Страница 11 из 12
С 1992 года я настолько беспокоилась о сомнительных процедурах Общества, касающихся детского растления, что не увидела, казалось бы, очевидного – лидеры Свидетелей рассматривали обвинения в детском растлении наравне с обвинениями в блуде и пьянстве. Я пришла к заключению, что старейшинам не следует заниматься расследованием обвинений в таких делах, но всем жертвам растления следует обращаться к властям, так как детское растление – преступление, форма насилия, что Общество, похоже, не осознает достаточно ясно. С преступлениями имеет дело полиция, а старейшины с грехами! Если старейшинам нужны были процедурные директивы для лишения общения кого-либо за растление детей, то должно быть совершенно ясно, что такие инструкции предназначались бы исключительно для таких случаев. Старейшины не судьи. Если два свидетеля необходимы в определении вины для лишения общения обвиняемого, то пусть будет так, но только при условии, что власти будут извещены об этом всеми заинтересованными лицами.
В 1998 году я официально покинула организацию, хотя почти целый год постепенно теряла активность. Я старалась избавиться от моих переживаний, и пошла в местный колледж, сдала экзамены и получила стипендию. Эта поддержка дала мне силы продолжать свой путь уже без друзей Свидетелей по всему миру (я знала совершенно точно, что они будут избегать меня, когда они поймут, что я уже не одна из них). Мое поступление в колледж открыло мне, что существует жизнь и вне Общества Сторожевая Башня. К этому времени мы с мужем были уже женаты 39 лет. Мы никогда не держали секретов друг от друга. Доверие и уважение было главной опорой нашего успешного брака. Поэтому мой муж Джо принял мой выход из нашей религии, так как знал, что у меня чистая совесть, и что у меня была очень трудная ситуация: оставаться членом организации Свидетелей, зная при этом о проводимой ими политике в отношении детского растления, которую я считала злом. Как женщина, я должна была хранить молчание, либо подвергнуться лишению общения. Мое возмущение и чувство безысходности из-за того, что я не в состоянии оказать никакой помощи в защите детей от растления, были тем грузом, который я не могла больше нести.
Мои близкие родственники и друзья, являющиеся Свидетелями, не бросили меня. В начале они были в ужасе, что я покинула организацию, хотя и признавали мое право сделать это. Двое из них со временем тоже ушли из организации. В 1997 году мой сын, который прожил в Вефиле 16 лет, и его жена уехали из штаб-квартиры, так как они хотели иметь детей. В 1999 году у них родился наш внук Лука, и они вместе с ребенком продолжали приходить в наш дом или мы приходили к ним, так как я формально не была лишена общения. Мой муж оставался тогда еще старейшиной и другие старейшины совершенно не понимали, почему я покинула организацию, а задавать нам вопросы им, похоже, не очень хотелось. В любом случае, я ничего никому не говорила об организации в негативном духе, поэтому меня не воспринимали как угрозу.
Билл Боуэн и ‘Молчащие ягнята’
К концу 2000 года один мой друг, бывший районный надзиратель Общества Сторожевой Башни, увидел в Интеренте на форуме Свидетелей Иеговы сообщение, написанное старейшиной, который спрашивал других старейшин, не сталкивались ли они с ситуацией, с которой столкнулся он, когда узнал, что председательствующий надзиратель в их собрании был признан виновным в растлении несколько лет назад. И так как ни собрание, ни общественность не знала об этом преступлении, кроме двух старейшин, человек оставался на своем посту. Старейшина, сообщивший об этом в Интернете, выражал беспокойство за детей в их собрании, включая своих собственных.
В начале мой друг дал мне координаты этого старейшины, а я затем связалась с ним. То, что я рассказала ему о сексуальном детском растлении внутри организации, было для него откровением. Вскоре мы оба пришли к заключению, что мы должны что-то сделать, чтобы мир узнал о том, что Общество Сторожевой Башни в результате своей безответственной и преступно беспечной политики было виновно в покрытии ПРЕСТУПЛЕНИЙ в детском растлении в международном масштабе, и убедить руководящий совет изменить свою политику. Но как этого достичь? Вскоре этот старейшина, Билл Боуэн, принял решение оставить свой пост и обратиться с эти вопросом к общественности. Это произошло 1 января 2001 года. Репортеров и корреспондентов, заполнивших дом Билла в штате Кентукки в связи с его отставкой с поста старейшины из-за вопроса о детском растлении, было очень много. Билл и я выступили с идеей о создании Интернет сайта, который мы назвали Silentlambs.org (Молчащие ягнята). На этом сайте Свидетели Иеговы, которые были жертвами детского растления со стороны Свидетелей преступников, могли оставлять свои истории. В течении нескольких недель было оставлено 1000 историй, а спустя 5 лет около 6000.
Я тогда не выступала на публике, как это сделал Билл, однако, через несколько недель Билл и я были уже в самолете на пути в Нью-Йорк для дачи интервью продюсерам из NBC, которые хотели снять документальный фильм о детском сексуальном растлении в Обществе Сторожевой Башни, предназначенного для показа в их национальной телевизионной программе Дэйтлайн (Dateline). После того, как продюсеры провели тщательное расследование, подтвердившее наши заявления, нам были назначены съемки для телевизионного интервью. Приблизительно в то же самое время один из продюсеров обсуждал наши обвинения с официальными представителями Общества Сторожевой Башни, которые они категорически отрицали. Программа была назначена для выхода в эфир на ноябрь 2001 года, однако из-за террористической атаки на здания Всемирного Торгового Центра в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года, передача была задержана.
Исключены из собрания
После того, как в NBC было назначено новое время для выхода программы в эфир, в конце апреля 2002 года Общество Сторожевой Башни было проинформировано, что программа будет показана 28 мая 2002 года. Сразу же после этого Общество Сторожевой Башни поручило местным старейшинам назначить для нас судебное слушание. В начале мая я доказала старейшинам, что я не виновна в тех обвинениях, которые выдвигаются против меня. Через несколько дней местные старейшины назначили другое судебное слушание с вновь состряпанными обвинениями. Я отклонила приглашение придти на эту встречу из-за явной, по моему мнению, бесполезности – если я доказала ложность обвинений, было очевидно, что они должны были выдвинуть другие обвинения. Так или иначе, впоследствии 19 мая 2002 года я была исключена из собрания за внесение разделений.
Некоторые другие Свидетели, которые появлялись в этой программе, были также лишены общения примерно в это же время. Было объяснено, что эти исключенные из собрания члены – нераскаивающиеся грешники. Просто не верилось, но это был хитрый ход со стороны общества. Для меня было очевидно, что я была исключена из собрания незадолго до выхода передачи Дэйтлайн для того, чтобы зрители, Свидетели Иеговы, не поверили тому, что я говорила.
Затем произошло нечто, что очень удивило меня. Общество Сторожевой Башни послало письмо, датированное 24 мая 2002 года всем собраниям в Соединенных Штатах с инструкцией, которая должна была быть прочитана всем членам собрания за неделю до выхода телевизионной передачи. После того как мой муж Джо прослушал это письмо, и, будучи уверенным, что оно было полно полуправды, отдал ключи от Зала Царств и подал в отставку с поста старейшины. Он попросил принять его заявление об отставке и ушел с поста старейшины несколькими днями позже. Джо дал каждому старейшине копию заявления, а также послал одну членам руководящего совета Дэну Сидлику (Dan Sydlik) и Джеку Барру (Jack Barr). Он также послал копию друзьям Роберту Джонсону (Robert Johnson) из служебного отдела. Неделю спустя в телефонном разговоре Боб сказал Джо, что ему следует держать свою жену под контролем, так как она неправильно понимает политику общества. Когда Джо спросил, в чем же состоит эта политика, Боб ответил, что это конфиденциальная информация. Он был очень раздражен тем, что Джо позвонил ему и на этом этот неприятный разговор закончился.