Страница 3 из 9
16. Все я видѣлъ въ суетные дни свои: праведникъ погибаетъ въ праведности своей и нечестивый пребываетъ[217] въ своей злобѣ.
17. Не будь слишкомъ праведенъ[218] и не показывай себя слишкомъ мудрымъ[219], чтобы не лишиться тебѣ разсудка.
18. Не будь весьма нечестивъ и не будь жестокъ[220], чтобы не умереть тебѣ преждевременно[221].
19. Хорошо тебѣ держаться одного и не оскверняй руки своей другимъ[222], ибо богобоязненнымъ все будетъ благоуспѣшно[223].
20. Мудрость поможетъ мудрому болѣе десяти владыкъ[224] города[225].
21. Поелику нѣтъ на землѣ праведнаго человѣка, который будетъ дѣлать добро и не согрѣшитъ[226],
22. Поэтому и не всякія слова, которыя говорятъ нечестивые, прилагай къ сердцу своему, что бы не услышать тебѣ раба своего, проклинающаго тебя.
23. Ибо много разъ онъ будетъ лукавить предъ тобою и разными способами будетъ раздражать[227] сердце твое (и клясть тебя)[228], какъ и ты клялъ другихъ (многихъ)[229].
24. Все это я испыталъ мудростію и сказалъ: "сдѣлаюсь я мудрымъ", но она удалилась отъ меня,
25. Дальше, чѣмъ я былъ (прежде отъ нея). Это — глубина бездны[230], кто постигнетъ ее[231]?
26. Обратился я сердцемъ своимъ[232] (къ тому), чтобы узнать, и разсмотрѣть, и изыскать мудрость и разумъ[233], и познать безуміе нечестиваго, и непокорность[234] и коварство[235].
27. И нашелъ[236] я сіе[237] и скажу[238], что горче смерти женщина, которая есть ловушка, и сердце ея сѣть, узы въ рукахъ ея; (но) добрый предъ лицемъ Божіимъ избавится отъ нея, а грѣшникъ будетъ пойманъ ею[239].
28. Вотъ это я нашелъ, сказалъ Екклесіастъ, (разсмотрѣвъ) одну за другою[240], желая (получить отвѣтъ на) помыслъ[241], котораго искала душа моя и я не находилъ:
29. Мужчину[242] одного изъ тысячи я нашелъ[243], а женщины во всѣхъ сихъ не нашелъ[244].
30. Однако вотъ (и) это я нашелъ, что Богъ сотворилъ человѣка правымъ, а они[245] стали увлекаться многими помыслами[246]. Кто же узналъ мудрост[247]? и кто постигъ значеніе слова?[248]
Глава VIII.
1. Мудрость человѣка просвѣтляетъ его лице, а безстыдный лицемъ своимъ будетъ возненавидѣнъ[249].
2. Слова[250] царя храни и въ словахъ клятвы предъ Богомъ не будь поспѣшенъ.
3. Когда пойдешь отъ лица Его[251], не будь стойкимъ въ худомъ дѣлѣ, ибо все что (если)[252] Онъ захочетъ, сдѣлаетъ,
4. Подобно могущественному царю[253]. И кто скажетъ Ему: "что Ты дѣлаешь"[254]?
5. Хранящій заповѣдь не знаетъ лукавой рѣчи, ибо сердце мудраго знаетъ время суда[255].
6. Ибо для всякаго событія назначены[256] время[257] и судъ, посему человѣку нуженъ[258] великій разумъ для него[259],
7. Такъ какъ никто не знаетъ, что будетъ, а (тѣмъ болѣе) какъ будетъ[260], кто возвѣститъ ему?
8. Никто изъ людей не властенъ надъ (своимъ) духомъ, чтобы удержать[261] (свой) духъ, и никто не властенъ надъ днемъ смерти, (какъ) и не бываетъ отпуска[262] во время войны, и не спасетъ нечестіе пребывающаго въ немъ[263].
9. И все это я видѣлъ и вникалъ[264] своимъ сердцемъ во всякое дѣло, какое дѣлается подъ солнцемъ, во все[265], чрезъ что обладаетъ одинъ человѣкъ надъ другимъ во зло ему.
10. И тогда видѣлъ я, что нечестивыхъ уносили въ гробницы[266], и изъ святого (мѣста)[267] уходили[268], и они восхваляемы были въ городѣ за то, что такъ[269] поступали. И это — суета.
11. Такъ какъ не скоро бываетъ испытаніе[270] дѣлающимъ худое, то сердце сыновъ человѣческихъ бываетъ увѣрено[271] въ нихъ и дѣлаетъ[272] худое.
12. Кто согрѣшилъ, то совершилъ худое съ того времени[273] и за долго[274], и я знаю, что боящимся Бога благо (будетъ)[275], дабы они боялись лица Его,
13. И не будетъ блага нечестивому и не проживетъ долго, подобно тѣни[276], тотъ, кто не боится лица Божія.
14. Есть суета, допускаемая на землѣ: иногда праведниковъ постигаетъ (то, чего заслуживаетъ) дѣло нечестивыхъ, а иногда нечестивыхъ постигаетъ (то, чего заслуживаетъ) дѣло праведныхъ[277]. Сказалъ я: и это — суета.
15. И похвалилъ я веселіе, потому что нѣтъ (высшаго) блага для человѣка подъ солнцемъ, какъ ѣсть и пить и веселиться, и это — польза[278] для него отъ труда его во дни жизни его, которые далъ ему Богъ подъ солнцемъ.
16. При семъ[279] я предалъ сердце свое (тому), чтобы узнать мудрость и узнать заботу, проявляемую на землѣ, такъ какъ (человѣкъ)[280] ни днемъ, ни ночью глазами своими не видитъ сна (отъ нея)[281]:
17. И видѣлъ я всѣ творенія Божіи (и узналъ), что не можетъ человѣкъ постигнуть[282] дѣло, которое дѣлается подъ солнцемъ[283] Сколько бы ни старался постигнуть (его), а (все таки) не постигнетъ. И если бы какой мудрецъ сказалъ, что онъ уразумѣлъ (его), (тѣмъ не менѣе)[284] онъ не можетъ постигнуть. Посему все это я вложилъ въ сердце мое и сердце мое все это познало[285].
Глава IX.
1. Ибо праведные и мудрые и дѣла ихъ — въ рукѣ Божіей, и любви и ненависти человѣкъ не знаетъ[286]; все предъ лицемъ ихъ — суета во всемъ[287].
2. Участь[288] одна праведному и нечестивому, доброму и злому, и чистому[289] и нечистому, и приносящему жертву н не приносящему, какъ доброму, такъ и грѣшнику, какъ клянущемуся, такъ и боящемуся клятвы.
3. Это худо во всемъ, совершающемся подъ солнцемъ, что участь одна всѣмъ[290], и сердце сыновъ человѣческихъ (бываетъ отъ сего) исполнено лукавства, и неустойчивость[291] въ сердцѣ[292] ихъ и[293] въ жизни ихъ (остается) и по удаленіи ихъ къ мертвымъ[294].
4. Ибо кто постоянно имѣетъ общеніе со всѣми живыми?[295] Есть надежда, что песъ живой лучше мертваго льва[296].
5. Ибо живые знаютъ, что они умрутъ, а мертвые ничего не знаютъ, и нѣтъ имъ болѣе награды, такъ какъ забыта и память о нихъ:
6. И любовь ихъ, и ненависть ихъ, и ревность ихъ уже погибли, и нѣтъ имъ болѣе на вѣки части[297] во всемъ, чт6 дѣлается подъ солнцемъ.
7. Пріиди, ѣшь въ веселіи хлѣбъ твой и пей съ радостнымъ сердцемъ вино твое, ибо[298] угодны Богу дѣла твои[299].
8. Да будутъ во всякое время одежды твои бѣлы и елей да не оскудѣетъ на головѣ твоей.
9. И наслаждайся[300] жизнію съ женою, которую ты полюбилъ, во всѣ дни жизни юности[301] твоей, данной тебѣ подъ солнцемъ, во всѣ суетные дни твои[302], ибо это — доля[303] твоя въ жизни твоей и въ трудѣ твоемъ, которымъ ты занимаешься подъ солнцемъ.
10. Все, что найдетъ (нужнымъ) рука твоя дѣлать, по силѣ твоей дѣлай, ибо нѣтъ ни работы, ни размышленія, ни разума, ни мудрости въ аду, куда ты пойдешь[304].
11. Еще я видѣлъ подъ солнцемъ, что не проворнымъ дается быстрый бѣгъ, не сильнымъ — побѣда, не самому[305] мудрому[306] — хлѣбъ, не разумнымъ — богатство, не разсудительнымъ — благорасположеніе[307], но время и случай назначенъ имъ всѣмъ[308].
12. Ибо и самъ[309] человѣкъ не знаетъ времени своего: какъ рыбы уловляются въ пагубную мрежу и какъ птицы запутываются въ сѣть, подобно имъ и сыны человѣческіе уловляются сѣтью въ бѣдственное время, когда оно внезапно постигнетъ ихъ.
13. И видѣлъ я сію[310] мудрость подъ солнцемъ, которая показалась мнѣ[311] великою:
14. Городъ малый и мужей въ немъ мало, и подступилъ къ нему могущественный царь, и обложилъ его кругомъ, и устроилъ противъ него большія насыпи,
15. Но встрѣтилъ въ немъ мудраго бѣдняка, который спасъ городъ своею мудростію, а (ни одинъ)[312] человѣкъ не вспомнилъ объ этомъ мудромъ бѣднякѣ.
16. И сказалъ я: мудрость лучше силы, но мудрость бѣдняка унижается и словъ его не слушаютъ.
17. (Однако)[313] слова мудрыхъ (высказанныя) спокойно выслушиваются лучше, чѣмъ крикъ безумныхъ властелиновъ.
18. Мудрость лучше воинскихъ орудій[314], но одинъ согрѣшившій погубитъ много добра[315].
Глава X.
1. Умершія мухи портятъ благовонную приправу елея[316]. Малая честь мудрости лучше большой славы безумія[317].
2. Сердце мудраго — на правую сторону его, а сердце безумнаго — на лѣвую его сторону[318].
3. Но по какому-бы пути ни пошелъ безумный, у него не достанетъ разума[319], и о чемъ-бы онъ ни размышлялъ, все — есть безуміе.
4. Если (гнѣвный)[320] духъ властелина постигнетъ тебя, то ты не оставляй мѣста своего[321], ибо врачеваніе[322] остановитъ[323] (и) великіе грѣхи[324] .
5. Есть зло, которое я видѣлъ подъ солнцемъ, которое какъ бы невольно исходило отъ лица властелина:
6. Безумный поставленъ на большой высотѣ, а богатые[325] находятся въ униженіи,
7. Видѣлъ я рабовъ на коняхъ, а князей, подобно рабамъ, идущихъ по землѣ[326].
8. Копающій яму[327] самъ упадетъ въ нее, и кто раззоряетъ ограду[328], того змѣй ужалитъ[329].