Страница 17 из 18
На что посты? ведь не входящая во уста сквернит
Точно правда: не мясо сквернит тебя в пост, а неповиновение закону церковному, которому повелено покоряться.
Здесь дело не в мясе и молоке, а в сердце, которое противится заповеди необходимой и не тяжкой, если ее приемлют с доброй волей.
Но кроме необходимости повиноваться всем законам церковным, должно прибавить, что эти законы основаны на важных и мудрых причинах.
Пост освящен примером самого господа; Он не имел, конечно, как безгрешный и пресвятый, нужды в очищении, но Он показал нам, что пост полезен и необходим, и научил нас, как соблюдать его (Мф.6).
Потому-то Апостолы и все верные постились часто, узнав на опыте, что пост усмиряет страсти, просветляет ум, смиряет кичливость ума, и делает душу владычицею над телом.
Но если высокий пост, предписываемый уставом церковным, недоступен нашей немощи и худым навыкам, то, по крайней мере, мы обязаны непременно по силе нашей соблюдать посты в назначенное Церковью время, и не только не употреблять скоромного, но и не позволять себе роскошной и прихотливой постной пищи, что было бы преступным фарисейским лицемерием.
Время постов назначено для того, чтоб напоминать христианам страдания Спасителя и важнейшие события веры, а вместе с тем, чтоб приводить на память им необходимость покаяния и спасительных помыслов.
Неужели мы упали так низко, что не можем и понимать высокой пользы этого временного освобождения себя от невоздержания и житейских суетностей? Неужели, когда немощь наша или своеволие препятствуют нам следовать вполне уставу, принятому нашей Св. Церковью, мы не находим в себе даже силы благоговеть пред мудрыми ее законами, способствовавшими стольким людям свергнуть оковы страстей и плоти и соделаться святыми?
Чадолюбивая матерь наша Св. Православная Церковь никого не принуждает к подвигам, превышающим силы; она приемлет всякую посильную жертву, которую мы приносим в духе послушания к ней; она примет и смиренный вздох о том, что не можем исполнить до точности ее спасительных уставов. Она отвергает только тех, которые упорно противятся ей и дерзают находить мудрость ее несовместимою с просвещением века!
Я не могу! Это слишком трудно
Скажи лучше, что не хочешь. Все то можно, чего твердо пожелаешь, при помощи Божией. Недостаток не в возможности, а в мужестве! устрашись труда, нерешительные отступают от долга своего.
Истинные христианин доблестен; подобно воину, которого усилия неприятеля возбуждают к обороне, он не боится ничего; укрепляемый Христом, он в Нем ищет помощи и обретает силу. Если он падает, то снова восстает и снова начинает брань с большим мужеством.
"Я не могу", - так говорит и ленивец, который проснувшись утром потягивается в постели и засыпает снова, вместо того, чтоб идти на работу.
Придет день, когда узнаешь, что мог, но тогда уже будет поздно; минет время делания, и услышав от Праведного Судии страшный приговор отвержения, ты поймешь вполне - что было возможно!
Однако есть нечто и справедливое в том, что ты говоришь: точно, ты не можешь побеждать свои страсти и исполнять христианские добродетели, если не будешь искать силы там, где она обретается.
Да, ты не можешь избегнуть греха, к коему привык, если не употребишь средства, которые Иисус Христос, твой Спаситель для того и вручил Церкви Своей.
Эти средства: моления, хранение свято воскресных и праздничных дней, изучение Закона Божия, но преимущественно это - исповедь и частое причащение Св. Тайн.
Это также - удаление от опасных случаев, от преступных увеселений, от худых обществ и вредных чтений.
Без этих средств, точно, правда, ты не можешь быть добр; при них же это не только возможно, но легко и приятно.
Сколько людей всех возрастов и званий имеют страсти столь же сильные, как и ты, но побеждают их однакоже и властвуют над ними! Многие подвержены еще большим опасностям, нежели ты, и должны преодолевать более препятствий всякого рода! Неужели то, что они делают, для тебя невозможно?
Мужайся же и да крепится сердце твое! побеждающим готовятся венцы славы, и Христос взывает к тебе: "буди верен до смерти, и дам ти венец живота" (Откр.2,10).
Надо мною будут смеяться; не надобно быть странным и ханжою.
Ты боишься насмешек? Неужели у тебя нет довольно мужества, чтоб презирать их в деле столь важном, как спасение души? Без самостоятельности невозможно совершить благородных и высоких дел!
Не крайнее ли безумие губить душу свою из угождения к людям, коих безнравственность ты презираешь втайне. Похвалы таких людей были б истинным стыдом для тебя; их порицания, напротив, делают тебе честь; это знак, что ты не похож на них!
Однако не должно и преувеличивать вещей: ты ведь будешь не один на стороне добр. Хотя много и дурных людей, но число добрых значительнее, нежели как обыкновенно думают; и одобрение всех добрых людей будет тебе достаточным возмездием за пренебрежение, которое могли бы оказать тебе безумцы.
Да и самые эти безумцы, поверь мне, будут невольно уважать тебя, когда увидят, что ты тверд в своих правилах. Смеются только над теми, которые колеблются, и которых надеются совратить с их пути.
Будь добр и снисходителен ко всем, не чуждайся невинной веселости, и поверь, тебя оставят в покое.
Старайся только не смущаться насмешливым словом, взглядом, улыбкою; будь равнодушен ко всякой несправедливости.
Пусть другие делают как хотят: ты иди вслед за Господом, претерпевающим жестокие поругания тебя ради!
Ты говоришь: "не надобно быть странным". Конечно не надобно выказывать себя с фарисейской гордостью и лицемерием. Господь повелел нам делать все наши лучшие дела в тайне.
Но если бы светские люди находили странным исполнение обязанностей христианских, которых невозможно скрыть, то в таком случае надобно решиться казаться странным.
"Мир во зле лежит", - говорит Св.Писание, зло преобладает в нем, а добро редко; много в нем христиан по имени только, и живущих подобно язычникам; они, составляя большинство, управляют обычаями, модою. Тот, кто хочет следовать путем истины и жизни, должен поневоле казаться странным.
Такого рода странность должно принять на себя, она есть знак и условие вечного спасения.
Господь Иисус Христос объявил это положительно: "Внидите узкими враты: яко пространная врата и широкий путь вводяй в пагубу, и мнози суть входящи им. Что узкие врата и тесны путь вводяй в живот, и мало их есть, иже обретают его" (Мф.7,13.14).
"Иже бо аще постыдится Мене и Моих словес в роде сем прелюбодейнем и грешнем, и Сын человеческий постыдится его, егда приидет во славе Отца Своего, со Ангелы Святыми" (Мф.7,38).
Ясно ли это предостережение?.. его дает нам праведный Судия, Которого "словеса не мимо идут".
Следовательно, надобно жить в мире, не подражая миру, и в этом самом, - в этой так называемой странности полагать свой долг, не стыдясь его.
"Не надобно быть ханжою", - говоришь ты; конечно: кто же об этом спорит:
Ханжество не есть благочестие; оно есть злоупотребление благочестия и набожности.
Нельзя же слагать на благочестие вину тех людей, которые злоупотребляют набожностью, и часто по неведению, когда делают это не из гордости и лицемерия, столь противных духу истинного благочестия.
Должно быть набожным, но не должно быть ханжой. Бог благоволит к первым и не любит других. Иисус Христос сказал самарянской жене: "Истинные поклонницы поклоняются Отцу духом и истиною. Таковых бо ищет Отец поклоняющихся Ему" (Ин.4,23). Он хочет видеть в сердце нашем благочестие, т.е. готовность к служению Ему, любовь к заповедям Его; но Он отвращается ханжества, т.е. тех бездушных приемов или внешних действий, которыми заменяют главнейшие.
Но надобно заметить, что эти злоупотребления и заблуждения, когда происходят не от гордости, но от неведения, более жалки нежели преступны.
Вообще, это худые привычки, вредные только для тех, которые вдаются в них. Эти большей частью люди слабодушные, непросвещенные, утомляют себя и запутываются во внешних проявлениях набожности, преувеличенных и размноженных до крайности; эти люди, имеющие странные приемы, измучивают совесть свою из страха согрешить, воспламеняются ложною ревностью, когда приличнее было бы молчать, и пр.