Страница 12 из 43
Храм – это литургическое выражение (или творческое «утверждение истины»50) того самого Слова Божьего, всей его бесконечной глубины. Поэтому храм имеет право быть сложным и не сразу понятным. Храм, как и Библия, требует нашего усилия к познанию. А церковно-славянский язык, оказывается, понимать не столько трудно, сколько неохота. И совсем не зря Церковь сохраняет его и не торопится отменять. Инициаторов русификации богослужения в Православной Церкви было немало. Но все их попытки только показали, насколько сложным и до сих пор труднодостижимым является перевод богослужения на русский язык. Дело здесь не в препонах, которые приходится преодолевать переводчикам, а в том, что русифицированные тексты получаются хуже церковно-славянских: нередко смысл того или иного текста затемняется, профанируется, а иногда даже меняется на противоположный [36]. Кое-какие примеры даны в настоящей книге.
Во всяком случае, на церковно-славянском языке я уже могу читать Библию и молитвослов (я знаю, что Бог услышит меня и на русском языке, но я не раз убеждался, что текст на церковно-славянском обнаруживает большую глубину богопознания51). Конечно, я не все понимаю в богослужебных текстах. Но это непознанное меня не отталкивает, а, наоборот, привлекает. Хотя иногда служба бывает непонятной просто из-за ужасной акустики: в ином храме, к сожалению, вместо молитв и песнопений слышится один гул.
Смиряться тяжело. Но это – начало православного благочестия52.
«Смирение есть радостно-печальное само-уничижение души перед Богом и людьми по благодати Святой Троицы… Смиренные удивительно смягчаются сердечно, имеют согретость души и теплоту любви ко всем людям без исключения по какому-то дару свыше». Всеми святыми отцами смирение почитается как основа всех добродетелей. Когда надо дать оценку духовной высоты человека, надо, прежде всего, оценить степень его смирения. Обычно по наличию смирения иноки различают великих подвижников – кто они: святые или находятся в прелести. Наш современник архимандрит Иоанн Крестьянкин сказал: «Иногда человек не хочет видеть чужих грехов, это доброе праведное состояние, но это еще не смирение. Смирение – это когда человек не может видеть чужих грехов. Слишком видит свои, слишком зрит перед собой Бога». Когда умирал египетский подвижник Сисой Великий, он сказал: «Вот Ангелы пришли взять меня, и прошу, чтобы позволили мне покаяться немного». Говорят ему старцы: «Не имеешь ты нужды каяться, отче». Он же сказал: «Поистине не знаю о себе, положил ли я начало покаяния» [37].
Христианин должен иметь уверенность в спасении (см. Рим. 8:38-39). И Никео-Константинопольский Символ веры, который православные христиане поют за каждой литургией, заканчивается такими словами: «Надеюсь на воскресение мертвых и жизнь в будущем веке» [38].
«Мы спасены в надежде…» (Рим. 8:24). Но это спасение мне придется совершать «со страхом и трепетом» (Фил. 2: 12). Это выражение не раз встречается в Новом Завете. А впервые это сказал Моисей («я в страхе и трепете»), когда приступил «к горе, осязаемой и пылающей огнем», «ко тьме и мраку и буре» (см. Евр. 12:18, 21). Напоминая об этом, апостол Павел далее говорит: «Итак, мы, приемля царство непоколебимое, будем хранить благодать, которою будем служить благоугодно Богу, с благоговением и страхом, потому что Бог наш есть огнь поядающий» (Евр. 12:28-29).
Не по-другому я стал думать о Боге, Который по-прежнему для меня – Отец53, Который по-прежнему безгранично любит меня, Своего сына. В Православной Церкви я устрашился не Бога, а состояния своего сердца.
Всё есть в православии: страшная правда о человеке и великая любовь Божья к нему, Судия живых и мертвых и Отец Небесный, «уверенность в спасении» и «страх и трепет», печаль о грехах и радость о Боге. Преп. Серафим Саровский всех приходивших к нему приветствовал словами: «Радость моя! Христос воскресе!». Православный подвижник характеризуется, кроме всего прочего, «лицезрением одновременно сразу двух бездн: бездны собственного падения и бездны милости и любви Божией» (формула преп. Силуана Афонского: «Держи ум во аде, но не отчаивайся»)54 [40].
НОВОЯВЛЕННЫЙ АПОЛОГЕТ
Надо ли рецензировать инославных христиан55?
…Странная ситуация сложилась после седьмого января 2001 года. Я – православный христианин, руковожу коллективом журналистов-протестантов. Но меня особо это не смущало. Я по-прежнему главный редактор. И должен обеспечивать бесперебойное производство радиопрограмм (около сорока 15-минутных передач в месяц). По-прежнему я рецензирую каждую из них. Прослушиваю и пишу плюсы и то, что, на мой взгляд, необходимо исправить. Конфликты здесь неизбежны, как в любой редакции. Но они случаются нечасто. В основном, люди понимают, что без редакторского ока не обойтись. Может быть, поэтому радиопрограммы кемеровского отделения несколько лет активно поставлялись для местного вещания Радиоцеркви не только в Новосибирск, но и другие крупные города – Хабаровск, Ижевск, даже в Москву56.
Через год мое руководство предложило «кемеровцам» подыскать другого директора. В ответ коллектив единогласно проголосовал «за» старого. Я продолжил донимать людей своими рецензиями.
Однажды мой журналист в программе рассудил так: «Главное различие в том, какую роль отводят те и другие [имеются в виду католики, православные и протестанты] Священному Писанию. Хотя католики, православные и протестанты верят в богодухновенность Библии, но католики и православные считают, что помимо нее определяющее значение для веры и церковного служения имеют апокрифы,… а также традиции, обряды. Протестанты же считают, что единственным руководством в вере и повседневной жизни христиан является Священное Писание57. Поэтому они не принимают ряд установлений, основанных на преданиях и традициях…».
Я попросил убрать данный текст из программы. Мне он показался не совсем грамотным. Поэтому для журналистов (и, прежде всего, для себя) пришлось провести небольшой ликбез.
Я выяснил, что отношение православных к апокрифам – совсем другое.
Книга правил58: «Наименование книг апокрифических, по переводу с греческого, значит, книги сокровенные. Еретики давали сие наименование составляемым ими подложным книгам, дабы лучше уверить, будто оные не вновь составлены, а только неизвестны были, как сокрываемые».
В той же книге в 39-м послании святого Афанасия, архиепископа Александрийского читаем: «Но поскольку упомянул я о еретиках, как о мертвых, о нас же самих, как имеющих ко спасению Божественные Писания, и боюсь, чтобы, как писал к Коринфянам Павел, некоторые… не начали внимать иным книгам, так называемым апокрифическим…, то потерпите, молю… Употреблю, для оправдания моего дерзновения, образ словес евангелиста Луки и реку и я: …изволилось и мне… изложить, какие книги, принятые в канон, согласно Преданию, почитаются как Божественные, Богодухновенные…».
Далее св. Афанасий перечисляет все канонические книги Ветхого и Нового Заветов (принятые сегодня протестантами), и заключает: «Сии суть источники спасения…, в сих только благовествуется учение благочестия. Никто к сим да не прилагает, ни да отъемлет от них что-либо… Есть, кроме сих, и другие книги, не введенные в канон, но назначенные Отцами для чтения нововступающим и желающим огласиться словом благочестия: Премудрость Соломонова, Премудрость Сирахова, Есфирь, Иудифь и Товия… и Пастырь» [3].
Можно только ошибочно называть апокрифами неканонические книги Ветхого Завета.
«В приложении к книгам Ветхого Завета протестанты называют апокрифами книги, которые древняя церковь вообще и теперь греко-восточная, в частности, не считают таковыми… Собственно слово «апокрифический» в этом случае тождественно слову неканонический. Книги эти следующие: 2-я и 3-я книги Ездры, книга пророка Варуха, Послание Иеремии, книга Товит и т.д.» [4].
«Библейская энциклопедия Брокгауза» (насколько я знаю, выпущена протестантским издательством в Германии) в статье «Апокриф» пишет: «Обозначение «Апокрифы» для вышеназванных книг используется только протестантами, католики называют их второканоническими, а православные – неканоническими писаниями… Отдельные издания Библии предлагают некоторый набор А. (то есть неканонических книг), заимствованных из Септуагинты. Лютер писал: «Это те книги, которые не принадлежат к Священному Писанию, но все же полезны и хороши для чтения».
В этой статье об апокрифах издатели-протестанты неоднократно придают им большое значение. Например, «на высоком уровне написана Книга Иисуса, сына Сирахова. Ее отличает многообразие литературных форм, она содержит многочисленные руководства для практической и духовной жизни…» [5].