Страница 34 из 48
“Если же служат несколько священников, то второй из них несет Чашу, а третий — крест, словом — все идут в том же порядке, как положено и на других литургиях, только нет ни чьих слов, сохраняется общее и глубокое молчание” (Попов, ч. 2-я, стр. 69. См. также Чиновник).
Диакон, предшествуя с кадильницею и смотря на идущего священника, кадит перед Святыми Дарами. По перенесении Святых Даров священник должен прежде поставить Святой Потир на антиминс, а потом уже обеими руками снимать с головы дискос, чтобы избегнуть при этом каких-либо опасных случаев. Священник произносит вслух. “Верою и любовию приступим...” чем подает певчим знак допевать песнь входа: “Верою и любовию... аллилуиа,” т.к. во время самого перенесения Св. Даров в храме соблюдается всеобщее благоговейное молчание. Тогда народ встает с колен.
Затем малые покровцы снимаются с дискоса и Чаши и кладутся под два креста на престоле, как обычно. Священник снимает большой воздух с плеча диакона, наполняет фимиамом от кадила и покрывает им дискос со Святыми Дарами и Чашу, без каких-либо молитв. Приняв от диакона кадило, священник окаживает Святые Дары трижды, тоже не говоря ни слова, и преподав простое благословение диакону (без произнесения слов. “помяни, брате и сослужителю” и т.д.) совершает три земных поклона с молитвою преп. Ефрема Сирина “Господи и Владыко живота моего...”
“На литургии преждеосвященных Даров по великом входе, обыкновенно, затворяется не вся завеса, а только половина ее.
Так как на литургии преждеосвященных Даров не бывает освящения Даров, то за великим входом следуют молитвословия к причащению верных. Диакон произносит ектению: “Исполним вечернюю молитву нашу Господеви” (священнику и диакону следует отметить в служебнике слова: “вечера, вечернюю,” ради совершающейся “вечерней” службы). По окончании ектении поется “Отче наш.”
Приготовление к Причащению.
На литургии преждеосвященных Даров не бывает возношения Тела Христова, ибо оно, изображая вознесение Господа на крест, было уже на литургии, на которой освящались Дары. По препоясании диакона орарем по молитве, произнесенной иереем тайно “Вонми, Господи Иисусе Христе,” иерей с диаконом поклоняются трижды, произнося. “Боже, очисти мя, грешного.” Диакон произносит это “вне” (т.е. алтаря) “идеже стоит.” Священник, прикровенным сущим Даром, вложив руку, касается Хлеба с благоговением и страхом Божиим. Когда диакон, преклонив главу, произнесет: “Вонмем,” иерей возглашает: “Преждеосвященная Святая святым” (следует отметить слово: “Преждеосвященная”). В это время закрывается другая половина завесы. Потом священник снимает воздух со Святых Даров. Диакон же, войдя в алтарь и став близ священника, говорит. “Раздроби, владыко, Святый Хлеб” И священник раздробляет Св. Агнец с теми же словами и точно так, как и на литургии св. Иоанна Златоустого и св. Василия Великого, влагает частицу в Потир, ничего не говоря, и диакон вливает теплоту, ничего не произнося. Потом священнослужители причащаются (Служебник и Чиновник).
Причащение Священнослужителей.
Так как Тело Христово напитано Кровию Христовою (на литургии, на которой было освящение Даров), то диакон, подходя для получения Св. Даров, говорит: “Преподаждь мне, владыко, Честное и Святое Тело и Кровь Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа.” И священник, давая ему частицу Святых Таин, говорит: “Имярек священнодиакону преподается Честное и Святое и Пречистое Тело и Кровь Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, во оставление грехов и жизнь вечную во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.” Подобно сему говорит священник, когда и сам берет частицу Святых Таин.
По причащении, взяв губу, отирает руку, глаголя. “Слава Тебе, Боже,” трижды. И, целовав губу, положит на место. Если на службе преждеосвященной литургии причащается только священник без диакона, то, по причащении Святых Таин, священник не пиет из Чаши, но пиет по окончании литургии, когда потребляет Святые Таины. Ибо, хотя вино и освящено вложением частиц Святых Таин, но оно не пресуществлено в Божественную Кровь; над ним не читались здесь, как в литургиях св. Иоанна Златоустого и св. Василия Великого, слова освящения.
Но если на литургии священник и диакон приобщаются, то диакон в это время из Чаши не пиет (а пиет по заамвонной молитве, по потреблении оставшихся частиц Святых Таин). Священник же по приобщении Святых Таин берет Святый Потир с покровцем обеими руками, пиет из него, ничего не произнося. Затем уста и Потир вытирает покровцем и ставит Потир на престол. После сего, умывает руки и уста, и взяв анафору (антидор), читает благодарственные молитвы. Диакон (если же при литургии преждеосвященных Даров не бывает диакона, то священник) полагает с дискоса частицы в Потир с великим вниманием, ничего не произнося. И, целовав святый дискос, полагает близ Святого Потира. Потом, взяв покровец, покрывает Святый Потир; на святый же дискос полагает звездицу и покровцы и аер (воздух) и покланяется трижды. (Служебник и Чиновник).
В заключение священник читает благодарственную молитву: “Благодарим Тя Спаса всех Бога.”
Причащение Мирян, заключительные действия.
По открытии Царских врат и возглашении: “Со страхом Божиим и верою приступите,” не воспоминаются — установление таинства Причащения, ни Воскресение Господа, ни вознесение Его на небо. Вместо “Благословен грядый во имя Господне, Бог Господь и явися нам,” поется “Благословлю Господа на всякое время, выну хвала Его во устех моих.” И бывает приобщение мирян. Прот. А. Неаполитанский отмечает. “Приобщаться могут из возрастных мирян, готовые приобщаться Св. Таин, а младенцы грудные не могут” (Неаполитанский, стр. 61). Что касается отроков, принимающих обычную пищу, но не достигших семилетнего возраста, таких приобщать не возбраняется. За тем священник, поставив на престол Потир и благословляя народ, говорит. “Спаси, Боже, люди Твоя и благослови достояние Твое.” Лик поет. “Хлеб небесный и Чашу жизни вкусите, и видите, яко благ Господь. Аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа.”
Священник при каждении Святых Даров не произносит (как на литургии св. Иоанна Златоустого и св. Василия Великого): “Вознесися на небеса, Боже, и по всей земли слава Твоя.” И лик не поет: “Видехом Свет истинный,” но священник, покадив Святые Дары трижды, отдает кадило диакону: и взем св. дискос поставляет на голову диаконю, и диакон, взем и его со благоговением, зря вне ко дверем, ничтоже глаголя, отходит ко предложению и поставляет и. Священник же, поклонився, взем Св. Потир и обращься ко дверем, зрит к людем, глаголя тайно: Благословен Бог наш, и возгласно: Всегда, ныне и присно, и во веки веков, относит Святая к жертвеннику.
Певчие же поют: “Да исполнятся уста наша хваления Твоего, Господи.” Диакон произносит обычную ектению по причащении: “Прости приимше,” памятуя отметить “Вечера всего совершенна...”
Священник, сложив антиминс, творит над ним св. Евангелием крест, возглашая: “Яко Ты еси освящение наше.”
“После заамвонной молитвы лик поет трижды: “Буди имя Господне благословенно: Слава и ныне: и псалом 33-й: “Благословлю Господа” (Чиновн.). В Великую среду, после “Буди имя Господне,” полагается три великих поклона (Тип., послед. Вел. среды). За тем священник читает молитву пред потреблением Св. Даров.
Отпуст литургии преждеосвященных Даров, кроме дней Страстной седмицы, такой же, какой и на литургии св. Василия Великого и св. Иоанна Златоустого, т.е. “Христос истинный Бог наш молитвами Пречистые Своея Матере.” Далее, на нем следуют воспоминания, смотря по дню седмицы, за тем воспоминается святой, его же есть день. Не должно при этом забывать, что служба вечерни и следующей за нею литургии относится к последующему дню. На литургии преждеосвященных Даров, совершаемой в 24-й день февраля и 9-го марта, священник на отпусте поминает прежде празднуемого святого, потом наставшего (Тип., послед. 24-го февраля, аще случится в понедельник 2-й, 3-й или 4-й седмиц Великого поста, и послед. 9-го марта). Наконец, на отпусте священник воспоминает “Иже во святых отца нашего Григория Двоеслова” — составитя литургии преждеосвященных Даров (Служебн., литургия преждеосвященных Даров). В Страстную седмицу произносится особый отпуст (там же), именно в начале его прибавляются слова: “Грядый Господь на вольную Страсть, нашего ради спасения, Христос истинный Бог наш” и т.д. (Служебн., отпусты Владычних праздников)” (Никольский, стр. 480).