Страница 3 из 4
До тридцатого года дух Заратустры жил в юноше Иисусе, который происходил из Натановой линии дома Давидова. В этом другом теле он дозревал до еще более высокого состояния. Нужно заметить еще, что в этом другом теле, в котором жил теперь дух Заратустры, была та особенность, что в его астральное тело излучал свои импульсы из духовного мира Будда»34. Утверждения о том, что в теле Иисуса жил дух Заратустры, а также о том, что астральное тело Иисуса «заряжалось» импульсами Будды, оставим на совести Рудольфа Штайнера. С такой же степенью достоверности он мог утверждать, например, что в Иисусе до тридцати лет жил Кришна или, скажем, главный шаман Новой Гвинеи. Обратим внимание на утверждение Штайнера о существовании двух Иисусов, основанное на мнении, что в Евангелиях от Матфея и Луки описаны два разных человека. Разночтения в родословии Христа в Евангелии от Матфея и в Евангелии от Луки с древних времен привлекали к себе внимание35, но церковные авторы не уставали вновь и вновь объяснять их причину. Евсевий Памфил (IVв.) приводит в своей «Церковной истории» объяснение христианского ученого Юлия Африкана (ум.237г.): «Имена поколений в Израиле исчисляли или по природе, или по закону: по природе, когда имелось преемство законных сыновей; по закону, когда по смерти бездетного брата его брат своему чаду давал имя умершего.
Тогда не было еще ясной надежды на воскресение и будущее обетование считали заодно со смертным воскресением: имя умершего должно было сохраниться навеки. Поэтому из лиц, упоминаемых в этом родословии, некоторые были законными наследниками своих отцов по природе, другие же рождены были одними отцами, а по имени принадлежали иным. Упоминали же тех и других: и действительных отцов, и тех, кто были как бы отцами. Таким образом, ни то, ни другое Евангелие не ошибается, исчисляя имена по природе и по закону. Потомки Соломона и Нафана до того переплелись между собой вследствие „воскрешения“ бездетных, вторых браков и „восстановления семени“, что одни и те же лица справедливо могли считаться детьми и мнимых, и действительных их отцов. Оба повествования совершенно правильны и доходят до Иосифа путем извилистым, но верным»36. Таким образом, и в Евангелии от Матфея, и в Евангелии от Луки речь идет об Одном и Том же Человеке.
Кем был Христос для Штайнера? Вполне можно допустить, что сам Рудольф Штайнер не смог бы однозначно ответить на этот вопрос. В его трудах мы находим множество самых разных утверждений на эту тему. Помимо того, что, по мнению Штайнера, в Иисусе до тридцати лет обитал дух Заратустры37, причем в то же время кармический судья38 Христос был равен Будде39, оказывается, «Митрой и Дионисом одновременно было то существо, которое проникло в человечество с событием в Палестине…»40. Складывается впечатление, что логика Штайнера в этих утверждениях проста: маслом каши не испортишь. Далее, Штайнер пишет: «…надлежит различать носителя Христа и самого Христа в этом носителе. В теле, которое является носителем Христа, не было никакой человеческой индивидуальности, достигнувшей, к примеру, высокого развития, потому что индивидуальность Заратустры покинула это тело, … существо Христа жило не в человеке, достигшем особой высоты адепта, а в простом человеке, который отличался от других лишь тем, что он был покинутым Заратустрой организмом…»41. Таким образом, если Заратустра и покидает тело Иисуса в возрасте тридцати лет, то оно не остается пустовать, ибо, как пишет Штайнер, «Христос вступил на тридцатом году жизни Иисуса из Назарета в его физическое, эфирное и астральное тела, то есть … в их построении не принимал участия с детских лет»42.
Интересно, что фантазии Рудольфа Штайнера опять же не имеют ничего общего со Священным Писанием: как и все оккультисты43, он не понимал, что само по себе слово «христос» не является именем собственным, «христос» значит «мессия», «помазанник Божий» и является наименованием служения: «… мы нашли Мессию, что значит: Христос» (Ин.1:41). Но Рудольфа Штайнера интересовало не Евангелие, а «Хроники Акаши», поэтому его «откровения» о Христе столь значительно отличаются от Откровения Божия. Однако и на вышесказанном вымыслы Рудольфа Штайнера о Христе не заканчиваются, он пишет: «Человеческий организм, который во время Крещения от Иоанна стоял в Иордане, укрыл в себе после Крещения, после того, как «Я» Иисуса из Назарета вышло из трех тел, укрыл в себе совершенно сознательно высшее человеческое «Я», которое обычно бессознательно для человека с мировой мудростью действует в ребенке»44; «Познать те силы, которые действуют в человеке в его детском возрасте, это значит познать в человеке Христа»45. Если верить Штайнеру, то в каждом ребенке живет Христос. Как же тогда понимать следующие слова Священного Писания: «То есть не плотские дети суть дети Божии, но дети обетования признаются за семя» (Рим.9:8)? Значит, есть дети, которые не «суть дети Божьи», каким же образом можно предположить, что они – обитель Христа?
Следующим характерным моментом христологии Штайнера является то, что Штайнер подчиняет Христа «космическим силам»: «Когда в последние три года своей жизни, от тридцати до тридцати трех лет Иисус из Назарета как Иисус Христос странствовал по Земле в Палестине, в Нем непрерывно действовала вся космическая сущность Христа. Христос стоял всегда под влиянием всего Космоса. Он не делал ни одного шага без того, чтобы на Него не действовали космические силы (выделено нами. – В.П.)»46. Как видим, Христос оказывается не Богом, Которому «дана… всякая власть на небе и на земле» (Мф. 28:18), а существом, подчиненным Космосу и слепо выполняющим повеления неких космических сил. Приняв христологию Рудольфа Штайнера, христианам придется отказаться от слов апостола Фомы: «Господь мой и Бог мой» (Ин.20:28), потому что Бог, над Которым еще есть управляющий Им «Космос», – уже не Бог, а всего лишь служебная сила, наподобие ангела. Истинным Богом Штайнера, подчинившим себе даже Христа, оказывается безликий космос. Уже из одного этого нетрудно сделать вывод, что фантазии Рудольфа Штайнера о Христе к христианству не имеют никакого отношения, они не только не помогают «…понять христианство глубже и сердечнее»47, но уводят читателя от Христа, явленного в Божественном Откровении.
Христианство учит, что Бог творит мир через Слово (Ин.1:1-3), в христианстве Христос – присносущий Бог: «Иисус сказал им: истинно, истинно говорю вам: прежде нежели был Авраам, Я есмь» (Ин.8:58), «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк.10:18). В антропософии же Штайнера жизнь Христа подчинена … гороскопу: «И то, что происходило здесь с Иисусом из Назарета, было постоянным исполнением гороскопа (выделено нами. – В.П.): ибо в каждый момент происходило то, что обычно происходит только при рождении человека. Это могло быть так лишь потому, что все тело Натанового Иисуса оставалось доступным для влияний всей совокупности ведущих нашу Землю сил космически-духовных иерархий»48. Обоснование своего мнения Штайнер, как ему кажется, находит в Священном Писании, а именно в тех местах Евангелия, где указывается время совершения тех или иных событий: «То существо, которое странствовало тогда по Земле, имело, без сомнения, вид всякого другого человека. Но действовавшие в нем силы были космическими силами, приходившими от Солнца и звезд; они руководили телом. И то, что делал Иисус Христос, происходило в согласии со всем существом мира, с которым связана и Земля. Оттого в Евангелиях так часто едва слышно указывается на положение светил при свершениях Иисуса Христа. Прочтем в Евангелии от Иоанна, как Христос находит своих первых учеников.
Там говорится: «был же час десятый», ибо Дух всего Космоса выразил себя в этом факте сообразно с условием времени. Такие же указания даны в других местах Евангелий менее отчетливо, но умеющий читать Евангелия найдет их повсюду»49. Но если человек скажет, что он позавтракал в девять часов, означает ли это, что его завтрак именно в это время был предопределен звездами? Или человек волен сам выбирать время своего завтрака? Христианство издревле боролось с астрологией50, например прп. Иоанн Дамаскин писал: «Эллины … говорят, что через восхождение, и захождение, и сближение этих звезд, и солнца, и луны управляются все наши дела – ведь этим занимается астрология. Мы же утверждаем, что… мы, будучи сотворены Создателем обладающими свободною волею, сами распоряжаемся своими поступками. Ибо, если мы все делаем вследствие движения звезд, то совершаем то, что делаем, по необходимости; а то, что происходит по необходимости, не есть ни добродетель, ни порок; если же мы не имеем ни добродетели, ни порока, то недостойны ни похвал и венцов, ни порицаний и наказаний – да и Бог окажется несправедливым, доставляя одним блага, а другим бедствия…они [т.е. звезды] не суть причины чего-либо из происходящего, ни возникновения того, что возникает, ни гибели того, что гибнет…»51.