Страница 188 из 234
24
При рассмотрении вопроса об отношении христианства к иудаизму и об оценке первым идеи преемства, как известно, по–разному решавшегося в разные эпохи и в разных направлениях христианской догматики и экклесиологии, нужно помнить о следующей принципиальной позиции внутри христианства: Израиль и в отпадении своем не перестает быть избранным народом, и его кровное родство с Христом и Богоматерью не прекращается и после Рождества Христова, так как «дары и призвание Божии непреложны» (Римл. XI:29), и обетования, данные Богом Аврааму, сохраняют свою силу. Избранничество Израиля непрерывно. Судьбы его едины, и в этом, в частности, залог его нового возрождения. Наступит время, когда «весь Израиль спасется» (Римл. XI:29), ибо «ожесточение пришло в Израиль отчасти» (XI:23). См. Булгаков 1973:62–76 (из статьи, написанной в 1942 г.). Такая позиция в значительной степени помогает понять возможность выбора между христианством и иудаизмом, который стоял сначала перед хазарами, а позже и перед русскими.
25
О хазарской теме в связи с Константином Философом см. Dvornik 1933:148–211; Мошин 1926–1927; 1929:149–156; Panzer 1968; Esbroek 1986; Ziffer 1989:354–361 и др.
26
Ср. Tune temporis ad praefatum Imperatorem Cazarorum Legati venerunt, orantes ac supplicantes, ut dignaretur mittere ad illos aliquem eruditum virum, qui eos fidem Catholicam veraciter edoceret; adjicientes inter cetera, quoniam nunc Iudaei ad fidem suam, modo Saraceni ad suam nos convertere e contrario moliuntur (Ibid. 1).
27
Ср. мотивы призвания ученого мужа в «Житии Константина»: «яко испрьва единаго Бога знаемъ, иже есть надъ вьсеми, и тому се кланяемъ на вьстокъ. да обычае студные иніи дрьжеще, евреи же устеть ны веру ихъ и детель пріети, а срасины отъ другые страны миръ дающе и дары многы, стужают ны, глаголюще: яко наша вера добреишiи есть вьсихъ езыкъ. сего ради послахомь къ вамь, прьвую дружбу и любовь дрьжеще, езыкъ бо веліи сущіи и царство отъ Бога дрьжите, и вашего севета вьпрашающе просимъ мужа книжна отъ вась. да аще преприте еврее и срацины, вашу веру пріимемъ» (VIII).
28
Любопытно, что тема Корсуни–Херсона непосредственно предшествует и теме посрамления иудеев и крещения хазаров, и теме крещения Руси (с предшествующим отказом от иудейской веры). Если учесть, что здесь же Константин выучил еврейский язык и ознакомился с еврейскими и самаритянскими книгами (как известно, самаритяне считали священным «Пятикнижие» Моисея, т. н. «Самаритянский Таргум», расходящийся с масоретской версией; ср. von Gall 1914–1918; Jewish and Samaritan 1961–1965; Purvis 1968; Винников 1966:74–90 и др.), — то становится несомненной роль Корсуни–Херсонеса как важного опорного пункта иудейской (и, может быть, самаритянской) религиозной традиции. О самаритянских колониях в Крыму сведения отсутствуют (Montgomery 1968). — О Корсуни–Херсоне см. Ильинский 1924–1925; Gerhard 1953; Якобсон, A. Л. 1958; Богданова 1991 и др.
29
См. другую версию: «Самаранинъ же некои ту живяше, и приходе къ нему стезаашесе съ нимъ, и принесе книгы самараньскіе, и показа ему, и испрошь е у него філософь, затвори се въ храмине и на молитву се преложи, и отъ Бога разумъ пріемъ чисти начеть книгы бес порока» («Житие Константина», VIII).
30
См. о ней «Житие Константина» (VI, VIII, IX, XI).
31
Ср. Бильбасов 1871:173–174 (о возможности вмещения в женском чреве Бога и т. п.). О диспутах, ведшихся Константином, по данным его «Жития» см. Panzer 1968; см. также Трифонов 1933:307 и сл.; Dvornik 1971; Vavrinek 1963:79–80 и др.
32
Интересно предположение, согласно которому отрывок из «Жития», начинающийся со слов «Философъ же къ нему рече: и богь въ Саула место…» (IX), составляет часть полемического сочинения против иудейской веры, написанного Константином (а не запись диспута, как думают чаще). И дело здесь не только в том, что темы Троицы, воплощения и искупления, закона Моисея и Христа были обычными для византийских антииуд ейских сочинений, но, главное, в наличии в указанном отрывке из «Жития», помимо общего плана, целого ряда цитат из написанного около 680 г. антииудейского диалога «Τρόπαια κατά ’Ιουδαίων εν Ζάμάσκω» (Dvornik 1933:202–204). Разумеется, все это никак не ставит под сомнение реальность диспута Константина с евреями. — О знании Константином еврейского языка говорит ряд источников. Некоторые из них уже указывались. Одним из свидетельств нужно считать то место в «Житии» X, где Константин говорит о десяти названиях для образа в еврейском языке. Другой аргумент видят в написании «Фулъ» в «Житии» X (эта форма известна лишь из еврейского текста Библии, в греческом Φουδ). О знании Константином еврейского языка см. Minns 1925:94–95 и др. Еврейская тема должна была рано войти в сознание Константина, поскольку для Солуни (Фессалоник) она была актуальна на протяжении почти всей истории города. Задолго до нашей эры появляются в Фессалониках (основаны в 316 г. до н.
э.) с коммерческими целями первые евреи. Новые еврейские поселенцы отмечаются в городе в I в. до н. э. (они усваивают греческий язык). В 50 г. н. э. сюда прибывает апостол Павел и в течение трех недель произносит проповеди в еврейской синагоге. Среди его спутников были и уроженцы города. Во всяком случае присутствие в Фессалониках устойчивого контингента еврейского населения и важная роль города в распространении христианства создавали условия для христианско–иудейских контактов и полемик. См. Vacalopoulos 1972:9, 13, 17–18, 76 и др. — И еще один мотив связывает «Житие Константина» с еврейско–библейской традицией. Речь идет о мотиве чаши, сделанной Соломоном из драгоценного камня и хранившейся в Святой Софии. На ее гранях были написаны фразы, смысл которых оставался недоступным. Когда же Константин оказался в Царьграде, он заинтересовался чашей и расшифровал ее надписи: «Възем же ю философъ, почетъ и сказа. Есть же сице пръваа грань: чяша моа, прорицаи, дондеже звезда. Въ пиво буди, Господи, пръвенцу, бдящу нощію. По сем же другаа грань: на въкушеніе Господне сотворена древа иного. Піи и упійся веселіемъ, и възъпій аллилуа. И по сем третiя грань: се князь, и узрить весь сънемъ славу его, и Давыдъ царь посреді ихъ. И по семъ число написано: девять сотъ и девятеро.
Расъчетъ же я по тонку философъ, обряте отъ дванадесяте летъ царьства Соломона до царьства Христова девять сотъ и девятеро летъ. И се есть пророчество о Христе» (ср. выше о символике девяти у Константина). — Об этом мотиве чаши см. в последнее время — Ševčenko 1967; 1991; Якобсон 1970; 1985; Lattke 1979; Флоря 1981:123–124; Franzmann 1985; Esbroek 1986:337–348; Лурье 1994:9–25 и др. — Тексты — Лавров 1930:XLVI, 26 и др.
33
Или «русьскихъ». Ср.: «Обрете же ту еваггеліе и псалтирь русьскими писмены писано, и чловека обретъ глаголюща тою беседою, и силу речи приімъ… въскоре начятъ чести и сказати, и мнози ся ему дивляху…» («Житие» VIII, см. Лавров 1930:12). Проблема «русских письмен» имеет долгую историю и обременена значительным количеством недостоверных домыслов и очевидных ошибок, иногда определяемых вненаучными установками авторов. Краткий обзор точек зрения на эту проблему— Флоря 1981:115–117. Здесь же приводятся аргументы в пользу наиболее вероятной (если не бесспорной) точки зрения — сирийские письмена (ср. внутреннюю логику соответствующего раздела «Жития» — занятия Константина семитскими языками — сначала еврейским, потом самаритянским и в заключение сирийским). Во всяком случае сейчас не вызывает сомнения знакомство Константина с сирийским языком («… и въ три месяци научися всей хытрости и мудрости и четырми языки философии научився: и елиньскы и римьскы, сурьскы, жидовьски…», «Житие Кирилла по ркп. Синод, б–ки», см. Лавров 1930:101). Вайян показал, что в сохранившемся отрывке предисловия Константина к Евангелию («еже суть по<ложили>… мужи сказание, аште и неправовер<ьно>», из чего не следует, что нужно «…отьметати ськазание ихъ») автор оправдывается в своем обращении к сирийским переводам при переводе на славянский язык (см. Vaillant 1948:7–8; см. также Jakobson 1944 [=1985: 153–185]).
Стоит также заметить, что присутствие сирийцев на северном побережье Черного моря отмечено с древних пор (Пигулевская 1941; 1979). — К проблеме «русьскихъ» («сурьскихъ») письмен ср.: Ильинский 1924–1925; Огіенко 1927; Лавров 1928а; Vaillant 1935; Gerhardt 1953: Иванова 1969; Avenarius 1975; Goldblatt 1986:311–328 и др. Ср. также Мещерская 1994:56–57.
34
Ср.: «несть бо Богъ створилъ жидовьска языка прежде. ни римьска. ни еллиньска. ну сирьскы. имже и Адамъ глагола, и от Адама до потопа, и от потопа дондеже Богъ раздали языки при стльпотвореніи» («О письменах»). Ср. Куев 1967:189–190 и др.
35
См. Памятники отреч. 1863:452.