МОСКВА 2010

Страница 7 из 230

его так и тянет к вину; и вот он доходит до запоя, до

страшной болезни, когда его испорченный желудок

требует вина уж без меры, без перерыва, и — Боже

мой! — кто ж не знает, чем все это кончается?

40 - ПЬЯНСТВО 41

Мудрость земных врачей отказывается лечить

таких несчастных: против запоя нет средств у них, нет лекарства; и нет больного несчастнее пьяницы!

Всякий другой больной находит себе хотя какое-нибудь утешение: его жалеют, о нем заботятся добрые

люди; да если даже и люди покинут его, он все же может сказать себе: «Так Богу угодно, поделом мне, окаянному! Накажет Бог, да и смилуется!» И в этой преданности в волю Божию он может найти успокоение

своей скорбящей душе. А пьяница? Его все бегают, от

него отворачиваются, и — посмеет ли он, несчастный, утешить себя тем, что «так Богу угодно»? Ведь это будет богохульство; сам виноват и никто больше — вот

что скажет ему тогда его собственная совесть!..

Но чего не могут сделать люди, то силен сотворить Всемогущий Господь. У Него, Милосердого, есть верное врачевство и против этой ужасной болезни — против пьянства и запоя. Это врачевство всем

доступно, всякому прикладно: оно называется покаянием. Сознай только свой грех тяжкий, очисти себя

Таинством покаяния, соединись с Господом во Св.

Причащении, поведай Ему беду свою, лютую болезнь

неисцельную, проси исцеления, — а Он всегда готов

помочь тебе. Он скажет слово — и исцелеешь ты, Он

коснется тебя десницею Своей — и престанет болезнь

твоя: отскочит от тебя демон-искуситель, приблизится к тебе Ангел-Хранитель и покроет тебя от помыслов искусительных…

Для укрепления веры кающегося есть и особые

благодатные средства, силу которых опытом дознали страдавшие запоем: это усердное чтение слова

Божия и теплое сердечное призывание сладчайшего

имени Господа Иисуса. Вот что пишет об этих средствах один опытный в духовной жизни подвижник.

Встретился он однажды с офицером, который носил

Святое Евангелие у себя на груди в дорогой серебряной оправе и усердно каждый день прочитывал по

евангелисту. Старец спросил офицера, почему он так

любит слово Божие, и тот рассказал ему вот что: «Я

с молодых лет служил в армии; знал службу и любим

был начальством, как исправный прапорщик. Но лета были молодые, приятели тоже; я, по несчастию, и

приучился пить, да под конец так, что открылась и запойная болезнь. Когда не пью, то исправный офицер;

а как закурю, то недель шесть в лежку… Долго терпели

меня, наконец, за грубости генералу, сделанные в пьяном виде, разжаловали меня в солдаты на три года, а

если не исправлюсь и не брошу пить, то угрожали и

строжайшим наказанием. В сем несчастном состоянии я сколько ни старался воздержать себя и сколько от сего ни лечился, но никак не мог покинуть моей

страсти; а потому и хотели переместить меня в арестантские уже роты. Услышав сие, я не знал, что с собою делать.

В одно время я в раздумье сидел в казармах. Вдруг

вошел к нам какой-то монах, с книгой для сбора на

церковь. Кто что мог — подали. Он, подошедши ко

мне, спросил: «Что ты такой печальный?» Я пересказал ему мое горе. Монах, сочувствуя моему положению, начал говорить: «Точно то же было с моим

родным братом; и вот что ему помогло: его духовный

отец дал ему Евангелие, да и накрепко приказал, чтобы он, когда захочет вина, нимало не медля, прочел

бы главу из Евангелия, если и опять захочет, то и

опять читал бы следующую главу. Брат мой стал так

поступать, и в непродолжительном времени страсть

к питию в нем исчезла, и теперь вот уже пятнадцать

лет капли хмельного не берет в рот. Поступай-ка и ты

42 - ПЬЯНСТВО 43

так, — увидишь пользу! У меня есть Евангелие, пожалуй, я принесу тебе…»

Выслушав это, я сказал ему: «Где же помочь твоему

Евангелию, когда никакие страдания мои, ни лекарственные пособия не могли удержать меня?» (Я сказал

так потому, что никогда не читывал Евангелия). «Не

говори этого, — возразил монах, — уверяю тебя, что

будет польза…»

На другой день действительно монах принес мне

вот это Евангелие. Я раскрыл его, посмотрел, почитал, да и говорю: «Не возьму я его; тут ничего не поймешь; да и печать церковную читать я не привык».

Монах продолжал убеждать меня, что в самых словах

Евангелия есть благодатная сила; ибо написано в нем

то, что Сам Бог говорил. «Нужды нет, что не понимаешь, токмо читай прилежно. Один святой сказал: если

ты слова Божия не понимаешь, так бесы понимают, что ты читаешь, и трепещут; а ведь страсть пьянственная непременно по возбуждению бесов… Да вот тебе

еще скажу: святитель Иоанн Златоустый пишет, что

даже та самая храмина, в которой хранится Евангелие, устрашает духов тьмы и бывает неудобь приступна

для их козней». Я взял Евангелие, положил на сундучок с прочими моими вещами, да и забыл про него.

Спустя несколько времени пришло время мне запить: смерть захотелось вина, и я поскорее отпер

сундучок, чтобы достать деньги и бежать в корчму.

Лишь только я открыл крышку, первое попалось мне

на глаза Евангелие, и я вспомнил все то, что говорил

мне монах. Развернул и начал читать сначала первую главу от Матфея. Прочитав ее до конца, именно

ничего не понял, да и подумал: «Монах сказал, что

тут писано то, что Бог говорил; а тут одни только какие-то имена… Дай прочту другую главу. — Прочел

и стало понятнее. — Дай же и третью…» Как только

ее начал, вдруг звонок в казарме: к местам на койки.

Следовательно, уже идти за ворота было нельзя; так

я и остался… Вставши поутру и расположившись идти

за вином, подумал: «Прочту главу из Евангелия: что

будет?» Прочел и не пошел. Опять захотелось вина, и

еще стал читать, и сделалось легче. Это меня ободрило; и при каждом побуждении к вину я стал читать по

главе из Евангелия. Что дальше, то все было легче, наконец, как только окончил всех четырех евангелистов, то и страсть к питью совершенно прошла, и сделалось

к ней омерзение. И вот, ровно двадцать лет я совершенно не употребляю никакого хмельного напитка.

Все удивлялись такой во мне перемене; по прошествии трех лет опять возвели меня в офицерский чин и

наконец сделали командиром. Я женился, жена попалась добрая, нажили состояние, и теперь, слава Богу, живем да по силе-помочи бедным помогаем, странных принимаем. Вот уже и сын у меня офицером, и

хороший парень. Слушай же, с тех пор, как я исцелился от запоя, дал себе клятву: каждый день, во всю

мою жизнь читать Евангелие, по целому евангелисту

в сутки, невзирая ни на какие препятствия. Так теперь

и поступаю: если очень утомлюсь, то вечерком лягу в

постель и заставлю прочесть надо мною целого евангелиста жену мою или сына моего. В благодарность и

во славу Божию я это Евангелие оправил в чистое серебро и ношу всегда на груди моей».

Со сладостию я выслушал сии речи капитана и сказал ему: «Такой же пример видел и я. В нашем селе, на

фабрике, один мастеровой был очень искусный в своем деле, добрый и дорогой мастер, но, по несчастию, тоже запивал, да и часто. Один богобоязненный человек посоветовал ему, чтобы он, когда захочется ему

44 -

вина, проговаривал бы: «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя, грешного», — тридцать три раза, по числу

лет земной жизни Иисуса Христа. Мастеровой послушался, стал это исполнять и вскоре совершенно кинул

пить. Да еще что же? Чрез три года ушел в монастырь».

«А что выше, — спросил капитан, — Иисусова молитва

или Евангелие?» «Все одно и тоже, — отвечал я, — что

Евангелие, то и Иисусова молитва, ибо Божественное

имя Иисуса Христа заключает в себе все евангельские

истины. Св. отцы говорят, что Иисусова молитва есть

сокращение всего Евангелия…»

О вреде табакокурения

«В России в старину преследовали за курение табака. Например, при Иоанне Грозном строго наказывали нюхающих и курящих табак. При первых царях из

дома Романовых было приказано воеводам смотреть, «чтобы посадские люди в карты не играли, поганого

табачного зелья не жевали, в ноздри не пихали и не

курили».

Говоря о вреде курения табака, следует упомянуть

о нюхании табачного порошка. Нюхальщики утверждают, что табак будто бы освежает мозг и мысли, оберегает зрение, но все это — выдумки и самообман.

Помимо нечистоты в носу от нюхания, он нередко вызывает воспаление носа (внутри), глотки и глаз» (из

брошюры «О вреде курения табака»).

ГНЕВ

Всякий человек да будет скор на слышание, медлен

на слова, медлен на гнев, ибо гнев человека не творит

Претензии к содержанию