желал получить от вас облегчение в скорби временной, которая лежит на мне уже 19 лет». Блаженный митрополит Иоасаф утешил страдальца; по его благословению он мог теперь приобщаться св. Таин и ходить в церковь. Это было в конце 1541 года.
В 1545 году восточные патриархи просили царя Иоанна отпустить Максима в Афон. Максим сам в письме умолял о том же. Но подозрительная политика того времени не имела обыкновения выполнять подобные просьбы. В 1551 году Троицкий игумен Артемий и добродетельные бояре упросили царя освободить Максима из Тверского заточения, и Максим, мирно принятый в Москве, с честью вступил в Сергиеву лавру. Страдалец был уже изможден тяжестью темничной жизни; по ум его был ясен. По просьбе ученика своего Нила, бывшего князя Курлятева, перевел он с греческого псалтирь. Преподобный достиг семидесятилетней старости. Дух его, очищенный огнем скорбей и страданий, стал видеть теперь далеко. В 1553 году царь Иоанн посетил келью святого старца, слушал наставления его и объявил ему о намерении своем совершить путешествие в Кириллову обитель, в благодарность за исцеление от болезни. Старец сказал: «обет твой, царь, не согласен со здравым рассуждением. Вдовы и сироты убитых под Казанью льют слезы, ожидая твоей помощи; собери их под царственный кров твой, и тогда все святые будут радоваться о тебе и помолятся за тебя. Бог и святые слышат нас не по месту, а по доброму изволению нашему». Царь не хотел отменять своего намерения. И св. старец просил вельможей сказать от него царю: «если не послушаешь меня, который советует тебе по воле Божией — пренебрежешь кровью убитых погаными, то знай — сын твой умрет».
Царь не послушался, и пророчество святого исполнилось. В следующем году царь приглашал Богомудрого старца на собор против Матвея Башкина. Св. старец отвечал, что дряхлость его не дозволяет ему быть в Москве. Царь в письме к Максиму, объяснив причину, по которой приглашает он в Москву епископов и лучших иноков, писал: «так захотелось мне послать и за тобою, дабы ты был поборником православия, по примеру первых богоносных отцов, да приимут и тебя небесные обители, как древних ревнителей благочестия, имена которых известны тебе. Итак, будь сотрудником их, умножь данный тебе Богом талант, пришли отзыв на нынешнее нечестие. Слышно, что ты оскорбляешься и думаешь, что мы посылали для того, что будто причисляем тебя к общинникам Матфея. Нет, верного не считаем мы с неверным. Оставь всякое сомнение и по данному тебе таланту пришли нам ответ на сие послание». Преподобный послал сочинение свое о почитании святых икон.
В 1556 году, после пятидесятилетних трудов и страданий, преподобный скончался 21 января.
В 1651 г. совершились одно за другим два чуда над могилою преп. Максима. Поселянин небрежно сел на могильном камне преподобного и внезапно был сброшен с него, так что расслаб всем телом. Придя в себя, приполз он к могиле в раскаянии и, когда отслужили панихиду, исцелел. — Тоже самое было с послушником; последнему явился при том во сне преподобный и грозно обличил дерзость его.
В конце XVII века, имя преподобного Максима писали в святцах. Святитель Платон устроил раку и часовню над гробом страдальца истины и правды 227.
Из многочисленных сочинений великого страдальца истины особенно драгоценен для православной церкви «ответ о исправлении книг» 228.
Доказав примерами, что в Славянские книги вошли многочисленные ошибки, и иные из них до того изменили точный вид подлинников, что выставляют словами своими мысли еретические, противные св. вере, св. Максим говорит: «что скажут на это те, которые так неосновательно клевещут на меня, называя меня растлителем св.
Противники скажут: «ты делом своим наносишь оскорбление великим чудотворцам, давно прославившимся в Русской земле? Они с этими священными книгами угодили Богу и по смерти прославлены чудесами». Не я буду отвечать им, но пусть блаженный Павел вразумит их. Он говорит: «одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания тем же Духом; иному — вера тем же Духом, одному дар исцелений тем же Духом, другому чудесные действия; иному пророчества, другому различение духов; одному дар языков, другому истолкование языков; все же сие совершает один и тот же Дух, разделяя властью каждому, как Ему угодно» (1 Коринф. XII, 7—11). Ясно, что не даются одному все дарования духовные. И я исповедую, что по дарованию свыше прославлены в земле Русской св. чудотворцы, и что Богоносные отцы, как были прежде, так и ныне есть; и я поклоняюсь им, как истинным угодникам Божиим. Но они не приняли свыше ни дара языков различных, ни истолкования их. Потому не должно удивляться, если при их величии прошло мимо их разумения исправление описок, исправленных мною. Им, по их Апостольскому смирению, кротости и святости жизни, даны дары исцелений и чудес; другому же, хотя и грешен он больше всех, даны знание и толкование языков. И нечему тут дивиться. — Иноплеменник Иофор вразумил Моисея о избрании старейшин. Чудный Макарий, после молитвы, не был ли вразумлен отроком пастухом о том, как надобно принимать пищу?
Он еще выслушал и укоризну: или ты осел, авво? Таковы все искренние угодники Божии. Они со смирением ищут и с признательностью выслушивают всякого, кто говорит полезное... Честный пресвитер, за незлобие и чистую жизнь, удостоен был благодатью зреть стоящим и служащим ему Ангела; но не был ли он исправлен диаконом, пришедшим из Константинограда? Несколько лет по неведению погрешал он, повторяя слова Севировой ереси при св. тайнах. Он спрашивал Ангела, почему столько лет, стоя близ него, молчал он о таком согрешении его? И услышал ответ: так Бог положил, что человека исправляет человек. Так бывшим во времена гонений святейшим архиереям и мученикам ни малого не наносили оскорбления или поношения бывшие после них разные исправления св. писания ветхого завета, совершавшиеся Симмахом, Феодотионом, Акилою и Лукианом, пресвитером Антиохийским, из которых каждый исправлял недосмотренное прежними переводчиками» 229.