По благословению

Великая княжна потупилась.

— За это вели купить ему на рубль.

Бедный солдат после этого целый день все охал:

— На кого пожаловался-то?.. На царскую дочку... Господи, грех-то какой!..»

Подумайте, дорогие родители, а не упускаем ли мы наших детей именно в таких незначительных на первый взгляд мелочах, не позволяем ли благодаря «пустякам» развиться в неокрепшей детской душе эгоизму и невниманию к другим людям?

Знакомство с жизнью

В книге «Государыня Александра Феодоровна. Дневниковые записи, переписка» рассказано, что с первых лет замужества императрица проявила интерес ко многим туберкулезным санаториям рядом с Ливадией — крымским поместьем царской семьи. Не удовлетворенная условиями содержания в них, Александра Феодоровна стала их поддерживать за счет собственных средств и организовывать и проводить каждое лето благотворительные базары рядом с Ливадией. Выручка шла для тех, кто был слишком беден, чтобы платить за лечение. Каждое лето императрица продавала в своем киоске прекрасное шитье и вышивки, собственноручно ею сработанные. Когда подросли дочери, Александра Феодоровна и их подключила к своей благотворительной деятельности. Она посещала дома многих больных туберкулезом, совершая визиты неожиданно, но ненавязчиво. Когда не могла пойти сама, то посылала дочерей. Ей часто говорили, что для девочек опасно сидеть у постели больных из-за туберкулезных бацилл, но она отметала эти возражения, и великие княжны посещали многих тяжелейших пациентов. Она сказала как-то, что дети должны знать, что, «кроме красоты, в мире много печали».

Вот еще один из главных принципов воспитания: не прятать детей от жизни не только в радостных, но и в скорбных ее проявлениях. А казалось бы, как просто было окружить детей императора только приятными вещами! Но такое просто не приходило в голову августейшим родителям. В полной мере это проявилось во время Первой мировой войны, когда не только сама государыня, но и ее юные дочери работали в госпиталях и посещали раненых. Даже риск для здоровья великих княжон не пугал Александру Феодоровну, поскольку моральное и духовное здоровье детей она ставила выше их физического здоровья. При работе с paнеными усталость была огромна, но и духовная отдача тоже огромна. «Наши девочки прошли через тяжелые курсы для своих лет, и их души очень развились, — писала императрица мужу, — они в самом деле такие славные и так милы теперь. Они делили все наши душевные волнения, и это научило их смотреть на людей открытыми глазами, так что это очень им поможет позднее в жизни. Мы одно, а это, увы, так редко в теперешнее время, мы тесно связаны вместе».

«Ты видишь, — пишет она в другом письме, — наши девочки научились наблюдать людей и их лица, они очень сильно развились духовно через все это страдание, они знают все, через что мы проходим; это необходимо и делает их зрелыми. К счастью, они по временам большие беби, но у них есть вдумчивость и душевное чувство гораздо более мудрых существ».

Так же воспитывали и сына. Чтобы показать мальчику, наследнику, реальную жизнь его будущих подданных, страдания войны, государь брал с собой Алексея

Николаевича на фронт, невзирая на то что это приносило некоторый ущерб его здоровью и учению. Воспитатель царевича Жильяр писал о том, что жизнь в Могилеве, в Ставке, вносила серьезную задержку в классные занятия Алексея Николаевича и была вредна для его здоровья: «Там было столько впечатлений, притом слишком сильных для такой нежной и хрупкой натуры. Мальчик становился нервным, рассеянным, неспособным на производительный труд. Я доложил о своих наблюдениях императору. Признавая их вполне основательными, он возразил мне, что все эти отрицательные стороны вознаграждаются тем, что Алексей Николаевич теряет здесь свою природную застенчивость и нелюдимость и что от зрелища всех бедствий и горя у него на всю жизнь останется столь спасительное для него в будущем отношение к войне».

И вновь хочется сказать современным родителям: подумайте, а почему бы вам в церковные праздники по старинному обычаю не посетить вместе с детьми больницы, детские дома, дома престарелых, просто больную соседку? Да и не только в праздники. Но при этом необходимо сообразовываться с возрастом детей, с их нервной организацией и возможностями, как делала это царская чета. Психика маленького ребенка легко травмируема. Ведь и ее величество не маленьких, но повзрослевших детей посылала к туберкулезным больным, не слабую здоровьем Ольгу, но более выносливую Татьяну благословила помогать врачам при операциях.

«Что касается детей, то долг родителей — подготовить их к жизни, к любым испытаниям, которые ниспошлет им Бог» — эти слова Александры Феодоровны нисколько не расходятся с другим ее утверждением: «Радость и счастье нужны детям не меньше, чем растениям нужны воздух и солнечный свет». Достичь этого поможет «не просто любовь, а культивированная любовь в повседневной жизни семьи, выражение любви в словах и поступках. Любезность в доме — не формальная, а искренняя и естественная».

Между тем сейчас нашлись «светочи» педагогической мысли, считающие, что буквально с пеленок перед детьми надо открывать всю правду-матку жизни, со всеми ужасами и чернотой. Страшно представить себе, на что обречена в этом случае детская психика. И если ребенок уже с трех лет постоянно заглядывает в экран, перед которым, небрежно развалясь, папа и мама смотрят кровавые триллеры, боевики и порнографию, что с ним станется, кто из него вырастет?

Царская чета бережно оберегала детей от всего непотребного. Да, царевич и царевны видели не только красоту, но и горесть жизни. Но они не знали мерзостей порока. Старшие царевны видели гнойные раны солдат, ампутированные руки и ноги. Смрад ран они могли ощутить — смрада человеческих пороков не ощущали даже в заключении, когда похабники-караульные всячески пытались оскорбить чистоту юных девушек.

Пьер Жильяр, преподававший великой княжне Ольге французский язык, вспоминал: «Когда она стала старше, всякий раз, как я давал ей книгу, под предлогом трудности текста или незначительности интереса, который он представлял, я отмечал на полях места или главы, которые она должна была пропускать, с тем чтобы потом вкратце передать ей их содержание. Я делал так из предосторожности».

Конечно же, Ольга не делала попыток заглянуть в отмеченный учителем текст и тем была ограждена от вольностей, которые могли встретиться во французских книгах. Юлия Ден вторит Жильяру: «Все великие княжны были бесхитростными, невинными созданиями. Ничего нечистого, дурного в их жизнь не допускалось. Ее величество очень строго следила за выбором книг, которые они читали. В основном это были книги английских авторов. Их величества не имели ни малейшего представления о безобразных сторонах жизни».

Очень примечательный момент: вспомним, что в наши дни малыши по примеру родителей с трех лет усваивают нецензурную лексику.

Отцы и дети

В императоре и императрице не было ни капли родительского эгоизма. Огромная любовь к детям, которой жила Александра Феодоровна, не перешла в превозношение детей. Вот ее слова: «Родители иногда грешат чрезмерным беспокойством или неумными и постоянно раздражающими увещеваниями, но сыновья и дочери должны соглашаться с тем, что в основе этой чрезмерной заботливости лежит глубокая тревога за них... Нет на земле более подходящего для мужчины поступка, чем тот, когда мужчина в расцвете своих сил, как малый ребенок, с любовью склоняется перед своим немощным родителем, оказывая ему почитание и уважение... Пока живы родители, ребенок всегда остается ребенком и должен отвечать родителям любовью и почтением». Что делать, чтобы так происходило в действительности? Александра Феодоровна тут же отвечает сама: «Любовь детей к родителям выражается в полном доверии к ним. Для настоящей матери важно все, чем интересуется ее ребенок. Она так же охотно слушает о его приключениях, радостях, достижениях, планах и фантазиях, как другие люди слушают какое-нибудь романтическое повествование». Когда достигнуты такие взаимодоверительные отношения, лишь тогда родительские наставления могут принести реальную пользу Так было в святом царском семействе.