Страница 88 из 208
Поздравляю тебя с пострижением в рясофор - это первая степень монашеского образа. Сердечно желаю тебе пожить отселе по-монашески, в терпении и смирении, и во страхе Божием, и хранении совести, как требуют заповеди Божий, начиная с искреннего покаяния пред Богом и духовным отцом. Начало же из начал - терпение находящих скорбей - терпеть укоризны не только от старших, но и от младших, сознавая свои вины, за которые и нужно потерпеть, со смирением и благодарением, чтобы загладил Господь и простил согрешения наши (преп. Амвросий).
...Советую тебе... принять тайно схиму. Смотри опять не отказывайся, - схима есть второе крещение, очищающее и прощающее грехи. Если встанешь, что однако ненадежно, то будем тебя уважать, а ты смиряться. Ты хоть и бодришься, но болезнь свое показывает и доказывает, поэтому не усомнись прямо принять тайную схиму, которая прикроется явною мантиею (преп. Амвросий).
Советую тебе отвергнуть и презреть помысл, смущающий тебя, что ты прямо приняла схиму. Посылаю тебе книгу преп. Феодора Студита. В завещании преподобного... ты сама можешь видеть, что древле святые отцы обыкновенно постригали прямо в схиму, а уже позднейшие отцы начали сперва постригать в мантию (преп. Амвросий).
Несмотря на то, что ты серьезно больна, никак не соглашаешься принять тайное пострижение, как делают это другие серьезно больные, из опасения чтобы не перейти в вечность без пострижения, проживши довольно лет в монастыре, а желаешь получить мантию видимую, т. е. длинную, церковную. Не знаю, дождешься ли ты этого. Из жития Киево-печерского преподобного Моисея Угрина видно, что он тайно пострижен в темнице проходящим иеромонахом. Разве ты выше этого преподобного? Советую тебе молиться этому угоднику Божию, чтобы он, предстательством своим у Господа, помог тебе избавиться от немощей душевных, ради которых посылаются и болезни телесные. Знай, что желать видимой мантии больному человеку есть явное тщеславие. Впрочем, я не убеждаю тебя к тайному пострижению, так как это дело совершается и должно совершаться по добровольному желанию разумеющих оное. Ибо образ монашеский есть образ покаяния и смирения, а не повод к тщеславию, высокомерию. На мытарствах и за простое тщеславие будут очень истязывать, кольми паче за тщеславное вышение длинною мантиею. Хорошо тому, у кого большое смирение, а не тому, у кого длинная мантия. Мантия длинная и короткая, обе не имеют рукавов, чем означается то, чтобы носящий их не делал ничего по ветхому человеку, тлеющему в похотях прелестных, от чего всех нас да избавит Всеблагой Господь милосердием Своим (преп. Амвросий).
Письмо твое получил, в котором объясняешь безотрадное твое положение по причине постригающихся прежде тебя, по твоему мнению, и менее достойных. С одной стороны, жаль тебя, что ты так скорбишь, а с другой стороны, я считаю это дело и промыслительным для тебя, чтобы ты после снисходительно думала об имеющих находиться в подобном положении и по опыту знала, как горько такое положение, и здраво об этом судила и рассуждала. Верховным Апостолам попущено было искушение: Петру отречение от Христа, а Павлу гонение на христиан, чтобы после милостивы были к согрешающим. Напрасно и несправедливо ты думаешь, что дела делаются только чрез одних людей, без участия Промысла Божия. Кроме властей земных, на земле есть еще и Царь Небесный, Дух Святый, всем управляющий, к пользе нашей полезное устрояющий, неполезное отстраняющий. Держись за эту мысль, и ты успокоишься, молясь за тех, на кого скорбишь и кого презираешь (преп. Амвросий).
Схима
Образ схимонашеский есть совершенный образ монашеский, а монашество есть совершенное христианство. Главная цель наша должна быть - исполнение заповедей Божиих, коими очищается сердце наше от страстей и исполняется плодов духовных: мира, радости, любви и прочих. Воздержанием утончается наш плотский состав, и оным, купно с молитвенным правилом, очищается ум, но при исполнении заповедей Божиих и при глубочайшем смирении, а без сего ни пост, ни труд, ни правило не принесут нам никакой пользы. И если только в том одном полагать образ монашества, чтобы исполнять правило и соблюдать пост, а о заповедях любви, терпения и смирения не иметь попечения, то всуе будем трудиться. Правило и пост, конечно, надобно иметь схимникам большие против простого монаха, и на сие подобает себя понуждать: но, впрочем, Бог ищет от нас, по силе каждого, телесного подвига, а душевного подвига - любви и смирения от всех истязует: и больные и престарелые могут любить ближнего, и смиряться, и получать милость Божию; это не мое мнение, а святых отцов учение вам предлагаю (преп. Макарий).
Духовная брань
Обители суть пристанища спасения, но случается, что и в оных бывают подвержены волнениям и погружаются в волнах: "ежели не всяк крестивыйся спасется, - говорит святой Иоанн Лествичник, - то умолчу о прочем", то есть о монашеском призвании; имеющие произволение благое через послушание приобретают смирение, которое сохраняет инока от всех сетей и козней вражиих, а без оного можно подвергнуться различным искушениям и неудобоносимым, а паче когда об откровении помыслов и понятия не имеют, что оно очень нужно в нашем звании; многие отцы пишут, что откровение очень нужно и приносит великую пользу..., а сие благое делание в нынешнее время совсем почти оставлено, оттого и прозябают дивии плоды и скорби умножаются (преп. Макарий).
Стремление твое к оставлению мира и вступлению в обитель иноков, конечно, есть призвание Божие, тем паче, что оное постоянно в тебе возрастает, но все надобно делать с пожданием, рассмотрением и молитвою ко Господу, да поможет Он в благом твоем намерении исполнить оное... Отвержение себя вступающим в наше звание состоит в отвержении своего разума и своей воли и в терпении последующих за сим скорбей, надо к этому приготовиться и сообразоваться с своими силами, душевными и телесными... (преп. Макарий).
Если посудить здраво, доставит ли нам пользу внешнее ношение мантии? Она есть образ смирения, а если люди ищут или желают ее, то конечно уже не для смирения, о прочем умолчу... (преп. Макарий).
Обыкновенно мы, приходя в монастырь, думаем вдруг взлететь на небо, или найти покой нерушимый, но обретая сего от мучительства собственных наших страстей, впадаем в уныние, ища разрешения не там, где должно... (преп. Макарий).
Взирая же на нынешние времена и оскудение делателей и наставников сей жизни, нельзя не поскорбеть, и что вступающие на путь сей, хотя и с ревностью, но, идя самочинно, в две крайности впадают: или, высоко возвысившись, обольщаются мнением, или ниспадают слабостью жизни. Но все нельзя отчаяться или порицать путь сей, видя ослабление и немощи умножившиеся, и отступление от высоких подвижнических дел, и лишающихся духовных дарований (преп. Макарий).
Во всех твоих письмах не видно самоукорения и смирения, приличествующего для нашего монашеского звания, которое может нас и устроить в благоделании, и успокоить, но в твоем устроении все тебе кажутся виновными твоих скорбей и озлоблений, одна ты права во всем и от всех истязанная и оскорбленная. Поэтому вижу, ты ежели читаешь отеческие писания, то, видно, или не понимаешь, или не хочешь оным последовать, или вовсе не читаешь отеческих книг, а потому и ничего не понимаешь и, мняся быти мудра, объюродела (преп. Макарий).
Сколько ты ошибочно имела понятие о монашестве, ты только и полагала: затвор, правило, видение, а о борении со страстями и о познании своих немощей и смирении от сего познания - уклонилась. Теперь же должно прийти в разум истины: не дерзай никого укорять, хотя бы что и видела неподобное: укоряющих и досаждающих тебе - считай своими благодетелями, посланными тебе от Бога ко уврачеванию страстей твоих, и при всем том считай себя последнейшею и меньше всех, яко побеждаемую и мучимую страстями, тогда совсем иначе просветится мысль твоя и получишь от Бога силу против страстей братися и не побеждаться от них... (преп. Макарий).
...Жизнь монастырская есть тесный и прискорбный путь, вводящий в живот вечный. Почему ж тесен и прискорбен путь? Не потому, чтобы он был таков в сущности - что легче любви, кротости и смирения? - но потому, что мы одержимы страстями и не хотим им противиться: они-то и делают нам путь скорбным (преп. Макарий).
Пишешь, что, по случаю представления тебя в монашество, встретили тебя скорби: поношение и ругательство. Я полагаю, так как монашеский образ есть образ смирения и терпения: "монах есть столп терпения, бездна смирения", то предварительно тебе попущен такой искус, - какова ты обрящешься? Есть ли в тебе дух христианства - любви, по заповеди Божией: "любите враги ваша" (Мф. 5, 44)? Не унывай от сих приражений, но смиренно подклони выю против сих волн, и корабль души твоей не погрязнет во глубине моря, гордость твоя смирится, и враждующие умолкнут. Не вини никого, но смотри в них орудие Божие, искушающее тебя и смиряющее (преп. Макарий).