Страница 36 из 44
Безбожной пропаганде в России верующий народ протиивостоит самой своей жизнью, не похожей на жизнь атеистов. Кто живет по-Божьи, тот борется с безбожием не словом, а самым делом. Но не только для сущих в России, но и для нас с вами настало время борьбы. Безбожие ширится, - на каждом христианине, по тому самому, что он носит имя Христово, лежит долг не только веровать во Христа, но и бороться за веру в Него. И наша борьба теперь, пока мы еще не столкнулись лицом к лицу с безбожниками, должна вестись на внутреннем фронте, на фронте искоренения своих греховных привычек и жизни по заповедям Христовым. Аминь.
О "Наказаниях Божиих"
(Франция, 1940 г. по заключении перемирия).
В эти дни, насыщенные не только скорбями, слезами и страданиями, но еще больше предчувствием чего-то ужасного, какой-то непоправимой беды, которая готова обрушиться на Францию и поразить все ее население, включая и нас, невольных соучастников в ее горькой участи, - в эти дни трудно встретить человека, который не говорил бы о причинах случившейся катастрофы. Их все ищут и с легкостью находят причину, то в недостатке дальновидности, то во всеобщем легкомыслии, то в недостаточном вооружении, нехватке людей, то в отсутствии союзников, друзей. Одни называют это наказанием Божиим, другие, наоборот говорят: "Где же Бог и почему Он допускает совершаться такому несчастию?" Это последнее говорят люди маловерующие или и совсем неверующие, но вдруг вспомнившие о Боге только для того, чтобы произнести хулу на Него. Мы сегодня этого мнения людей неверующих касаться не будем, а побеседуем о "наказаниях Божиих".
Этот термин привычен нашему слуху с детства, и мы, люди верующие, очень часто им пользуемся для объяснения, для понимания всех бед и несчастий, которые нам приходится претерпевать в жизни.
Родители наказывают детей за капризы, за шалости, за непослушание. Воспитатели наказывают учеников за то же самое. Власти наказывают преступников за совершенные злодеяния. Господь "наказывает" людей за грехи.
Наказание причиняет скорбь и даже страдание тому, кто ему подвергается. Но значит-ли это, что надо отменить наказания, чтобы не было страданий? Спросите у родителей, у воспитателей, у властей, - согласятся-ли они это сделать? Не скажут-ли они вам: "Мы наказываем не для своего удовольствия, не по злобе или гневу, а для пользы того, кого наказываем".
И это совершенно справедливо!
Если мы возьмем это слово "наказание" в том значении, как оно употребляется в Св. Писании, то увидим, что оно в большинстве случаев обозначает научение, наставление. Но как в учении корень горек, а плоды сладки, так и наказание применяется не для того, чтобы огорчить, скажем, ребенка, а чтобы научить его уму-разуму и тем сделать его счастливым в предстоящей ему жиизни.
Но если так легко примиряется родительская любовь с наказаниями и оправдывает их и считает не только неизбежными, но и полезными, то еще с большей легкостью мы в нашей христианской совести можем примириться и оправдать и понять смысл "наказаний Божиих", как бы они ни были тяжелы для нас.
Бог, сотворив мир, оградил его существование непоколебимыми законами. Брошенный вверх камень падает вниз, по закону тяготения; если вы протянете руку над пламенем свечи, вы обожжетесь, ибо свойство огня жечь. И никто не обвинит огонь за то, что он причиняет боль.
Для человека Господь положил заповеди и оградил их законом воздаяния, так что всякое доброе или злое дело влечет за собой приличное ему воздаяние: доброе - радость, а злое - страдание. И когда мы терпим какое-нибудь страдание, то это не значит, что Господь разгневался на нас за наши грехи и нарочито придумал для нас эту скорбь; но что мы, согрешив и нарушив заиповедь Божию, сами наивлекли на себя заслуженное возмездие.
"Нелепо думать, - говорит св. Антоний Великий, - чтоб Божеству было хорошо или худо из-за дел человеческих. Бог благ и только благое творит, вредить же никому не вредит, пребывая всегда одинаковым; а мы, когда бываем добры, то вступаем в общение с Богом, по сходству с Ним, а когда становимся злыми, то отделяемся от Бога, по несходству с Ним. Живя добродетельно, мы бываем Божиими, а делаясь злыми, становимся отверженными от Него; а сие не то значит, чтобы Он гнев имел на нас, но то, что грехи наши не попускают Богу возсиять в нас, с демонами же мучителями соединяют. Если потом молитвами и благотворениями снискиваем мы разрешение во грехах, то это не то значит, что Бога мы ублажили и Его переменили, но что посредством таких действий и обращения нашего к Богу, уврачевав сущее в нас зло, опять соделываемся мы способными вкушать Божию благость. Так что сказать, что Бог отвращается от злых, есть то же самое, что сказать: солнце скрывается от лишенных зрения".
Итак, по мнению св. Антония, нелепо думать о Боге, что Он может гневаться на нас и наказывать нас: Он благ и только благое творит, но от нас зависит, исполнять ли Его законы-заповеди, быть с Ним в общении и чрез то блаженствовать, - или пребывать во грехах и чрез то быть вдали от Бога, вблизи от демонов и вместе с ними терпеть мучения. Но ни то, ни другое состояние, пока человек живет на земле, не пребывает неизменным: благочестивый человек может согрешить, а грешник покаяться. Все в воле человека, в его свободе.
Когда человек, доведенный страданиями до сознания своих грехов, молитвами и слезами раскаяния снискивает разрешение их, тогда он делается достойным милостей Божиих, и страдание (" наказание Божие") будет ему на пользу.
А что Господь не посылает наказания сверх сил, то это засвидетельствовал св. ап. Павел: "Вас постигло искушение, - пишет он Коринфянам, - не иное, как человеческое: и верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, чтобы вы могли перенести" (1 Кор. 10: 13).
"Если людям известно, какое бремя может нести мул, какое осел, какое верблюд, и на основании этого знания на каждого из упомянутых животных возлагается соответствующая силе его ноша; если знает горшечник, сколько времени должно держать в печи глиняные сосуды, чтоб они, будучи передержаны в ней, не перетрескались, или напротив того, будучи вынуты недостаточно обожженными, не оказались негодными к употреблению; если, говорю, человек одарен таким соображением, то не гораздо ли более, не несравненно ли более предусматривает премудрость Божия, какое бремя искушений должно возложить на каждую душу, чтоб она, будучи испытана им, соделаелась способною к небесному Царству" (Св. Макарий Египетский).
Итак, если мы будем нести "наказания Божии" с покорностью, с терпением, не теряя ни любви к Богу, ни доверия к Нему, то не потерпим от них никакого зла. Аминь.
Смерть
Скажу вам, други мои, краткое слово о смерти. Смерть на земле столь же естественна, нормальна, как и жизнь: все живое умирает. Но отчего же тогда мы ее так боимся? Отчего, когда человек болен, то священника упрашивают не говорить с больным о смерти, даже самый приход священника стараются представить больному случайным? Оттого, что, хотя мы и страшимся смерти, но никогда не думаем о ней серьезно; мысль о смерти стараемся отдалить от себя. А между тем, если мы подумаем о ней чаще и притом так, как нам, христианам, нужно думать, то мнимая страшливость ее исчезнет.
Прежде всего смерть недалека от каждого из нас: молодого или старого, крепкаго здоровьем или слабого. Всем известно, что людей, умирающих в преклонном возрасте своею смертью совсем незначительный процент сравнительно с умирающими во цвете лет от всяких болезней и несчастных случаев. Когда эта болезнь или случай к нам подкрадется, неизвестно, - значит, лучше всего быть всегда готовыми к смерти, чтобы она не застала нас врасплох.
Часто приходится слышать такия слова: "Я бы хотел умереть внезапно!" Жалко таких людей: они думают о нескольких моментах и забывают о вечности. Если бы за смертью была пустота, ничто, то, конечно, лучше, чтобы последния минуты пришли внезапно, чтобы никому не быть в тягость своей последней болезнью. Но если смерть есть лишь переход в новую жизнь, жизнь вечную, которая устроится соответственно с тем, что человек сделал здесь на земле, а особенно, как он закончил свою жизнь, то в этом случае внезапная смерть - несчастье.