Письма

Что мы скажем, когда явится Сын человеческий Иисус Христос и все это скажет нам, и покажет язвы свои и копием прободенное ребро? Для кого, скажет, я пришел на землю? За кого страдал?..

Говоришь, что я не понимаю твоих страданий – самолюбие тебя ослепляет, а я очень понимаю. Но я вместе и верю Господу, сказавшему своим возлюбленным: «в мире скорбь имети будете. И мир возрадуется, вы же восплачете. Но скорбь ваша в радость претворится; и радости вашея никто же возьмет от вас»…

129. Хорошо, что умеешь каяться

29 Апреля 1882 г.

Истинно говорю тебе, что ты ведешь себя дурно. То есть, ни дать, ни взять – как я смолоду. Конечно, мои грехи тяжелее, и каяться я не умел, а ты хоть злишься, да каешься. А я и каяться не умел. А потому как ни дурно держишь себя, а все‑таки ты и была, и теперь лучше меня. И это для меня утешение. Что ты так зла, конечно, похвалять тебя не стану, но скажу по секрету, что злой не кается и не окаявает себя; а ты болишь об этом, а такая болезнь есть хороший признак, признак возможности исцеления. Только потерпи.

Мужайся, и да крепится сердце твое.

И потерпи Господа!

130. Утешение от молитвы

1 Февраля 1884 г.

Утешение твое молитвенное не новость: я тебе раз, а может быть, сто раз твердил: потрудись, потерпи, а там сам Бог утешит. Нет, М. пусти домой, да в С, да в Иерусалим. А я говорю: подержи молитву, не только Рим и Иерусалим, а Сам Распятый за нас придет с Пречистою Материю. Вот тебе обяснение: Господь привлекает к Себе строптивых и малодушных – именно таким образом. А они тотчас возропщут и на Бога, и на отца своего, и на всех ближних, что они погибли. А теперь ты сама видишь, что не всуе трудилась, и я тебя не обманывал. Это первая часть. А вторая последует после. Это утешение уверило тебя, что есть Бог и есть награда, за тем оно отойдет от тебя, и Господь будет глядеть на тебя, что ты верная раба Его или лукавая, сластолюбивая, купленная раба, которая любит Господина только тогда, когда Он ее утешает. Вот ты тогда и покажи искреннюю любовь неподкупной невесты Его. Но это опять пройдет. И опять блеснет лучь утешения. И так‑то обучает Господь возлюбленных Своих. Но горе тебе, если ты вознесешься, как богачка сущи нищая!.. Диавол видит, что ты делаешь и откуда получаешь, и вот старается тебя отбить от пастыря, как юную неопытную овцу. Держись! Кошки и мыши еще никого не сели. Пусть их грызут пол, а хлебушку береги, не давай им точить. Грех тот скажи мне. Никому не скажу и ругать тебя не буду. А не можешь мне, скажи Батюшке. А сказать непременно нужно. Мир тебе и спасение.

А главное, смиряйся. Лишь потеряешь смирение и самоукорение – тогда прощай.

131. Внимай себе

13 Октября 1887 г.

Бог тебя простит, сестра М.! И аз грешный тебя прощаю и разрешаю.

Но только помни, не забывай, что теперь ты едва–едва вырвалась от бесовских рук, а то и не вырвешься. Внимай себе. Время заняться собой, обуздывай свой язык и характер.

132. Скорби – приданое Жениху Христу

Мир тебе, М. Спасайся! Как ты там покашливаешь? Как скорби несешь Господа ради? Ведь Господь‑то молоденьких монашек –истинный, неизменный, возлюбленнейший Жених; а скорби – это приданое драгоценному нашему Жениху. Если кто любит Иисуса, тот старается всеми силами скопить побольше приданнаго, и чем больше любит Его Пречистаго, Прелюбезнаго, Сладчайшаго Иисуса, тем больше радуется, если возами везут хорошей невесте приданое, т. е. скорби и болезни. И Господь Иисус таких любит. И как любит‑то! Да сохранит тебя Господь! Да укрепит тя в терпении. Да даст тебе разум духовный! А я всегда о тебе воспоминаю и молюсь: соблюди Господи Иисусе Христе невесту Свою Машу в чистоте и святыне.

133. Проси у Бога полезнаго тебе

Уж я скорбел, уж я скорбел нынче, что у М. рыбу села собака! А если кто унес, тому на здоровье. Может, он такою рыбою и в жизнь свою не лакомился. А тебе Господь пошлет. А чтоб тебе избавиться от скорбей и чтоб я об этом молился, буду молить так: Господи, ты Машу любишь больше меня, и помочь можешь скорее меня: и что ей полезнее, знаешь лучше меня. А потому и сделай с нею лучшее – только спаси ее!

134. Молись больше

Преподобная Божия послушница М. Не забыл я тебя, а постоянно помню, да дела не позволяют к вам приехать… Молись больше! И ходя молись, и лежа молись. А что на тебя смеются, это тебе полезно и спасительно. За все благодари Бога!

135. Не стремись через силу в церковь, а молись дома

М.! Чтож ты не помнишь, что я говорил тебе? Я тебе много раз говорил: не понуждай себя через силу в церковь, а лежи под одеялом да тверди: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную. И Божию Матерь, крепко любящую молодых монахинь, призывай! Где тебе равняться со здоровыми! Смирись лучше. Это тебе и легче, и полезней!.. А что помыслы скверные лезут – не смущайся. Они и к старухам лезут. Да те как знают, что Бог за раскаянные помыслы не наказывает, то и не боятся их.

136. Не ищи почестей и не завидуй другим

Поздравляю тебя, М., с праздником Знамения Божией Матери. Что мне делать с моим гордым сердцем? Чуть не воздадут желаемаго, так вот и заломит. Вот ты‑то добрая такая – и почитаешь и любишь меня, а другие не любят и не почитают меня. А я оскорбляюсь все. Ведь уж старик, поседел, а все честь люблю. Помолись, Маша! И ты тоже, преподобная, скорбишь, и тебе не воздают чести! Чтож делать? Потерпим. Авось придет час, и Господь изведет нас на свет, яко во полудне. Правда, мне‑то старому по делам; давно бы должен научиться смирению; а тебя‑то, молодое преподобие, мне жаль больше себя. Ты ведь и понять то не можешь ни пользы от скорбей, ни хитростей вражиих. А я‑то? Я‑то? Стыд! Ну, уж делать нечего: давай учиться смирению. Правда, мне‑то стыдненько с тобой равняться, хрычу стару сущу, да что делать! За то девочке чести больше, если обгонит старика. Значит, начнем с праздника сего. Знамение Божией Матери будет нам поручницею! Впрочем, вот что М.: твое‑то оскорбление чисто деревенское: ты поревновала послушнической одежде, да еще старушке – а у самой мантия под спудом! А! Мантия! Ведь, если бы эта скорбная старушка вдруг узналаб, что есть девочка, очень, очень рано украшенная мантиею, и что…

и что эта девочка завидует ей, старушке, в том, что старую утешили званием послушницы, между тем эта старая уж много лет просилась в монастырь, но ее – никак тебя– все отдаляли (а ведь она прострадала лет пять кое–где шляясь по углам), хотя она и имела средства лучше твоих (да у тебя их совсем нет), и вот она едва попала, ее одели – и тут уж завидуют!..

Одумайся, М.! Смирись! Ох, горе! А сам‑то не смиряюсь! Ну, хоть ты‑то порадуй меня!

137. Истинное монашеское одеяние

17 Марта 1882 г.

Говорят, что тебя хотят одевать. Радуюсь. Только помни, что мухояровая одежда прикрывает только куски тела и кости, а настоящее одеяние – дела монашеския – смирение, кротость, терпение болезней и скорбей – особенно напраслин и клевет; это верхний вид одежды, а исподняя сторона этого одеяния есть радость, мир, милость, любовь и проч., а более всего непрестанное обращение сердца к Иисусу, так что монах день и ночь зрит Господа Иисуса и красуется Им, и утешается, и веселится, и постоянно возрастает и разцветает. Спасайся, сестра!

138. Снисходи немощным

22 Ноября 1882 г.

Получил еще письмо от тебя, М. Все‑то ты сердишься. А это еще более растравляет болезнь твою. Касательно неурядицы за трапезой я говорил батюшке, он ответил, что неудобно возставать напротив. Сказать матушке, она, говорит, поднимет бурю; подождем пока. И ты учись снисходить к немощным. Ведь хочется жить получше, да дело‑то не берет. Ведь кажется, чего легче, как помыслы этот туман отгнать, ан нет – они все себе лезут да лезут. Так и эти жалкие сестры. Пишешь, что в миру себя лучше ведут за столом, да там и во многом нас, бедных монахов, перещеголяют, а как эти самые подвижники явятся в монастырь, так и не узнаешь их. Тут и аппетит разыграется, и сон, и злость, и всякая всячина, как пишет Св. Лествичник в 3 слове. Да далеко ходить нечего – возьмем‑ка мы себя с М.: какие мы были с ней хорошие с начала‑то? А потому не удивляйся ни другим, ни себе. Пока Бог не явит Свою помощь, ничего сами не сделаем.