Страница 5 из 7
В 1911 году патер Вильгельм Шмидт выпускает капитальный труд под названием "Uroffenbarung als Anfang der Offenbarung Gottes" ("Праоткровение, как начало Откровения Божия"), в котором, на основании множества исторических, археологических, филологических, и, главным образом, этнографических данных доказывает наличие Праоткровения у народов всех стран и времен.
Ученый Mainage в своей книге о религии времени палеолита утверждает, что "возможность Божественного Откровения для первобытного человека остается в неприкосновенной силе"58. По словам другого ученого, венского профессора Бета (Beth’), первоначальное Божественное Откровение есть "религия во всех религиях" (die Religion in allen Religionen), и оно "создает религии на протяжении веков".
То, к чему пришла научная мысль XX-го века, в свое время проникновенно и сильно выразил святитель Филарет Московский в следующих словах: "Древнее и ветхозаветное человечество жило именно остатками в своей природе эдемского духовного света первобытной райской жизни, - остатками, впрочем, истощавшимися у грешных людей с продолжением времен. Языческие древнейшие творения, например, Илиада и Одиссея Гомеровы, или индийские поэты незапамятных времен поражают нас отнюдь не ребячеством, а каким-то духовным величием древнего патриархального человека. Чем ближе был человек к пребыванию своему в Эдеме, тем обильнее и живее были в нем остатки эдемской жизни, в которой он одушевлялся духом из уст Божиих, и первобытного духовного света, в котором так ясно и ощутительно выражались для него во всем творении творческие глаголы...".59
Таким образом, если и можно найти какое-либо сходство между языческими верованиями и догматами богооткровенной религии (например, в учении о Божестве, во всеобщей греховности и идее Спасителя всех людей, в наличии жертвенных культов), то это сходство объясняется, в частности, тем, что и в языческих религиях жила искра истины, хранились остатки первобытного Божественного Откровения. Воплотившийся Богочеловек был воистину "ожидаемый всеми народами" (Агг.2,7), и в факте жизни Его “религиозная истина мифических религий нашла свое осуществление”. "В язычестве, - говорит С.Н. Булгаков, - усилие человека прорваться до Бога было напряженней и отчаяннее, чем в иудействе, где была воздвигнута лествица Иаковля. Недаром обнаружилось в полноту времени, что язычники оказались более готовы принять Христа, чем иудеи, ибо больше Его жаждали и ждали: блудный сын уже давно тосковал и томился по родному дому".60
"Сына Божия, - пишет Ф.Ф. Зелинский, - искала античность во все время своего существования; она находила Его поочередно в Геракле, Аполлоне, Александре Великом, Птолемее Спасителе, Августе, но успокоилась лишь тогда, когда нашла Его в Иисусе, Его она восприняла всеми фибрами своей жаждущей души...".61
2. Единство человеческого духа.
Речь здесь идет о реальности (законе) единства человеческого духа, в силу которого дух человека во все времена и у всех народов проявляет себя одинаково и вследствие которого различные народы, совершенно независимо друг от друга, приходят к сходным верованиям, понятиям и установлениям.62 Этому закону подчиняется все человеческое творчество и развитие.
Так, формы языка, как установило сравнительное языкознание, развивались у всех народов более или менее одинаково. Главнейшие правовые нормы также почти совершенно одинаковы у всех народов. "Существуют, - говорит проф. М.Н. Сперанский, - общие эаконы психологии человечества. Народы, как общества людей, обладают более или менее одинаковой психологией. У всякого народа, независимо от его культуры, дважды два = четыре, а не что-нибудь другое''.63 Представители так называемой антропологической теории изучения памятников народной словесности (Тейлор, Лэнг и др.), устанавливая сходство мотивов в устной словесности народов не только не родственных, но и не находившихся в культурном общении в прошлом (например, аборигенов нашего севера, центральной Африки и южной Америки), объясняют это сходство, исходя именно из положения об одинаковости человеческой психики на всем земном шаре.64
Известный ориенталист Макс Мюллер говорит, что нельзя читать Веданту, не поражаясь удивительным сходством ее с учением Пифагора и Платона, - "но никто, - по словам М. Мюллера, - не станет говорить о заимствовании названными философами своих идей у Индии, так как более широкое изучение рода человеческого показывает, что возможное в одной стране, возможно и в другой".65
Этот же антропологический закон единства человеческого духа сохраняет свою полную силу и в отношении религиозной жизни. "Одинаковые начатки, - пишет А. Ревиль, - порожденные в очень различных местах и послужившие параллельными исходными пунктами, могут в своих логических последствиях приводить к самым удивительным совпадениям, хотя между соответствующими народностями никогда не существовало никаких сношений. Изучение религии народов, оставшихся чуждым цивилизации, обнаруживало в полном свете эту истину. Какие странные совпадения обрядов и суеверий наблюдаются у таких, ничего не знающих друг о друге народностях, как эскимосы и готтентоты, негры центральной Африки и древние мексиканцы, полинезийцы и народы северной Азии".66 Представители неверия приводят те или иные возвышенные мысли и изречения, находимые ими, например, в Ведах, у Конфуция, в саркофагах египтян и т. д., и утверждают при этом, что, следовательно, все нравственное учение христианства не ново, а заимствовано из буддизма, стоицизма, конфуцианства и проч. Но противники христианства не знают о единстве образа Божия у всех людей, заключающего в себе единую основу человеческой морали, благодаря чему и у язычников существуют в отдельных случаях сходные с христианством нормы морали.67
Этим законом единства человеческого духа может быть объяснено, как сейчас увидим, и сходство в том, что С. Булгаков называет "феноменологией религиозного культа'',68 вследствие чего во всех религиях мы имеем храмы, жертвы, молитвы, сходные религиозные символы и т.д.
3. Влияние христианства на языческие религии.
Во многих случаях, где отрицательная критика видит генетическую зависимость христианства от язычества и подозревает духовных вождей древней христианской церкви в идейном плагиате, в действительности имеет место прямо обратное - заимствование язычниками христианских воззрений и установлений.
Например, весьма часто указывают на сходство рассказов о жизни Будды с евангельскими повествованиями. Действительно, сходство иногда нельзя не признать поразительным: при рождении Будды так же раздавалось небесное пение; цари подносили новорожденному ценные подарки; старый брамин поднял его на руки и признал в нем спасителя от всех зол; в зрелом возрасте Будда был искушаем сатаною, и т.д.
Однако при указании этих параллелей обычно умалчивается, что все священные книги буддистов (в том числе и жизнеописания Будды) имеются в двух редакциях или изложениях: в так называемом южно-буддийском, или палийском, каноне (о. Цейлон) и в северно-буддийском, или санскритском, каноне (Тибет и Монголия). Канон палийский является наиболее древним и первоначальным, а канон санскритский - позднейшим. Замечательно при этом, что рассказы о чудесных обстоятельствах рождения Будды и его жизни содержатся только в северном каноне, а в каноне южно-цейлонском, древнейшем - отсутствуют.69 Исследователи буддийской священной письменности установили, что эти рассказы стали появляться в книгах северного канона только с пятого столетия по Р.Х., когда несториане проникли в Монголию и успели многих познакомить со своим учением.70 Из сказанного сам собою напрашивается вывод: не от буддистов эти рассказы перешли к христианам, а, наоборот, от христиан к буддистам.
Поэтому ученые крайне отрицательно смотрят на попытки установить какую-либо генетическую зависимость христианства от буддизма, "Я смотрю как на ребяческую затею, - говорит французский ученый Валле-Пуассен, - на попытку установления даже самого скромного предположения относительно заимствований христианами своих повествований из буддийских легенд".71 "Все попытки и усилия доказать, что Новый Завет обязан чем-либо буддизму, противны правилам здравой исторической критики", - пишет известный английский исследователь буддизма Рис-Девидс.72
Так же, благодаря знакомству с проповедями христианских миссионеров окончательно сформировалось и индуистское учение о Тримурти.73