Страница 57 из 76
Поскольку я опираюсь именно на буддистский текст – то хотя бы потому утверждать, будто я сделал вывод, абсурдный для любого буддиста, уже невозможно. Кроме того, ссылка на изложение буддизма именно тем автором, которого я и привел, весьма уместна в книге, посвященной анализу рерихианства. Дело в том, что сами Рерихи очень высоко ценили именно этого писателя: “Буддизм несомненно возродится. Во Франции интерес к нему растет благодаря исследовательнице Тибета Александре Дэвид-Ниль. Она понимает все значение и ценность Учения Владыки Будды и в своих книгах выказала себя настоящим апологетом буддизма. Также прекрасно передает она атмосферу тибетских монастырей….”[663].
И если я подчеркиваю неясность, проблематичность буддистского понимания нирваны (нирвана – ничто гносеологическое или же онтологическое), то моему критику все ясно: Кураев “путает нирвану с пустотой”. Ну, тогда уж не я один путаю, но и многие буддологи, чьи тексты я привожу в своей книге.
В. Загвоздкин ставит мне в вину то, что в моей книге “Не проводится четкого различия между буддизмом теравады, махаяной и ваджраяной”. Во-первых – только что мы видели, как он сам пишет от лица “любого буддиста”. Во-вторых, мною это различение в ряде случаев проводится. Например: “Христианин не ставит под сомнение нравственную высоту, явленную во многих сутрах и джатаках махаянистского буддизма. Но он не может не заметить, что нравственное чувство человека не способно обрести подлинного и последовательного оправдания в буддистской метафизике” (т.1, с. 406). Это, кстати к вопросу о том, что “Кураев не находит в критикуемых им воззрениях ничего оправданного, ничего достойного уважения”. “Сами буддисты признают, что жертвенная махаянистская этика находится в противоречии с радикальным имперсонализмом буддистской метафизики” (т.1, с. 406; см. также с. 426)… Конечно, в специально буддологическом исследовании нужно проводить более дробные членения. Но пишу-то я о теософах. А теософы “подлинный буддизм” (на языке Блаватской “эзотерический”) считали вообще единым с каббалистикой и “египетскими мистериями”.
Так что и критику В. Загвоздкиным историко-религиозного среза моей книги я признать корректной тоже не могу. Более того – из его рецензии видно, как легко апологетами оккультизма насилуются тексты, совсем не требующие изощренной экзегезы. Например - мой собственный текст. Я пишу, что в жизни Христа “не было покаянного перелома”; Загвоздкин при цитации выпускает слово “покаянный” и получается, что в жизни Христа вообще не было различных этапов.
А одна цитата из моей книги, приведенная оппонентом, заставила мои собственные волосы встать дыбом и усомниться в моей собственной вменяемости. В рецензии я прочитал, что буддистское воззрение на жизнь после смерти я излагаю так: “Буддизм убежден в том, что никакой личности не существует, есть только иллюзия “души”. Новую жизнь обретает не моя личность (как телесная (?!), так и психическая (?!)…”. Возмущенные вопросительно-восклицательные знаки В. Загвоздкин поставил совершенно справедливо. Но возмутиться он должен был сам собой, своей невнимательностью. При выписывании моей цитаты он пропустил целую строчку. Полный текст выглядит так: ““Буддизм убежден в том, что никакой личности не существует, есть только иллюзия “души”. Новую жизнь обретает не моя личность, а те элементы, из которых складывается моя жизнь (как телесная, так и психическая)”.
Я пишу о том, что “культура возникла как следствие болезни человечества. Культурой мы обволакиваем грязь, попавшую в наши души. Слоями культурного перламутра мы заслоняемся от пустоты, вторгшейся в нашу жизнь”. Загвоздкин же утверждает, что в моем понимании “культура – это болезненный нарост” и потому, мол, для меня врагом является “вся светская культура”. Непонятно – зачем из меня делать идиота. Во-первых, в той моей статье (книга “Школьное богословие”) я говорю о культуре прежде всего христианской (а потому уже не вполне “светской”), и хотя бы по этой причине представлять дело так, будто я вижу в культуре врага, не стоит. Во-вторых, там вполне ясно прописано: культура как вторичная, удвоенная реальность возникает вследствие болезни нашего духа, утратившего возможность непосредственного эйдетического видения, но она же помогает нам выжить в условиях этой нашей частичной слепоты. Очки - плод и свидетельство моей глазной болезни, но никак не есть “болезненный нарост”, подлежащий немедленной ликвидации. Все это было сказано в том моем тексте. И зачем же понадобилось его оглуплять?
В одном случае, впрочем, мой оппонент обратил внимание на мое высказывание, которое действительно не было подкреплено ссылками на источники. Мне казалось, что это делать не обязательно, поскольку речь идет о достаточно тривиальном историческом факте, но мой антропософский рецензент счел это достаточным поводом для того, чтобы преподать мне урок по церковной истории. “Изложение истории христианства Кураевым далеко не безупречно. Так, он утверждает, что “именно Афанасий и был автором принятой формулировки Единосущный и Единородный”, хотя каждому хоть немного знакомому с церковной историей известно, что эту формулу предложил присутствовавший на соборе император Константин. На никейском соборе св. Афанасий не играл какой-либо заметной роли”.
Придется пояснить: формула Собору действительно была предложена императором, но император не сам ее создал. Император пришел на Собор уже после того, как основные дискуссии были позади (ибо они предшествовали официальному открытию Собора, приуроченного к императорскому юбилею)[664]. Приведу свидетельство древнего церковного историка: На Первом Соборе “против них (Евсевия Никомидийского и других ариан) мужественно подвизался Афанасий, который, хотя и был дьяконом александрийской Церкви, но пользовался особым уважением епископа Александра, и тем возбудил против себя ненависть” (Сократ Схоластик. Церковная история 1,8). Так что источники не позволяют говорить, будто “на никейском соборе св. Афанасий не играл какой-либо заметной роли”.
Прав мой оппонент вот в чем: моя книга действительно не является диалогом. Но ведь диалог – не единственный литературный и исследовательский жанр. Кроме того, диалог возможен лишь с честным человеком – с тем, кто не врет, кто не хранит у себя в совести разрешение на ложь (теософские тексты, разрешающие ложь, приводились в моей книге), кто не готов ради полемической выгоды отрицать очевидное[665]. С вором, забравшимся в твой дом или вытаскивающим иконы из храма, в диалог не вступают. Его просят выйти вон[666].
1
Пишу это имя через ё, а не через е в соответствии с тем, как оно написано в прижизненных изданиях рёриховского альманаха “Оккультизм и Йога”, а также в соответствии с транскрипцией этого имени на европейские языки - Roerih.
2
Пауль Тиллих. Цит. по: Даннинг Р. Благодать, вера и святость. Веслеевское систематическое богословие. Спб., 1997, с. 74.
3
Будон Ринчендуб. История буддизма. Спб., 1999, с. 244.
4
Гугель А. Год “Зеро” - последний или первый? Встретим апокалипсис с энтузиазмом, призывает известный галерист Марат Гельман // Век. 1999, № 34 (349). Гельман готовит и свою собственную экспозицию к началу нового тысячелетия. Одну из ее частей составляет “исследование Библии с точки зрения Уголовного кодекса”. А чего стесняться – “да этот суперновый год на самом деле – модное коммерческое предприятие, шанс заработать, который дается раз в тысячелетие”.
5
Это вставка в издание 1936 года.
6
Например, на рубеже XVI-XVII вв. “Прага стала Меккой для ценителей эзотерических знаний. И пусть тогдашняя Прага слыла местом несколько странным, зато обстановка в городе отличалась терпимостью к инакомыслию. Никто не мешал евреям углубляться в каббалистические штудии (у короля Рудольфа II в религиозных советниках числился Писторий, каббалист)” (Йейтс Ф. Розенкрейцерское просвещение. М., 1999, с. 46). Напомню, что именно пражские каббалисты, согласно легенде, изготовили Голема-гомункулуса. Между прочим, в жизни легендарного создателя Голема рабби Лёва был странный эпизод: "Есть нечто, что роднит практику изготовления терафимов с созданием глиняного человека, - хотя в первом случае мы сталкиваемся с обыкновенной черной магией, а во втором - с теургией, "чудотворением Божиим именем" (кстати, сам рабби Лёв однажды спас юношу, предназначенного для превращения в терафим)" (Антоненко С. Встретить Голема // НГ-религии. 25.8.1999). Интересно, - кто же изготовляет из юношей терафимов и как?