Оливье Клеман

Исаак Сирин

Аскетические трактаты, 58–й трактат.

Не говори, что Бог справедлив… Если Давид называет Его справедливым и праведным, то Сын Его открывает нам, что Он прежде всего благ и кроток. Он благ ко злым и нечестивым (Лк. 6,35). Как можешь ты назвать Бога справедливым, читая притчу о плате работникам? Друг, я не обижаю тебя… я хочу дать этому последнему то же, что и тебе… Или глаз твой завистлив от того, что я добр? (Мф. 20, 13–15).

Равным образом, можно ли называть Бога справедливым, читая притчу о блудном сыне, расточившем в пирушках отцовское добро: о том, как при первом признаке раскаяния отец побежал к нему навстречу, бросился ему на шею и дал полную власть над всем своим богатством? Не кто–либо посторонний поведал нам сие о Боге, чтобы мы могли сомневаться, но Сам Сын Божий. Это Его свидетельство о Боге. В чем же справедливость Божия? В том, что мы грешники, а Христос умер за нас.

О чудо благодати Творца нашего!.. О неизмеримая благость Его, в которую Он облекся для претворения нашего грешного бытия!.. Он возносит оскорбляющего и проклинающего Его… Грехи – в непонимании благодати воскресения. Где ад, могущий привести нас в уныние? Где осуждение, способное победить в нас радость любви Божией? Что есть ад перед лицом благодати воскресения, исторгающей нас из проклятия, облекающей тленное тело в нетление, возносящей в славу падшего в ад человека!.. Кто прославит по заслугам благодать Творца нашего? Вместо заслуженного грешниками по справедливости – Он дарует им воскресение. Вместо тел, глумившихся над законом Его, тела, облеченные Им в славу… И вот, Господи, я повергаюсь в молчание пред потоками Твоей благодати Не могу выразить благодарность мою к Тебе… Слава Тебе в обоих мирах, сотворенных Тобою для нашего возрастания и наслаждения, ведущих нас путем Твоих великих свершений к познанию славы Твоей

Исаак Сирин

Аскетические трактаты, 60–й трактат.

Духовность, о которой я стремился дать представление в этой книге, есть духовность воскресения. Воскресение же начинается уже сейчас. Это жизнь во всей ее полноте, жизнь, способная в конечном счете поглотить, претворить, превозмочь смерть. На вопрос: «Есть ли что–нибудь на свете, что заслуживало бы верности?» – в Докторе Живаго находим ответ: «Таких вещей очень мало. Я думаю, надо быть верным бессмертию, этому другому имени жизни, немного усиленному. Надо сохранять верность бессмертию, надо быть верным Христу!»… Почему Христу? – Потому, что некогда была одна девушка, и она «тайно и втихомолку дала жизнь младенцу, произвела на свет жизнь, чудо жизни, жизнь всех, «Живота всех», как потом Его назовут» (Б. Пастернак, Доктор Живаго, M , 1989, с. 10 и 480).

Христос воскресе из мертвых,

Смертию смерть поправ

И сущим во гробех

Живот даровав.

ПРИМЕЧАНИЯ (патристический справочник)

Для удобства читателя я расположил примечания в алфавитном порядке. Кроме того, к ним добавлено несколько статей, посвященных раннему монашеству (после заметки об Апофтегмах отцов пустынников), арианству (после заметки об Афанасии Александрийском), монофизитству (после заметки о Максиме Исповеднике).

АВГУСТИН ИППОНСКИЙ (354–430)

Отец Церкви, оказавший наибольшее влияние на Запад – и хорошее, и дурное. Сегодня необходимо заново определить его место в великой патриотической симфонии, где труд его оказался стоящим особняком из–за варварских вторжений.

Поиски Августина, его мытарства, этапы его обращения, замечательно изложенные в Исповеди, поражают своей современностью. Августин родился в Тагасте (сегодня – Сук–Ахраз), в Алжире, в семье мелких земельных собственников, изнемогающих под бременем налогов, но стремящихся дать своим детям классическое образование. Итак, Августин изучает, а затем преподает в качестве ритора великую латинскую культуру. Но он не знал греческого языка и с подлинной философией был знаком лишь как самоучка – но гениальный самоучка.

Будучи человеком страстным и чувственным, он отвергает христианство своей матери Моники и присоединяется к манихейству, считающему себя гнозисом, наукой о невидимом, метафизически классифицирующей относящееся к областям света и тьмы. В Милане Августин знакомится ( в лат. переводе) с Плотиной и глубиной внутреннего экстаза, в котором человек отождествляется с абсолютом Влияние Амвросия, тогдашнего миланского епископа, а также Моники, чтение жития св. Антония, послания Павла, вдруг открывшиеся в непроизвольном напевании ребенка Tolle, lege! (возьми и читай), – Павла, велящего «облечься в Христа», – все это способствовало обращению Августина летом 386 г. Он получает крещение от руки Амвросия в ночь на Пасху 387 г.

Вернувшись в Африку, Августин вскоре волею народа (и против своего желания) был избран в помощники епископа Иппоны (ныне Анаба, в Алжире) – сначала в качестве священника, затем – коадъютора. После смерти епископа в 396г. он становится его преемником. Отныне он взваливает на себя «епископское бремя»: учить и защищать народ, охранять африканскую Церковь от ереси. Августину суждено было увидеть закат античного мира: разграбление варварами Рима в 410 г. и варварское нашествие в Северную Африку. Умер Августин в осажденной Иппоне. Но в своем Граде Божием он разработал богословие истории, показывающее неизбежность напряженности между градом земным и градом небесным, и заложил основания христианской культуры.

Наследие Августина обширно, изобильно и часто носит полемический характер: он утверждает фундаментальную благодать бытия – против манихеев 5; Церковь как всеобщего Христа – против донатистов 6; суверенность благодати – против пелагиан 7. Подход Августина к таинству Бога оказывается определяющим для Западной Церкви Он видит повсюду, и прежде всего в человеке (в его памяти, уме–познании и воле–любви), образы Троицы и утверждает, что Дух есть общий дар Отца и Сына, но исходит principaliter (преимущественно) от Отца и отождествляется с любовью, соединяющей Отца и Сына, ибо ничто не может быть безличным в Боге. Его опыт – песнь любви – есть переворачивающее человеческую жизнь вторжение благодати, которая одна только может освободить свободу. Но с универсального преображения акцент переносится на трагедию нынешнего человеческого состояния. И прежде всего систематизация, ужесточенная полемикой (пелагиане учили, что человек – единственный творец своего спасения), приводит Августина к неприемлемой концепции предопределения (predestinatio) : к концепции суверенной, а в конечном счете – произвольной благодати, исторгающей избранных из massa damnata, massa perditionis (погибшей массы). Именно в этом пункте, где августиновская мысль поразила западное христианство и привела его к атеизму (атеизму Альбера Камю, например), необходимо вовлечь Августина в диалог со всем патриотическим наследием.

К важнейшим трудам Августина (с точки зрения духовной жизни) принадлежит не только его Исповедь, но и гомилии, комментарии на Псалмы и на Евангелие Иоанна. Драматургия желания и благодати, ненасытного сердца, лишь в Боге обретающего мир, «Бога и моей души», времени падения и спасения как «настоящего» – все это исходит из близкой к Достоевскому концепции спасения любовью. Отсюда такое библейское по духу выражение Предания: «Ибо каждый поет эту песнь, и все мы – одно во Христе, и поющий – единый человек».

АМВРОСИЙ МЕДИОЛАНСКИЙ (ок. 334–397)

Из всех латинских отцов Церкви Амвросий, несомненно, наиболее гармоничен в своем мышлении. Он сумел объединить добродетель римского гражданина с глубокой верой, греческое знание богословия с латинским пастырским и нравственным чувством.

Амвросий родился в Трире в семье патрициев (его рано умерший отец был префектом Галлии). Он изучал в Риме право и риторику, затем стал правителем Лигурии и Эмилии, с резиденцией в Милане. После смерти арианского епископа Милана Амвросий, будучи всего лишь катехуменом, отправился в собор, чтобы встать между арианами 8 и сторонниками Никейского учения 9, и был согласно провозглашен епископом. Он бежал, его задержали. Амвросий принял крещение и был посвящен в епископы (7.12.374 г.). Он раздал свое имущество бедным, став отныне их защитником. В это время Амвросий углубляет свои философские и богословские познания, неустанно занимается проповеднической деятельностью (известна его роль в обращении св. Августина). Он утверждает духовную независимость Церкви от государства («император внутри Церкви, а не над ней»), способствует провалу попытки языческой реставрации в Риме, мирно содействует исчезновению арианства по обе стороны Адриатики, выступает советником принцепсов, в 390г. вынуждает императора Феодосия к публичному покаянию за кровавое подавление мятежа в Фессалониках.