Страница 20 из 68
таинственное и Горе возводящее богослужение, которое у нас всего превосходнее и досточтимее" [12]. Еще ярче эту мысль выражает епископ Феофан Затворник, говоря: " обнимает все, что совершается в Церкви, все чины церковные – молитвенные, освятительные, совершительные (Таинства). Это – сердце пастырских трудов. Слово … действует, правда, но, если не закрепить его в сердце силою Божиею, действие его испарится, и душа опять пуста. Сеемое словом срастворяется с душою благодатию Таинств и далее развивается молитвенными чинами Церкви… Благодать созидает. Следовательно, дело служения в показанном смысле должно занимать наибольшую часть забот и попечений пастырских… Веди, пастырь, эту часть боголепно, и увидишь дивные плоды своего пастырства – невидимое, таинственное пасение паствы" [13].Воззрение на первенство тайноводственной молитвенной стороны в сознании пастыря имеет значение общецерковное. Из святых Отцов, первый по яркости, высказывает его святитель Иоанн Златоуст. Знаменитые слова Златоуста "О священстве" главнейшим образом отмечают власть пастыря совершать Таинства, и из них особенно Евхаристию, действием которых люди вводятся в Небесное Царство.
Превосходно, например, всем известное замечание великого константинопольского архипастыря о Небесном отсвете, озаряющем последование Таинств: "Священнослужение совершается на земле, но по чиноположению Небесному; и весьма справедливо, потому что ни человек, ни Ангел, ни Архангел и ни другая какая-либо сотворенная сила, но Сам Утешитель учредил это чинопоследование и людей, еще облеченных плотию, соделал представителями ангельского служения" [14], служения благодатного. Далее Златоуст говорит о тайносовершительной власти пастыря, которому вручено "рождение духовное" [15]. Преподобный Симеон Новый Богослов 11-е слово целиком посвящает защите достоинства пастырей – посредников между Богом и людьми – преимущественно в таинственной стороне их служения [16]. Подобную точку зрения проводит в своих творениях и священномученик Киприан Карфагенский: "Если Господь и Бог наш Иисус Христос есть Сам Верховный Священник Бога Отца, если Он первый принес Самого Себя в Жертву Отцу и заповедал сие творить в Его воспоминание, то очевидно, что только тот священник есть истинный преемник Христов в служении, который подражает в священнодействии Христу" [17]. На основании сказанного отмеченную нами градацию видов пастырского служения можно назвать воззрением Православной Церкви.
Только ее важно еще более уточнить, поскольку у святых Отцов в некоторых местах творений по-видимо-му выдвигается на первый план общественное учительство.Так, святитель Григорий Богослов иногда первой обязанностью пастыря полагает "каждому даяти во время житомерие (Лк. 12, 42) слова" [18] и свой отказ от пастырства, подобно Златоусту, мотивирует трудностью "править человеком – самым хитрым и изменчивым животным" [19]. Руководство людьми он называет искусством из искусств и наукой из наук [20] и понимает под этим проповедь и личное воспитание каждого. Святоотеческие мысли подобного рода нередки и основываются на повелении Спасителя Апостолам: Шедше, научите, крестя всех и снова уча блюсти все (ср.: Мф. 28, 19–20). Во время повеления Христова Апостолы во главу угла своего дела ставили служение слова и молитву (см.: Деян. 6, 4). Апостол Павел даже благодарит Бога за то, что никого из коринфян не крестил, кроме Криспа и Гаия (1 Кор. 1, 14), ибо Христос послал его не крестить, а благовестить (ср.:1 Кор. 1, 17).На эти доводы скажем: правда, учительство в духе и силе (Лк. 1, 17) может благодатию Вседействующего Духа рождать для Неба слушателей (см.: 1 Кор. 4, 15) и быть священнодействием (см.: Рим. 15, 16). Но это возрождение только предварительное и нуждается в существенном закреплении действием Таинств.
Первые насадители веры христианской, естественно, должны были до Крещения подготовлять к этому Таинству и к жизни в Церкви учением. Благовествование в порядке возрождения действительно первое, но не по существу самого возрождения. Слово же апостола Павла о том, что он, апостольствуя, учил (Деян. 20, 31), а не крестил (1 Кор. 1, 14), говоря языком Златоуста, "унижает не силу Крещения", а лишь "низлагает… высокомерие" коринфян [21]. Апостол избегал крестить из опасения встретить со стороны коринфян приписывание ему силы Таинства и предупредить их склонность называться его именем.Как требующее пастырского подвига и начальное по времени проявления, благовествование слова Божия труднее всего, сопряжено с усилием и напряжением благоразумия.Пастырское тайнодействие, безусловно, в формальном отношении менее трудно, чем церковное учительство, но оно несравненно важнее его по существу, со стороны спасения. Одна Литургия, по спасительной действенности, важнее бесчисленных проповедей, произносимых во время ее совершения. Тайноводственная сторона в пастырстве – своего рода пастырства, а учительство – сверхнормальное преимущество. Сугубая честь (ср.: 1 Тим.
5, 17), оказываемая ревностным проповедникам, не низводит, по мысли апостола Павла, остальных пастырей, неискусных в проповеди, до ничтожества.Окончательный вывод из раскрытых выше мыслей можно формулировать так: церковное учительство, по порядку моментов духовного возрождения верующих, есть первая обязанность пастыря. По существу же спасения людей и Божественной стороны важнее всего тайноводство и молитвенный подвиг пастырей.Из данного установочного положения можно заимствовать ряд оснований к верному пониманию частных задач пастырства и оценке самосознания пастыря и паствы.Существенный Деятель в пастырском служении – Дух Святый, а пастырь лишь посредник излияния благодати на верующих.Дух Святый соединяется с подобным себе духом человеческим, как образом Божиим. Центром внимания пастыря и должна быть подготовка верующих душ к принятию благодати Святаго Духа. Подготовить душу человека к общению с Богом – то же, что содействовать ее очищению от грехов к последующей чистоте. Другими словами, пастырские усилия направлены к благодатному возрождению пасомых.Связь христианского пастырства с заботой о культурном прогрессе паствы далеко не основная, а побочная, второстепенная. Его главная цель – вводить пасомых в богообщение личное, религиозно возрождающее.
Естественное, человеческое развитие их – для него задача побочная, вытекающая из религиозно благодатной цели.Второстепенное значение личности самого пастыря в деле спасения людей обусловливает собой факт действия благодати в Таинствах и чрез недостойных посредников. "Что такое священник?– восклицает Златоуст.– Он – Ангел Господа… Если ты его презираешь, то презираешь не его, а рукоположившего его Бога… Что же, скажешь, неужели Бог рукополагает всех, даже и недостойных? Всех Бог не рукополагает, но чрез всех Сам Он действует, хотя бы они были и недостойными для спасения народа. Если для народа Он говорил чрез ослицу и Валаама, человека нечестивого (см.: Чис. 22), то тем более чрез священника. Чего не делает Бог для нашего спасения? Чего не изрекает? Чрез кого не действует? Если Он действовал чрез Иуду… то тем более будет действовать чрез священников. Но если ты не имеешь убеждения в этом… если Бог ничего не совершает чрез него , то ты ни Крещения не имеешь, ни Таин не причащаешься, ни благословения не получаешь и, следовательно, ты не христианин" [22].Поэтому некогда святитель Григорий Богослов возражал против домогательства некоторых принимать Крещение исключительно от более достойных епископов и пресвитеров и говорил, что Таинство действенно при посредничестве и недостойных пастырей.
Так и на воске тождественный отпечаток получается независимо от того, золотой или железный перстень производил оттиск [23].Чтобы не подвергнуть риску спасение верующих, Господь необходимое ко спасению в Таинствах подает по Своему дару, не сообразуясь с пастырским достоинством. Но в молитвенном и руководственном отношениях личность пастыря многозначительна. Она может или содействовать влиянию благодати, или ему препятствовать, возгревать его или угашать. В этом смысле пастырь то движет вперед спасение пасомых, то задерживает его. Самосознание его, впрочем, и по отношению к молитве и руководству верующих должно опираться на незыблемое убеждение, что и здесь существенное принадлежит Богу, а он, пастырь, лишь орудие Божие. Певницкий В.Ф. Священство. Основные пункты в учении о пастырском служении. Киев, 1892. С. 1–2. ^ См.: Архиеп. Волынский Антоний (Храповицкий). О православном пастырстве. С. 1. ^ Свт. Феофан Затворник. Путь ко спасению. 8-е изд. М., 1899. С. 9. ^ Там же. ^ Прп. Симеон Новый Богослов. Слова. Вып. 1. С. 111. ^ Там же. С. 111–112. ^ Там же. С. 117. ^ Прав. Иоанн Кронштадтский. Живое слово мудрости духовной. СПб., 1911. С. 75, 76. ^ Свт. Иоанн Златоуст. Творения. Т. 11. С. 770–771. ^ Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий.