Страница 48 из 49
339
См.: гл. 2, прим. 101–102 (по–видимому, ошибка в тексте: указанному месту соответствуют прим. 188–189 — «БТ» № 38. С. 225. — Прим. перев.).
340
См.: гл. 2, прим. 218 («БТ» № 38. С. 233).
341
Exp. in Ex., LW II, pp. 25—26, nn. 19—20.
342
Ibidem. P. 27, n. 21.
343
Ibidem. P. 28: Sicut enim ipse sibi et omnibus est, sic et ipse sibi et omnibus sufficit, ipse sua et omnium sufficientia est, 2 Cor, 3: «sufficientia nostra ex deo est». Non ergo deus eget esse, cum sit ipsum esse. Non eget sapientia, non potentia aut aliquo prorsus addito alio sive alieno, sed e converso: omnis perfectio eget ipso, qui est ipsum esse, tum quia singulum horum in se et ex se, id quod est, modus est ipsius esse, ipsi innititur, ipsi inhaeret, tum quia sine ipso esset nihil et non esset sapientia nec quidquam aliud, sed purum nihil, Ioh. I: «sine ipso factum est nihil», quasi diceret: etiam «quod factum est», quod esse habet et accipit, puta sapientia et quodlibet huiusmodi, sine ipso esse utique est nihil (Как бытийствует Бог для Себя и для всего, так Он довлеет Себе и всему, есть Своя и всего способность: Способность наша от Бога (2 Кор. 3, 5). Следовательно, Бог не нуждается в бытии, ибо Он есть само бытие. Он не нуждается в мудрости, могуществе и вообще в чем‑либо дополнительном, ином или чуждом Ему. Напротив, всякое совершенство нуждается в Нем как в самом бытии: либо потому, что единичное сущее в силу того, что оно есть, само по себе и от себя есть модус Его бытия, на Него опирается, от Него зависит; либо потому, что без Него ничего не было бы — ни мудрости, ни другого, но только было бы чистое небытие, по слову Иоанна, I: Без Него ничто не начало быть (Ин.
1, 3). То есть все то, что начало быть, что имеет и стяжает бытие — например, мудрость и все подобное, — без самого бытия безусловно было бы ничем).
344
Ibidem. P. 26, n. 20.
345
Subsistens (субсистирующий, субсистентный) - самостоятельно существующий, в отличие от inhaerens — существующего в ином. Применительно к тварному сущему в развитой схоластике означает модус, который в соединении с «сущим» образует субстанцию. — Прим. перев.
346
Приведем прекрасный пример отрицательного богословия, которое св. Фома помещает в перспективу «существования»: Super I Sent., d. 8, q. 1, a. 1, ad 4™ (ed. Mandonnet, pp. 196–197): Ad quartum dicendum, quod alia nomina dicunt esse secundum aliam rationem determinatam; sicut sapiens dicit aliquid esse; sed hoc nomen «qui est» dicit esse absolutum et non determinatum per aliquid aditum; et ideo dicit Damascenus, quod non significat quid est deus, sed significat quoddam pelagus substantiae infinitum, quasi non determinatum. Unde, quando in deum procedimus per viam remotionis, primo negamus ab eo corporalia; et secundo etiam intellectualia, secundum quod inveniuntur in creaturis, ut bonitas et sapientia; et tunc remanet tantum in intellectu nostro, quia est, et nihil amplius: unde est sicut in quadam confu- sione. Ad ultimum autem etiam hoc ipsum esse, secundum quod est in creaturis, ab ipso remove- mus; et tunc remanet in quadam tenebra ignorantiae, secundum quam ignorantiam, quantum ad statum viae pertinet, optime deo coniungimur, ut dicit Dionysius. Et haec est quaedam caligo, in qua deus habitare dicitur (В–четвертых, надлежит сказать, что другие имена означают бытие в соответствии с иным признаком: например, «мудрый» означает некоторое бытие.
Но это имя, «Сущий», означает абсолютное бытие, не определенное чем‑либо другим; и поэтому Дамаскин говорит, что оно означает не то, что есть Бог, но некий безбрежный и как бы неопределенный океан субстанции. Вот почему, когда мы пытаемся постигнуть Бога путем удаления, мы, во–первых, отвлекаем от Него телесные признаки, а во–вторых, также интеллектуальные признаки в том виде, в каком они обнаруживаются в творениях, — например, благость и мудрость. И тогда в нашем уме остается только то, что Он есть, и ничего более; так что Он пребывает в нем как бы смутно. Наконец, и само бытие, как оно присутствует в творениях, мы удаляем от Него; и тогда Он остается как бы во мраке неведения. В той мере, в какой это соответствует нашему земному состоянию, мы, по словам Дионисия, теснее всего соединяемся с Богом в этом мраке. Он есть некая тьма, в которой, как сказано, обитает Бог).
347
Не принимая попыток истолковать понятие Бога у св. Фомы в авиценновском смысле — как абсолютное Esse, не имеющее сущности (см.: A. Sertillanges, Le Christianisme et les philosophies, I. P. 268), Этьен Жильсон не признает и того, что у Аквината, в его манере объяснять их тождество в Боге, Сущность некоторым образом поглощается Существованием (Le Tomisme, 5me ed. P. 135, note 4).
348
Именно в этом смысле понимаются пять доказательств этого утверждения: Esse est Deus (Бытие есть Бог). См. Prol. gener. in Opus tripart., in LW I, pp. 156–158, n. 12 (ср. ibidem. P. 38); in OL II, pp. 12–13.
349
Exp. in Gen., Ima ed. (отсутствует в манускрипте E), C., f. 20va, II. 30–44: Adhuc autem docemur quomodo deus, et ipse solus, et ab ipse solo, est omnis sufficientia omnium; et e con- verso: a creatura et omni creato est insufficientia. Ad horum evidentiam et etiam aliorum, a principio huius capituli 17mi, dicendum quod deus, utpote esse et causa prima omnis esse, sua substantia sibi sufficit ad omnia. Non sic in aliquo creato: omne siquidem creatum, utpote crea- tum, non sibimet sufficit, nec quantum ad esse, nec quantum ad subsistere et multominus ad operari, sed indiget alio, puta causa sua ad hoc quod sit, quod subsistat, quod operatur. Hinc est quod nomen dei est Saday, decisum a «day», quod est «sufficientia» sive «qui sufficientia», [2] Cor. 3[, 5]: Sufficientia vestra ex deo est. Quod esse est ipsum quod desiderat omnis res, et quod vere desideratur est esse, ut ait Avicenna 4 metaphysice, capitulo VI (В добавление к этому покажем, каким образом всяческая достаточность всего есть Бог, и только Он, и только от Него; и наоборот: недостаточность — от твари и всего тварного. Чтобы сделать очевидным это и другое, в начале этой семнадцатой главы надлежит сказать, что Бог, будучи бытием и первопричиной всякого бытия, по Своей сущности самодостаточен для всего.
Не так обстоит дело в чем‑либо тварном: ведь все тварное, будучи твар- ным, не самодостаточно ни в отношении бытия, ни в отношении субстанциальности, ни — того менее — в отношении действования, но нуждается в ином, то есть в причине, для того чтобы быть, чтобы обладать субстанциальностью, чтобы действовать. Отсюда имя Бога — Saday, производное от «day», что означает «достаточность», или «способность»: Способность ваша [в синод пер.: наша] от Бога (2 Кор. 3, 5). Поэтому бытие есть то, чего желает всякая вещь, и то, что поистине желанно, есть бытие, как говорит Авиценна в комментарии на IV книгу Метафизики, гл. VI). — Avicenna, Metaphysica tr. VIII, c. 6 (f. 100ra. II. 1–3). Ср. tr. IV, c. 3 (f. 86rb, II. 14–20).
350
См.: гл. 2, раздел 5 («БТ» № 38. С. 196–197).
351
См. выше. прим. 4.
352
Exp. in Ex., LW II. P. 22, n. 16 и p. 23, n. 17. — Относительно первого тезиса из «24 философов» см.: гл. 2, раздел 8 («БТ» № 38. С. 208–210). 15–й тезис из Liber de causis (ed. Steele. P. 173; ed. Bardenh., prop. 14. P. 177) гласит: Omnis sciens qui scit essentiam suam est rediens ad essentiam suam reditione completa (Всякий познающий, который познает свою сущность, возвращается к своей сущности в полноте возвращения). Это буквальное повторение тезиса 83 Прокла (Elem. Theol., ed. Dodds. P. 76: nav to Eautou yvraotikov ppoq Eauto EpiotpeptiKov Eotiv (Все способное познавать самого себя способно возвращаться к себе) Ср. тезис 43 (ibid.. P. 44): Pav to ppoq Eauto EpiotpeptiKov auGupootatov Eotiv (Все способное возвращаться к самому себе бытийствует само по себе). — Св. Фома толкует 15–й тезис Книги о причинах во втором смысле, когда говорит в Сумме теологии (I, q. 14, a. 2, ad I™): redire ad essentiam suam nihil aliud est quam rem subsistere in se ipsa (Возвращаться к своей сущности есть не что иное, как то, что вещь самостоятельно существует сама по себе). В Expositio super Lib. de causis, lect. XV он придает тому же тезису первый смысл, не соглашаясь, однако, с Проклом в том, что человеческая душа способна возвращаться к своей собственной сущности в акте рефлективного познания (ed. Mandonnet, Opuscula omnia, I, pp. 264—266). См. статью R. P. J. Webert, «Reflexio».