Страница 96 из 230
мысли их такие, что не спасется, или что будет
осужден или отвержен Богом, или что предопределен к погибели, то душу такого человека (если он не покается) бесы увлекут к себе, потому
что он отчаянием своим отверг искупление на136 - 137
ше Христовой Жертвой, уничтожил милосердие
Божие и, подобно Каину, счел свои грехи превышающими милосердие Божие.
Что есть грех к смерти?
Грех смертный тот, который душу убивает, лишая благодати. А грех не к смерти такой есть, который не убивает, а засоряет душу. Какие именно
грехи того и другого рода, точно определить едва
ли можно. В жизни так надо: коль скоро совесть
обличает, кайся скорее – и сила греха разрушительная сим пресечется. И нет греха, который бы
противостоять мог действию покаяния искреннего (святитель Феофан Затворник).
При любви ко греху должно некоторое время
воздержаться от причащения, чтобы покаянием и слезами пресечь злой греховный навык.
И только исполнив это, можно причаститься без
опасности для души. Св. отцы воспрещают причащение Св. Таин Христовых некающимся, некрещеным и возлюбившим срамные и неправедные
дела, такие как блуд, хищение, гордость, зависть, злопамятство, обида, убийство и другие пороки.
Лишаются причащения хулящие Божественные
Таинства, находящиеся под епитимией и те, у кого не созрела решимость жить чисто во Христе.
Поскольку грехи бывают по причине немощности и душа нуждается в укреплении свыше, то
кающемуся надлежит всегда умолять Бога о даровании ему благодати Господа нашего Иисуса
Христа (святитель Феофан Затворник).
Кто на добрые дела свои надеется, даже при вере, — заблуждается. Преступая же заповеди, покаянием опять приобретается благодать, данная
в крещении (преподобный Макарий Оптинский).
Никогда нельзя отчаиваться, даже в больших
грехах: Давид впал в блуд, но покаялся — и стал
пророком (старец Иоанн Троицкий).
Как от недостатка воды засохшее уже дерево, если поливать его водою, снова дает отростки, так и душа, умерщвленная грехом, если покается и умилостивит своего Владыку, омывается от
скверны и, приобщившись духовной благодати, напоив ум обильным орошением, приносит плоды всякой правды.
Не сомневайтесь, откровенность ваша врагу неприятна, а послужит вам на великую пользу и
введет в свет Божий и душевное здравие (старец
Адриан Югский).
Когда, по падении, желаем обратиться к покаянию, демон говорит всякой душе: «Нет тебе спасения о Боге твоем». И горе тому, кто поверит ему, лукавому! Он старается всячески удалить ум наш
от Бога и памяти смертной, чтобы погубить душу.
Не будем отчаиваться в своем спасении!
Покаемся. Тысячекратно принесем покаяние. Бог
радуется о всяком добром деле, преимущественно
же — о душе кающейся, ибо весь приклоняется к
ней и призывает, говоря: Грядущаго ко Мне не изжену вон (Ин. 6: 37) (преподобный Ефрем Сирин).
138 - 139
Наша стыдливость на исповеди — злая насмешка над нами врагов наших. Бог видит грех и без
исповедания греха. Он ищет исповедания единственно для того, чтобы уврачевать.
Во всю вселенную произнесено слово, что грешников кающихся Господь приемлет и удостаивает Своей милости. Теперь следует каждому
грешнику себя самого рассматривать, точно ли
он есть из числа кающихся; ибо кающиеся престают от грехов, скорбят о том, что прежде согрешили, чтобы вновь не обратиться на грехи
свои, как пес на свою блевотину и свинья омывшаяся — в кал смрадной тины. Итак, истинным
покаянием они делаются чужды прежде бывшим
друзьям своим, которые услаждались с ними во
грехах.
Прежде всего надобно знать, что в Новом Завете
нельзя видеть различения малых и важных грехов. Ибо на все грехи падает один приговор, когда Господь говорит: Творяй грех, от диавола
есть (1 Ин. 3: 8). Вообще же, если и дозволено
говорить грех малый и великий, то в том только
смысле, много он тобою владеет или мало.
Надо понять, что неприлично кающемуся
и скорбящему о своих грехах есть постом сладко
и обильно, хотя бы и постные блюда. Можно сказать, что поста не будет, если человек будет вставать из-за стола с вкусными постными блюдами
с чувством переобременения желудка. Здесь мало
будет жертв и лишений, а без них не будет истинного поста.
О внутреннем покаянии пред Богом
Примеры внутреннего покаяния видно из дневника святого Иоанна Кронштадтского. Он часто
пишет про то, как, заметив за собою грех — или
раздражения, или внутреннего осуждения коголибо, или принятия излишнего количества пищи, или суетной мысли во время Богослужения и т. п., тотчас начинал каяться и усиленно просить Бога
о прощении ему подобного греха.
Душа признательная, кающаяся, не любящая
грех, не погибнет, хоть и падает, но соблюдается для совершенного спасения. Св. отцы говорят: хоть кто и грешит, но внутренно ненавидит
грех и тоскует после падения, тот, долго ли, коротко ли, совершенно разлюбит грех и скажет:
Совершенною ненавистию возненавидех я: во
враги быша ми (Пс. 138: 22). От Божьего милосердия до смерти не отступайте (старец Иоанн
Троицкий).
Старец Варсонофий Оптинский, благословляя
говеющих, советовал после вечерни, на которой
читают каноны, не вкушать ничего до причащения Св. Таин. В исключительных случаях разрешал выпить только чаю.
Мы не можем каяться надлежащим образом, если не узнаем способа этого самого покаяния;
потому что каяться — значит и оплакивать содеянные грехи и оплакиваемых грехов больше
не творить. Ибо кто оплакивает грехи, продолжая их, тот или притворяется, что он кается, или
140 - 141
не имеет верного понятия о покаянии. Ибо что
пользы, если бы кто оплакивал грехи роскоши и
между тем продолжал бы еще быть чрезвычайно
любостяжательным.
Когда мы желаем очистить свою совесть от грехов Таинством Покаяния, то нам надобно: иметь
твердую веру и надежду на Иисуса Христа; иметь
сокрушение и болезнование о том, что мы прогневали Бога; простить всем своим врагам и оскорбителям все обиды, какие они нам сделали; без всякой утайки, чисто и откровенно, объявить грехи
свои пред духовником; положить твердое намерение вперед жить как можно осторожнее (святитель Иннокентий, митрополит Московский).
Если случится кому-либо из богобоязненных
людей отойти ко сну, не раскаявшись в том грехе
или в тех грехах, которые содеяны днем и мучат
душу, то мучение это будет сопровождать человека целую ночь дотоле, пока сердечно не покается
в грехе и не омоет своего сердца слезами (святой
Иоанн Кронштадтский).
Тот, кто совсем не имеет намерения переменить
жизнь свою, тот, кто не хочет оставить ни одного
греха, – тот лучше не приступай к исповеди. Это
я говорю здесь, пред лицом Бога; тот, кто нисколько не думает об исправлении себя, тот напрасно исповедается, напрасно трудится, потому
что духовник, хотя и скажет: «Прощаю и разрешаю», но Дух Святый не простит и не разрешит.
Слышите, братия, Церковь повелевает после исповеди жить как можно осторожнее и не возвращаться на прежнюю греховную жизнь, но начать
новую и святую. Итак, братия моя, прошу вас, ради Бога, ради спасения вашего, имейте намерение
и постарайтесь переменить жизнь свою (святитель Иннокентий, митрополит Московский).
Человек и с самыми малыми и обыкновенными грехами может погибнуть навеки, если он не
будет о них заботиться, сожалеть и оплакивать
и если вовремя не покается. А, напротив, и самый великий злодей может получить Царствие
Небесное, если принесет истинное покаяние и, сознавая себя виновным пред Богом, предаст себя в полную волю Божию. И что еще? Даже скорее можно погибнуть и не получить Царствия
Небесного с малыми грехами, потому что совесть
наша, уже привыкнув к ним, нисколько не напоминает нам о них и оттого мы думаем, что мы если не безгрешнее других, то, по крайней мере, не
имеем больших грехов, и потому и не заботимся
о себе; а между тем душа мало-помалу утверждается в том грехе, сердце грубеет и каменеет, и мы
неприметно удаляемся от Бога и крепкими узами
привязываемся к миру, с которым и погибаем, если не очувствуемся.
Мы невольными грехами назовем те, которые
делаются или по необходимости, или по обстоятельствам, или по званию, или даже по слабости;
а вольными грехами мы назовем те, которые делаются не по слабости человеческой, не по нужде, но единственно по худой привычке и по прихоти.
Например, обсудить ближнего есть грех вольный
и грех тяжкий, потому что кто и что принуждает
142 - 143
нас пересуживать других, неужели какая-нибудь
крайность? Например, если бедный и украдет
что-нибудь, он, конечно, грешит, но он это сделал, может быть, по необходимости; но что за
крайность, что за необходимость осуждать и судить о пороках других? Очень забавно слышать, как кто-нибудь, осуждая ближнего и вдоль, и поперек, приговаривает: «Я не в осуждение его говорю», как будто таковая оговорка избавит его