Страница 218 из 230
достаточно для того, чтобы не быть вам, сестры, отведенными сюда? Так всякий совет, и забота, и молитвы, 106 - 107
бывающие о ком-либо, бывают тщетны и бесполезны, если он сам себя не сделает послушным им».
Они же устыдились, сначала молчали, потом стали
опять говорить: «Не время теперь обличения и укорения, а утешения и помощи, ибо обдержат нас беды.
Помилование доставь и помощь. Если что можешь, помоги нам, умилостивившись над нами».
Я же сказала: «Если могу сделать что доброе, сделаю».
Они же сказали, чтобы я просила за них начальствующих над муками, если возможно, совсем освободить их от сего мучения, если же невозможно, хотя
малое получить облегчение от таких бедствий. Я же
со слезами и плачем молила начальствующих, говоря:
«Подражайте своему Владыке человеколюбивому и
благому, и облегчите их от сего мучения».
Они же гневно отослали меня, говоря: «Не время
для них теперь покаяния и исповедания, ибо данное им от Бога время для покаяния провели в блуде, убийствах и наслаждениях и во всяком беззаконии.
Облегчения здесь получить не могут. За басню почитали они там блага здешние, как ныне ищут получить
их? Справедливо для них, какие посеяли там деяния, такие пожинают плоды. Какие там презрели блага, тех здесь не получат, а какими пренебрегали муками, те здесь испытают. Потому до конца будет им бедствие. Ступай, девица, возвещай на земле о здешнем, о
добром и о злом, хотя бы многим показалась ты говорящей пустое».
Девицы же, узнав, что беcполезно было мое моление, плача и скрежеща зубами, сказали: «Все терпели
мы сообразно со сделанным нами. Ибо учивших в мире оном жить достойно девства мы не послушались, и
добрые увещания оказались здесь беcполезными. Но, оставив нас, уйди опять в мир. Просим тебя, расскажи обо всем этом жившей с нами, ибо и она делала
подобное нам, смеясь над здешним, баснями считая
говоримое, как и мы. Возвести ей о наших мучениях, чтобы, если до конца будет делать подобное, и ей
не испытать таких же бед. Уверь ее, что истинно есть
здесь муки, и убеди покаяться, ибо, может быть, это
будет спасением для такой души».
Господь же и Бог да удостоит нас освободиться от
мук, о которых мы слышали, и получить вечные оные
блага в самом Христе Господе нашем, Ему же слава и
держава во веки веков. Аминь».
Древний патерик
Если ты и сведущ, не отвергай наставления мужей
святых, потому что и это плод знания.
Преподобный Ефрем Сирин
Мудрый христианин краткую жизнь свою употребляет с пользой для души, он дорожит минутами, даже
на обед или ужин старается меньше времени уделить
и его считает как бы непроизвольно потраченным.
Мудрый и ученый тот, кто ведет чистую и беспорочную жизнь.
Мудрый сообщает свои познания другим, подобно
как источник питает жаждущих.
Ни к кому удобнее диавол не приступает, как к живущему в праздности и лености.
Святитель Тихон Задонский
Демон не смеет приблизиться к душе, помышляющей о предметах Божественных.
Что сатана противится — это не диво: его и имя такое — противник истины и добра; ясно видит, что Бог
есть, что Он будет судить его и осудит, что казнь ему
уже уготована, а все идет наперекор, — и не для чего
108 - 109
другого, как только на зло, следовательно, на большую себе пагубу. Уж не тот ли дух богоборчества владеет и неверами?
Святитель Феофан Затворник
Демоны употребляются Богом и святыми как палачи для наказания.
Небесный град
К Иоасафу, когда он был еще юношей, послан
был Богом преподобный Варлаам. Он научил его вере, окрестил, помолился о нем Богу и, дав целование
о Христе, возвратился в пустыню.
По отшествии его, Иоасаф стал усиленно подвизаться и постоянно проводил время в молитвах и
слезах. Трудно, конечно, было юному христианину, окруженному язычниками, нести первое время крест
свой. Но Господь не оставил его. В первые же дни своей новой христианской жизни, во сне, он сподобился
видения. Узрел он себя восхищенным в рай, и там ему
показаны были все те блага, которых ни слово человеческое не может передать, ни око видеть. Перед
ним открылся чудный город, сиявший золотом и драгоценными камнями, и видел он множество Ангелов, певших и славивших Бога. Иоасаф обратился к ним
с просьбой, чтобы позволили ему остаться с ними.
Но услышал от них, что для того, чтобы быть в раю, должно ему возвратиться в мир и подвизаться.
Это видение еще более усилило желание Иоасафа
служить Господу, — он усугубил свои подвиги и наконец, чтобы всецело посвятить себя Богу, ушел к
Варлааму в пустыню. Там, без сомнения, ему еще
труднее было, но Господь укрепил его видением снова.
Ему опять явились те Ангелы, которых он прежде видел, и они опять ввели его в небесный нерукотворенный град. При входе же в него он увидел других двух
Ангелов, которые держали два светлых, неизреченной
красоты, венца. Иоасаф спросил, кому они назначены, и услышал ответ, что один из них назначен ему за то, что он спас множество душ и украшен постничеством, а другой, ради него, дается его отцу. После этого видения, говорит сказание, Иоасаф «еще в большее подвизание вниде, и по мале времени прейде в пресветлый
оный град и неизреченный».
Пролог
Лоно Авраамово и небесный Елеон
— Поставлен я был, — говорит один благочестивый муж, — на некотором ровном месте, где все было
хорошо, весело и приятно, а в стороне было еще лучшее место, злачное и прекрасное, всей прелести которого словами передать невозможно. Посреди этого
места сидел старец многочестный, а около него были
дети, число которых превосходило число песка морского. Желая узнать, кто сей старец, я спросил о нем
сопутствовавших мне апостолов Андрея и Иоанна, и
они сказали, что это Авраам, а место, где были дети, называется лоном его.
Поклонившись величайшему из патриархов, я
при веден был своими путеводителями на место, называемое Елеон, где росло бесчисленное множество
деревьев, и под каждым была сень. Тут было также
множество людей, и многие были известны мне. Одни
из них воспитывались при дворе царском, другие были простыми гражданами, некоторые земледельцами, а иные иноками. Все эти, известные мне, были уже
умершие.
110 - 111
Когда я хотел расспросить подробно о видимом
мною месте, апостолы предварили меня и сказали:
«Ты желаешь знать, что есть сей великий и прекрасный Елеон и что все, что ты видишь в нем? Знай, что
он есть Дом Отца Небесного, в котором обители многи суть. И эти обители всем разделяются, смотря по
их благочестию и по мере добродетелей».
Пролог
Три райских яблока
Был в некотором монастыре черноризец по имени
Евфросин, неграмотный, но смиренный и богобоязненный. Он предал себя со всей покорностью в послушание игумену и братии. Они поручили ему служение в
поварне и на много лет оставили его в этом служении.
Евфросин никогда не роптал, не прекословил, — исполнял порученное ему дело со всевозможным тщанием…
Игумен того монастыря Власий, саном иерей, украшен был всеми добродетелями. Он с юности вступил в
служение Богу и угождал Ему постом и молитвой. Этому
игумену пришло непреодолимое желание узнать, в какое место вселяются души монахов, достойно подвизавшихся во время земной жизни. Возложив на себя пост и
бдение, он начал молить Бога, чтоб Он открыл ему это.
Три года провел игумен в келейном бдении.
И Всеблагий Бог, никогда не презирающий молящихся Ему с верой, исполнил желание его. Однажды ночью стоял он на обычной молитве и внезапно ощутил
себя в состоянии исступления. Ему представилось, что
он ходит по какому-то великому полю. На поле был
рай Божий. Что такое рай? Это невозможно передать
на человеческом языке. Блаженный Власий, вошедши
в рай, увидел дерева благовоннейшие, осыпанные различными плодами, и насыщался одним благоуханием, которое исходило от этих плодов. И вдруг в раю он
увидел своего монаха Евфросина, сидящего под одной
из яблонь на золотом престоле.
Увидев его и достоверно узнав, что это он, игумен
подошел к нему и спросил его:
— Сын мой, Евфросин! Что ты здесь делаешь?
Евфросин отвечал:
— Владыко! Я за твои молитвы в этом месте святого рая поставлен в страже Богом.
— Если я попрошу у тебя что-нибудь, имеешь ли
ты власть дать?
— Чего ни попросишь, — получишь.
Игумен, показав на одну из яблонь, сказал:
— Дай мне с этой яблони три яблока. Евфросин
тщательно снял три яблока и отдал их игумену.
Игумен принял их в мантию и тотчас пришел в себя.
Он оказался в келье своей, три яблока были в его мантии. Зазвонили к утрени. По окончании Богослужения