НИ-КА

Ибо от этих трех причин происходят разные и самые злые недуги души. Ибо от первой рождается ненависть к монастырю, а оттуда возрастает страх и несносность жительства в нем, за которою, без сомнения, тотчас последует выход и скорое бегство. От второй возбуждаются огненные воспламенения сладострастия и похоти.

А третья оплетает шеи пленников нерасторгаемыми узами сребролюбия и не допускает монаху пребывать в совершенной нищете Христовой. Что зачатки этой страсти в нас есть, это мы познаем из того признака, когда, будучи удержаны каким-либо братом для обеда, мы не довольствуемся тем вкусом пищи, с каким она приготовлена предлагающим, но с неблаговременною и необузданною свободой просим что-нибудь влить в нее или прибавить.

А этого совершенно не должно быть по трем причинам: во-первых, потому, что монах всегда должен приучаться к терпеливости и бе¬режливости и, по Апостолу, научиться быть до¬вольным тем, что есть (см.: Флп.4,11); ибо ни¬как не может обуздать тайных или больших вожделений тела тот, кто, оскорбляясь вкушением и малой неприятности, ни на минуту не хочет оставить услаждения своей гортани; во-вторых, потому, что иногда случается, что в то время нет той вещи, какой нам хочется, и мы причиняем хозяину стыд скудости или скупости, открывая его бедность, которую он хотел оставить известною одному Богу; в-третьих, потому, что иногда тот вкус, какого мы себе требуем, не нравится другим, и мы причиняем неприятность многим, когда желаем удовлетворить своему желанию и чреву.

Посему всячески надобно обуздывать в себе такую вольность. Блудной страсти три рода: первый совершается чрез смешение обоего пола; второй производится без смешения с женщиною, за который от Господа был поражен Онан, сын патриарха Иуды (см.: Быт.38,9-10), который в Священном Писании называется нечистотою, о чем Апостол говорит: глаголю же безбрачным и вдовицам: добро им есть, аще пребудут, якоже и аз: аще ли не удержатся, да посягают: лучше бо есть женитися, нежели разжизатися (1Кор.7,8-9). Третий (род)

производится умом и сердцем, о котором Господь в Евангелии говорит: всяк, иже воззрит на жену ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердцы своем (Мф.5,28). Эти три рода блаженный Апостол, также различая, говорит: умертвите убо уды ваша, яже на земли: блуд, нечистоту, страсть, похоть - и прочее (ср.: Кол.3, 5).

И еще о двух родах к ефесеям говорит: блуд же и всяка нечистота и лихоимство ниже да именуется в вас... сие бо да весте, яко всяк блудник, или нечист, или лихоимец, иже есть идолослужитель, не иматъ достояния в Царствии Христа и Бога (Еф.5, 3, 5). Одно исключение из Царства Христова должно устрашать нас, чтобы мы с одинаковою заботою остерегались этих трех родов.

Сребролюбия три рода: первый тот, который отрекающимся от мира не дозволяет оставить богатство и имущество свое; второй убеждает нас с большею жадностию возвратить то, что нами было расточено или роздано бедным; третий побуждает желать и приобретать то, чего даже и прежде мы не имели.

Три рода и гнева: первый тот, который пылает внутри, что по-гречески называется θυμος (ярость); второй тот, который прорывается в слово и дело и называется οργη (гнев), о котором Апостол говорит: “ныне же отложите и вы та вся: гнев, ярость...”(Кол.3,8)

; третий тот, который вспыхивает не на короткое время, но сохраняется чрез несколько дней, долгое время, что называется злопамятность. Всего этого с одинаковым опасением мы должны отвращаться. Печали два рода: первый происходит по прекращении гнева, или от нанесенного вреда, или когда желание встретило препятствие, не исполнилось; второй происходит от неразумной скорби сердца, или отчаяния.

Уныния два рода: один повергает в сон во время жара (в полдень); а другой склоняет оставить келью и бежать. Тщеславие хотя многовидно, многоразлично, разделяется на разные виды, однако ж два рода его: первый тот, когда мы превозносимся плотскими, видимыми вещами; а второй, когда из-за духовных, невидимых, предметов воспламеняемся желанием суетной похвалы.

Глава 12. “В чем полезно тщеславие?

”

Тщеславие, впрочем, в одном отношении быва¬ет и полезно для новоначальных, для тех только, которые еще подвергаются искушениям от плотских пороков, например, если в то время, когда разжигаются духом блуда, они в уме представляют достоинство священнической должности или мнение всех, которые считают их святыми, безукоризненными, и, таким образом нечистые возбуждения похоти считая гнусными и недостойными (людского)

мнения о них или сана своего, по крайней мере этим размышлением подавляют их, меньшим злом отсекая большее. Ибо лучше всякому подвергнуться искушению от страсти тщеславия, нежели впасть в пламя блудной похоти, откуда уже не в силах будет выйти или едва может выйти после падения. Эту мысль от лица Божия один Пророк хорошо выразил, говоря: “Ради Себя удалю ярость Мою, и хвалою Моею обуздаю тебя, чтобы ты не погиб”, - то есть чтобы, когда увлечешься похвалами тщеславия, никак не низвергся в глубину ада и от совершения смертных грехов не погрузился невозвратно.

Неудивительно, что у этой страсти есть такая сила, что впадающего в порок блуда может обуздать, когда часто доказано опытами многих, что она зараженного ядом ее делает неутомимым, так что заставляет не чувствовать двухдневного или трехдневного поста. Мы знали, что некоторые в этой пустыне часто сознавались, что они, находясь в киновиях Сирии, без труда сносили воздержание от пищи в течение пяти дней, а теперь даже с третьего часа дня томятся таким голодом, что ежедневный пост едва могут продолжать и до девятого часа.

Касательно этого предмета авва Макарий одному спрашивавшему, отчего он в пустыне чувствует голод и с третьего часа, а в киновии, часто постясь целую седмицу, не чувствовал голода, хорошо отвечал: “Это оттого, что здесь нет свидетеля твоего поста, который бы питал и подкреплял тебя своими похвалами; а там похвалы людей и тщеславие насыщали тебя”.

Образ этого дела, о котором мы сказали, что привходящим тщеславием устраняется порок блуда, довольно хорошо, знаменательно представляется в книге Царств (см.: 4Цар.23-24), где говорится, что, когда народ израильский был пленен царем египетским Нехао, ассирийский царь Навуходоносор, пришедши, отвел его от пределов Египта в свою область не для того, чтобы возвратить ему прежнюю свободу и родную страну, но (чтобы)

отвести в свою землю, более отдаленную, нежели где были пленники в земле египетской. Этот образ прилично прилагается и здесь: хотя сноснее раболепствовать тщеславию, нежели пороку блуда, однако ж труднее освободиться от владычества тщеславия. Ибо пленнику, отведенному на более отдаленное пространство пути, труднее возвратиться в родную землю и отеческую свободу, и справедливо относится к нему пророческое порицание: “обетшал еси на земли чуждей” (Вар.3,10).

Правильно называется состарившимся в чужой земле тот, кто не обновляется от земных пороков. Гордости два рода: первый плотский, второй духовный, который гибельнее первого бывает. Ибо он особенно искушает тех, которые преуспели в некоторых добродетелях.

Глава 13.

О разной брани всех страстей

Хотя эти восемь страстей искушают весь род человеческий, впрочем, не на всех одинаковым образом нападают. Ибо в одном главное место занимает дух блуда; в другом преобладает ярость; в ином властвует тщеславие, а в другом гордость господствует, так что хотя все страсти на всех нападают, но каждый из нас различным образом и порядком раболепствует им.

Глава 14. Надобно вести брань с страстями сообразно с их нападением

Посему нам надобно вести брань с этими страстями так, чтобы всякий, испытывая страсть, какая нападает на него, особенно против нее главно и направлял брань, употребляя всякое старание и заботу духа для наблюдения за нею и подавления ее, направляя против нее копья ежедневных постов, ежеминутно бросая в нее стрелы сердечных стенаний и воздыханий, непрестанно проливая слезы в молитве к Богу, посто¬янно прося особенно Его прекратить брань его.

Ибо никто не может восторжествовать над какою-либо страстию, пока не убедится, что своим тщанием или трудом не может одержать победу в борьбе, однако ж для подавления ее ему и с своей стороны необходимо употреблять днем и ночью заботу и старание. А когда почувствует, что он освободился от этой страсти, то опять должен с полным вниманием рассмотреть тайники своего сердца, приметить, какая в нем есть еще более злая (страсть)

, против нее употребить все духовные оружия, и, таким образом победив наперед сильнейшие, он скорее и легче одержит победу над остальными; потому что от успеха побед и дух его сделается сильнее, и последующая брань с слабейшими скорее доставит ему успех в борьбе. Как сражающиеся при глазах царей с зверями сначала высматривают сильнейших и свирепейших и с ними первыми вступают в борьбу, победив же их, прочих, менее страшных и сильных, уже легче побеждают; так и мы, победив более сильные страсти, без труда одержим совершенную победу над последующими слабейшими.