Страница 2 из 9
18. Сказалъ я въ сердцѣ своемъ о[91] сынахъ человѣческихъ, что Богъ произведетъ надъ ними судъ (также) и для того[92], чтобы показать[93], что они — животныя:
19. Ибо[94] участь сыновъ человѣческихъ и участь животныхъ, — одна участь ихъ: какъ смерть того, такъ и смерть этого, и духъ[95] одинъ во всѣхъ; и какое преимущество имѣетъ[96] человѣкъ предъ животными? — Никакого, ибо все суета!
20. Все идетъ въ одно мѣсто: все произошло изъ праха и все возвращается въ прахъ.
21. И кто знаетъ? духъ сыновъ человѣческихъ, восходитъ-ли онъ вверхъ? и духъ животныхъ, нисходитъ ли онъ внизъ, въ землю[97]?
22. И увидѣлъ я, что нѣтъ ничего лучше, какъ наслаждаться человѣку дѣлами своими, потому что это — доля[98] его, ибо кто приведетъ его посмотрѣть на то, что будетъ послѣ него[99]?
Глава ІV.
1. И еще видѣлъ я всякія обиды[100], какія дѣлаются подъ солнцемъ: и вотъ, слезы обижаемыхъ, и нѣтъ у нихъ утѣшителя, и въ рукѣ обидчиковъ ихъ сила[101], а имъ нѣтъ защитника.
2. И похвалилъ я[102] всѣхъ[103] умершихъ, которые уже умерли, болѣе живыхъ, которые еще живы и доселѣ.
3. А счастливѣе тѣхъ и другихъ[104] тотъ, кто еще не существовалъ, кто не видѣлъ никакого[105] худого дѣла, совершаемаго подъ солнцемъ.
4. И увидѣлъ я, что всякій трудъ и всякій успѣхъ въ дѣлѣ (возбуждаютъ)[106] у людей зависть другъ къ другу. И это — суета и волненіе духа!
5. Безумный сложилъ свои руки и поѣдалъ плоть свою[107].
6. Лучше горсть, наполненная съ покоемъ, нежели двѣ горсти, наполненныя[108] съ трудомъ и безпокойствомъ духа[109].
7. И еще[110] увидѣлъ я суету подъ солнцемъ:
8. Живетъ одинокій, и нѣтъ у него никого другого: ни сына, ни брата нѣтъ у него, а нѣтъ конца всему труду его и глазъ его не насыщается богатствомъ[111]. "Для кого же я тружусь и лишаю душу мою блага"[112]? И это — суета и худое попеченіе!
9. Двоимъ лучше, чѣмъ одному, ибо имъ есть хорошая награда въ трудѣ ихъ:
10. Ибо если упадетъ[113] одинъ изъ нихъ[114], то другой[115] подниметъ сообщника своего[116], но горе тому одному, когда онъ упадетъ, и не будетъ другого, чтобы поднять его!
11. Если двое лягутъ спать, имъ тепло будетъ, а одинъ какъ согрѣется?
12. И если кто либо будетъ преодолѣвать, то двое устоятъ противъ него, и веревка переплетенная не скоро порвется[117].
13. Юноша бѣдный и мудрый лучше стараго и безумнаго царя, который не умѣетъ болѣе внимать (совѣтамъ)[118],
14. Ибо изъ дома заключенія онъ[119] выйдетъ, чтобы царствовать, хотя и родился[120] бѣднымъ въ своемъ царствѣ.
15. Видѣлъ я всѣхъ людей[121], которые ходятъ подъ солнцемъ, со вторымъ юношей, который займетъ мѣсто его[122]:
16. Нѣтъ конца всему народу, всѣмъ, которые были предъ лицемъ ихъ[123], но потомки не возвеселятся изъ-за него[124], ибо и это — суета и волненіе духа[125].
17. Наблюдай. за ногою твоею, когда идешь въ домъ Божій и приближаешься[126] къ слушанію[127]: твоя жертва (да будетъ) лучше даровъ безумныхъ, ибо они не знаютъ, что поступаютъ худо[128].
Глава V.
1. Не спѣши устами своими и сердце твое да не ускоряетъ произнести слово предъ лицемъ Божіимъ, ибо Богъ высоко на небѣ, а ты — низко[129] на землѣ. Посему словъ твоихъ да будетъ мало[130].
2. Ибо какъ сновидѣніе приходитъ при множествѣ заботъ, такъ голосъ безумнаго (познается) во множествѣ словъ[131].
3. Какъ только дашь обѣтъ Богу, не медли исполнить его, — хотя нѣтъ (на это) желанія у безумныхъ[132], — а ты, что обѣщалъ, исполни.
4. Лучше тебѣ не давать обѣта, нежели обѣщавшись[133] не исполнить.
5. Не позволяй устамъ своимъ вводить въ грѣхъ плоть твою и не говори предъ лицемъ Божіимъ: "это — невѣдѣніе"[134], чтобы Богъ не прогнѣвался на слово[135] твое и не погубилъ дѣла рукъ твоихъ.
6. Ибо при множествѣ сновъ и суеты[136] бываетъ (также)[137] и много словъ[138], но[139] ты Бога бойся[140].
7. Если въ (какой либо) странѣ увидишь обиду[141] бѣдному и нарушеніе[142] суда и правды, не смущайся[143] симъ[144], потому что за высокимъ наблюдаетъ[145] высшій (начальникъ), а надъ ними (еще болѣе) высокіе,
8. А преимущество во всемъ для земли[146] есть царь обработаннаго поля[147].
9. Любящій серебро не насытится серебромъ, и кто насладится[148] множествомъ его даровъ? и это — суета.
10. При умноженіи благосостоянія, умножаются и потребители его[149]. И какое преимущество[150] для владѣльца его? Развѣ только власть[151] смотрѣть (на него) своими глазами?
11. Сладокъ сонъ у трудящагося[152], мало-ли, много-ли онъ поѣстъ, а пресыщенному богатство не позволяетъ уснуть[153].
12. Есть недостатокъ[154], который я видѣлъ подъ солнцемъ: богатство, сберегаемое владѣльцемъ во зло ему.
13. И погибнетъ это богатство въ несчастной заботѣ[155]: и онъ родилъ сына, а въ рукѣ его[156] нѣтъ ничего:
14. Какъ вышелъ изъ чрева матери своей нагимъ, (такъ) и обратно уходитъ[157], какъ и пришелъ, и ничего не возьметъ изъ (пріобрѣтеннаго отъ) труда своего, чтобы понести[158] въ рукѣ своей.
15. И это бѣдственный недостатокъ[159]: какъ онъ пришелъ, такъ и отходитъ, и какая польза ему отъ того, что онъ трудится на вѣтеръ?
16. Ибо всѣ дни его — въ темнотѣ[160], и въ плачѣ, и въ сильной ярости, и въ[161] страданіи, и въ[162] огорченіи[163].
17. Вотъ я видѣлъ доброе, что есть благо: ѣсть и пить и видѣть добро во всемъ трудѣ своемъ, которымъ (человѣкъ) занимается подъ солнцемъ въ назначенные[164] дни жизни своей, которые даровалъ ему Богъ, ибо это — его доля[165].
18. Ибо всякому человѣку, которому далъ Богъ богатство и имущество, Онъ далъ ему и власть питаться отъ него и получать долю свою и наслаждаться (что пріобрѣтено) трудомъ своимъ. Это — даръ Божій[166].
19. Ибо не долго онъ будетъ (съ радостію) помнить дни жизни своей, потому что Богъ увлекаетъ его попеченіями[167] при радости сердца его[168].
Глава VI.
1. Есть зло, которое я видѣлъ подъ солнцемъ, и оно часто (проявляется)[169] надъ человѣкомъ:
2. (Вотъ) человѣкъ, которому Богъ даетъ богатство, и имѣніе, и славу; и никто не лишаетъ душу его всего, чего-бы онъ ни пожелалъ, но не даетъ ему Богъ власти[170] питаться отъ этого (богатства), такъ что чужой человѣкъ будетъ питаться отъ него; и это — суета и бѣдственный недостатокъ!
3. Если бы родилъ кто сто (дѣтей)[171], и прожилъ много лѣтъ, и еще умножились[172] дни жизни его, а душа его не будетъ насыщаться благомъ, и даже не будетъ погребенія ему, то я сказалъ-бы: "выкидышъ счастливѣе его",
4. Ибо онъ[173] въ суетѣ пришелъ и во тьмѣ[174] отходитъ, и во тьмѣ имя его сокроется, 5. Онъ даже и солнца невидалъ и не зналъ, но ему покойнѣе, нежели сему[175],
6. Хотя бы этотъ прожилъ двѣ тысячи[176] лѣтъ, но не видалъ добра. Не въ одно-ли мѣсто все пойдетъ?
7. Весь трудъ человѣка — для рта его[177], а душа его не насыщается[178].
8. Какое же преимущество мудраго (человѣка)[179] предъ безумнымъ?[180] ибо и бѣдный умѣетъ поступать во вредъ[181] (своей) жизни[182].
9. Лучше видѣть глазами, нежели волноваться душею[183]. И это — суета и волненіе духа.
10. Если что было, то получило и имя свое, и извѣстно, что такое человѣкъ и (что онъ) не можетъ состязаться съ Тѣмъ, Кто сильнѣе его[184].
11. Много такихъ словъ, которыя умножаютъ суету[185].
Глава VIІ.
1. Въ чемъ же польза[186] для человѣка, ибо кто знаетъ, что благо для человѣка въ жизни (его)[187], въ назначенные дни[188] суетной жизни его? онъ проводитъ[189] ихъ, какъ тѣнь[190], и кто скажетъ человѣку, что будетъ послѣ него подъ солнцемъ[191]?
2. Доброе имя лучше благовонной масти и день смерти лучше дня рожденія[192] его.
3. Лучше ходить въ домъ плача, нежели ходить въ домъ пира, ибо таковъ[193] конецъ всякаго человѣка, и живой получитъ (отъ сего) благо для сердца своего[194].
4. Гнѣвъ[195] лучше смѣха, ибо при печали[196] лица улучшается сердце[197].
5. Сердце мудрыхъ въ домѣ плача, а сердце безумныхъ въ домѣ веселія.
6. Лучше слушать выговоръ отъ мудраго, нежели человѣка, слушающаго пѣснь безумныхъ[198].
7. Что трескъ (горящаго) терновника подъ котломъ, то смѣхъ безумныхъ. И это — суета.
8. Но обида[199] обманываетъ[200] мудраго и губитъ благородное сердце его[201].
9. Конецъ дѣла[202] лучше начала его и терпѣливый лучше высокомѣрнаго.
10. Не спѣши духомъ своимъ на гнѣвъ, ибо гнѣвъ пребываетъ[203] въ сердцѣ безумныхъ.
11. Не говори: "отчего прежніе дни были лучше нынѣшнихъ"?[204] ибо не отъ мудрости ты спрашиваешь о семъ.
12. Хороша мудрость съ наслѣдіемъ[205] и (въ ней есть) польза для видящихъ солнце[206].
13. Ибо въ тѣни его[207] мудрость что тѣнь серебра[208], и обиліе мудраго разума даруетъ жизнь[209] тому, кто владѣетъ ею[210].
14. Посмотри на творенія Божіи: ибо кто сможетъ даровать красоту тому, кого Богъ ниспровергъ[211]?
15. Во дни благости (Его)[212] живи въ благополучіи и внимай въ день бѣдствія: вотъ то и другое[213] согласно[214] устроилъ Богъ для того[215], чтобы человѣкъ ничего не нашелъ въ Немъ[216].