НАШ КАЛЕНДАРЬ

Если в целом духовный руководитель хороше­го направления, но в частностях делает ошибки, в каких случаях руководивши имеет право не оказы­вать послушания?

Лучше всего посоветоваться с третьим ли­цом, которое мы уважаем. Это не будет доно­сом на нашего старца. Возможно, что нам толь­ко кажется, что он делает ошибки, на самом же деле он не делает их, а это лишь наше представ­ление. Лучше всего рассказать об этом другому лицу, которое может посмотреть со стороны и дать объективную оценку. А не оказывать по­слушания мы имеем право, главным образом, тогда, когда послушание грозит нашему целому­дрию. Но это все исключительные случаи.

Какие главные требования предъявляли к Вам Ваши духовные наставники?

Они требовали, чтобы я смирял свой дух.

Встречи с какими высокодуховными людь­ми повлияли на Вас более всего? Какие доброде­тели в этих людях оставили наибольшее впечат­ление?

Я написал о них книгу, которую назвал «Тайна спасения». Можно сказать, что воспоминания об этих людях самые дорогие воспоми­нания моей жизни. В этой книге я еще не напи­сал о схиигумене Савве. Это был человек, кото­рый повторил подвиги древних Отцов. Наиболь­шее впечатление в этих людях производила лю­бовь к ближним. Для них была дорога человече­ская душа больше всего внешнего. Они не раз­личали богатого, бедного, образованного или не­вежду, они видели в каждом человеке образ и подобие Божие. Поэтому больше всего меня по­ражала в них бескорыстная, или, говоря по-дру­гому, самоотверженная любовь.

Есть ли у Вас своя община из духовных чад? Если можно, расскажите про их жизнь.

Я только напоминаю своим чадам о том, что мир забыл об Иисусовой молитве, о том, что наши несчастья происходят от того, что мы забываем о вечности, о Боге и живем в вол­нах этого вечно мятущегося житейского моря. Но для того, чтобы любить Бога, нужно ощу­щать Его, нужно чувствовать Бога. А это жи­вое чувство благодати дает Иисусова молитва. О том, как творить Иисусову молитву написа­но достаточно книг. Я считаю, что для нашего времени особенно полезны книги свт. Игнатия (Брянчанинова). В Иисусовой молитве нужно постепенно переходить от внешней словесной молитвы к внутренней. Но сначала лучше мо­литься в простоте сердца. По мере изменения состояния нашей души молитва сама придет в сердце, когда это будет возможно. Что касает­ся моих чад, то я написал о них несколько воспоминаний. Если они увидят свет, то вы проч­тете их.

Были ли случаи, когда Ваши духовные чада уходили к другим духовникам? Как Вы к этому относились? Выгоняли ли Вы своих духовных чад?

Были случаи, когда мои духовные чада уходили к другим. Я всегда разрешал им это де­лать. Я говорил, что здесь не может быть ника­кого насилия. Только просил, чтобы они слуша­лись нового духовника и от него не переходили бы к третьему и так далее. Иногда я на время отлучал духовных чад от общения, но чтобы вы­гнать совсем,не помню.

Когда духовные чада уходили от Вас к другим духовникам, то те духовники были более строгими или нет?

Чаще всего они уходили и не находили то­го, что искали. В большинстве случаев те, к ко­му они уходили, меньше обращали на них вни­мания. Может быть, мне надо было научиться меньше обращать на них внимания.

У святителя Игнатия есть наставление о том, что не надо давать совет без вопрошания. Даете ли Вы своим духовным чадам советы без вопрошания или делаете это только тогда, когда Вас спрашивают?

Преподобный Исайя так ответил одному игумену на подобный вопрос: «Если это твои монахи, то без всякого вопрошания давай им благословения и повеления. Если же это люди, которые просто пришли в монастырь, то не го­вори и не учи их, пока они сами не спросят тебя». Тому, за кого вы отвечаете, нужно гово­рить без вопрошания.

Даже будучи священником, я затрудняюсь что-либо говорить, не будучи спрошенным, а то скажешь невпопад. Совет не говорить без вопроша­ния дан мне духоносным старцем.

Можно сказать, не настаивая на своем слове.

Я обычно говорю мягко. Если вижу, что ме­ня слышат, то говорю дальше, а если меня не слу­шают, тут же прекращаю или говорю, что я это­го не говорил.

Если человек вопрошает, то обычно он, все-таки слушает внимательно, что ему говорят, так как здесь включен его собственный вопрос.

В том-то и дело, что он слушает, но по дан­ной теме не вопрошает. Получается, что начина­ешь его обличать. Это достаточно сложный вопрос: когда человека надо обличить, а когда не надо.

Святые Отцы говорят: «Прекращай бесе­ду, когда с тобой спорят».

Можно ли найти в современных монасты­рях серьезное духовное руководство, основанное на святоотеческих писаниях и собственном духовном опыте? Удалось ли Вам в свое время найти тако­го руководителя?

К моему счастью, в молодости я еще за­стал таких руководителей. Мне кажется, что мы впадаем в крайность. Когда мы говорим о необ­ходимости духовного руководства, то где-то в нашем подсознании встает образ древних От­цов, о которых мы читали в патериках и в житиях святых. И мы делаем вывод, что если та­ких Отцов нет, значит слушаться некого. Но есть руководители, хоть и не такие, как древние Отцы, однако достаточные для нашего спасе­ния,вот что для нас главное.

Безусловно, духовный отец обязательно дол­жен иметь собственный духовный опыт. Но этот духовный опыт приобретается годами монашес­кой жизни. Если человек, несмотря на свои сла­бости и ошибки, в глубине своего сердца искрен­но стремится исполнить монашеские обеты, тог­да некий опыт он обязательно приобретет.

Если в современных монастырях не может осуществляться в достаточной мере делание от­кровения помыслов, какие делания вместо него мо­гут столь же действенно очищать душу? Что пред­принять, если нет возможности исповедать по­мыслы, а справиться с ними не получается?

Возьмите тетрадку, записывайте эти по­мыслы, потом суммируйте их и говорите об этом на исповеди. И держите свою тетрадку по­дальше от чужих глаз. Если нас борют грехи, а мы просто запишем их с намерением потом ис­поведовать, может быть, не подробно, но в са­мом главном, то уже от этого мы получим об­легчение.

Поскольку в современных женских монас­тырях возбраняется общаться с прежним духов­ным руководителем, что бы Вы посоветовали де­вушке, желающей проводить монашескую жизнь и имеющей духовного руководителя, общение с кото­рым не хотелось бы прерывать?

Раньше духовного руководителя выбирал сам человек, выбирал того, перед которым от­крывалась его душа. Насильно иметь духовного руководителя невозможно. Поэтому перед чело­веком выбор: либо монастырь, либо духовный руководитель. Но мне кажется, не во всех мона­стырях запрещается общаться с духовным руко­водителем. Вообще это вопрос довольно-таки болезненный. Это все равно, что мы скажем: можно ли принять гражданство более богатого государства, если для этого нужно отказаться от своего отца и на новом месте выбрать другого. Обычно трудно заменить первого отца другим.

Мне кажется, что в женском монастыре игу­менья все-таки должна дать право насельницам монастыря при их желании и духовной необхо­димости общаться с прежним духовным отцом, но при условии, что он не будет вмешиваться в дела монастыря, а будет заниматься только раз­решением вопросов внутренней жизни. Внеш­ний же уклад жизни монастыря подлежит ком­петенции игуменьи.

Как распознать: духовно ли то чувство, ко­торое испытываешь по отношению к своему духов­ному отцу, или, может быть, это только душев­ная привязанность?

Если духовный отец говорит не с тобой, а с каким-нибудь другим чадом, и ты при этом ис­пытываешь радость о том, что он передает бла­годать и возможность спастись другому челове­ку, то ты действительно духовно любишь своего наставника. А если в это время ты испытываешь раздражение, досаду или ревность, хотя бы внешне скрытую от самого себя такими слова­ми: «Какие бессовестные люди, мучают моего духовного отца, он может заболеть от такого на­пряжения!»и так далее, значит у тебя не ду­ховная, а душевная привязанность.

Если отношение к духовному отцу по Богу, а слышишь о каком-то старце, высокодуховном чело­веке, но никакого желания к нему ехать нет, правильно ли это? Или надо поехать?

А зачем ехать? Едут для того, чтобы раз­решать вопросы. Если есть вопросы, задай их духовному отцу. Если духовный отец стоит на достаточной высоте, то он сам скажет: «Знаешь, на этот вопрос я не могу тебе сам ответить. По­езжай к другому, побеседуй с ним».

Возможно ли проведение монашеской жизни на приходе, если подходящего монастыря не нахо­дится?

После революции, разгрома монастырей даже и приходов почти не оставалось. Все было разгромлено, закрыто, однако монашеская жизнь не угасла. Поэтому проведение монашес­кой жизни на приходе возможно.