Страница 22 из 41
Духовник продолжал:
– Йога учит распределению и передаче энергии. Как вы помните, наше знакомство началось с того, что вы взяли мою руку и долго держали ее в своей руке. Вы хотели продемонстрировать феномен передачи энергии, но почему-то вышла осечка. Как вы полагаете: какая это энергия, какой она природы? Она ваша или приобретенная на занятиях йогой от каких-то неведомых духов? Почему этой способности до занятий йогой у вас не обнаруживалось? Как вы понимаете само слово «энергия», какой смысл вкладываете в него?
Вадим ответил:
– Энергия – это организованная, структурированная сила.
Духовник сказал:
– Значит, энергия вашего организма имеет определенную структуру. Это, можно сказать, структура, отмеченная вашей индивидуальностью. Я приведу пример. Существуют различные группы крови. Если перелить человеку кровь не его группы, то результат может быть самым плачевным: чужая кровь превратится для него в яд, который убьет его. Откуда вы можете знать, как ваша энергия, обладающая определенной структурой, будет действовать в другом организме? Может быть, здесь произойдет то, что называется несовместимостью, и эта энергия сначала подействует на человека как допинг, а затем, как агрессор, причинит ему новые разрушения, создаст в его энергетических структурах хаос. У вас же самого может образоваться дефицит энергии, аналогичный большой потере крови, следствием чего станут неожиданные и неизлечимые болезни. Экстрасенсы редко благополучно кончают свою жизнь. Притом болезнь у них протекает скоротечно, как саркома, и заканчивается летальным исходом – они как будто сгорают. А если здесь прибавляется еще энергия темных сил, падших духов, которые дают, чтобы отнять, которые под видом добра причиняют зло, то в какую ловушку вы тогда попали?
Вадим спросил:
– Как вы считаете, что это за энергия: моя или демоническая?
Духовник ответил:
– Мне трудно ответить, какие энергии здесь действуют: ваша и чужая, соединенные вместе, или одна – демоническая.
Вадим сказал:
– У нас будет совещание относительно изменения течения рек, которое грозит экологической катастрофой и гибелью тайги. Могу ли я пригласить вас? Мои друзья будут рады.
Духовник ответил:
– Я не специалист в подобных вопросах, но передайте своим друзьям, что я желаю, чтобы сибирский лес продолжал существовать.
Интеллигент-богоборец
Часть 1
К духовнику пришел молодой человек, который представился ему как доцент-филолог, работающий над докторской диссертацией. Он сказал:
– Когда я был ребенком, то иногда с родителями посещал храм, в котором вы служили. Затем наша семья уехала в Россию, там я получил образование и написал несколько книг. Я с детства осознавал себя верующим, и теперь вера не покидает меня, но я мучаюсь сомнениями.
Духовник вспомнил, что он действительно видел этого человека в храме много лет тому назад и несколько раз беседовал с его отцом. Он сказал:
– Рад вас видеть. Когда встречаешься с людьми, которых знал прежде, то невольно вспоминается старое время; оно было проще и поэтому лучше, чем наше. Но говорят, что человек так создан: прошлое ему всегда кажется лучше, чем настоящее.
Собеседник, а имя его было Игнатий, ответил:
– Для нас начало «перестройки» стало трудным периодом. Наша семья была вынуждена уехать, чтобы мой отец мог работать по специальности. Отец – человек огромной энергии и настойчивости и, преодолев много трудностей, теперь он снова занимается научной работой и заведует кафедрой одного из университетов.
Духовник задумался:
– Возможно, прошлое кажется мне лучшим, потому что и сам я раньше был лучше. Окружающее мы воспринимаем через свое сознание, как сквозь призму, а эта призма с годами покрылась налетом пыли и помутнела. Раньше я более чутко воспринимал добро и реагировал на него. Я думаю, что детство – лучший период жизни именно потому, что в эту пору ребенок «чистым» взглядом смотрит на мир и меньше видит в нем зла.
Игнатий сказал:
– Я люблю город, в котором родился. Годы, проведенные в нем, я вспоминал с болью, похожей на боль разлуки с любимым другом. Мне хотелось пройтись пешком по его улицам, посмотреть с Мтацминдаxciii на Тбилиси в вечерние сумерки, когда город освещен холодным светом электрических фонарей и когда из полумрака проступают выхваченные из него лучами прожекторов силуэты Метехиxciv и Нарикалаxcv. Я приехал сюда в командировку по служебным делам, но на самом деле я желал повидать город, который остается моей родиной. Затем меня потянуло прийти к вам.
Духовник спросил:
– Как к одному из персонажей ваших воспоминаний?
Игнатий ответил:
– И да, и нет. Как я сказал, меня мучают сомнения, какие-то странные, нелепые и дерзкие мысли. Иногда я прихожу от них в состояние уныния, и мне кажется, что спасения для меня нет. А иногда кажется, что это сатана вселился в меня. Эти мысли похожи на одержимость, и в то же время я переживаю их, как свои собственные. Если это беснование, то беснование моего ума.
Духовник сказал:
– Есть особое искушение, называемое хульные мысли. Это скверные слова, которые слышит в своей душе человек, направленные против святыни. Но тут одно правило – не обращать на них внимание.
Игнатий ответил:
– Нет. Я знаю, о чем вы говорите, но у меня совсем другое. Я думаю, почему я не Бог, и у меня возникают два чувства: страх от этой мысли и протест против Бога, соединенный с какой-то злобой, как будто Он отнял то, что должно принадлежать мне. Это хуже хульных мыслей, через которые диавол насмехается над человеком.
Духовник сказал:
– Согласен с вами, что это искушение тяжелее, но здесь налицо недоразумение. Бог как раз для того создал вас, чтобы дать и вам обОжение. Святитель Афанасий Великийxcvi писал, что Бог принял на Себя человеческую природу, чтобы человека сделать богом по благодати.
Игнатий удивленно посмотрел на духовника, затем, помолчав, спросил:
– Зачем же нужны эта борьба и страдания, почему Бог сразу не сделал меня богом?
Духовник сказал:
– Возможно, так думал Адам перед тем, как сорвал запретный плод... Но все-таки постараюсь ответить на ваш вопрос маленьким примером. Вы, кажется, доцент?
Игнатий ответил:
– Да.
– Следовательно, вы написали диссертацию?
Игнатий снова ответил:
– Конечно. По одной из проблем исторической лингвистики. Я трудился над темой несколько лет, и мне пришлось изучить колоссальный объем материала.
Духовник спросил:
– Желали бы вы, чтобы кто-нибудь написал диссертацию за вас, а вы только подписали бы ее своим именем?
Игнатий ответил:
– Для меня даже оскорбителен такой вопрос. Эта диссертация не только стоила мне труда, но и доставила радость. Она мне дорога именно тем, что я вложил в нее много сил.
Духовник сказал:
– Бог по Своей любви хотел не только подарить вам Божественную благодать, но и сделать вас достойным этой благодати. Он хотел дать вам этот дар так, чтобы в нем участвовали ваша личность и ваша воля. Бог обещал сделать человека, покорившего свою волю Его заповедям, богом по благодати. Что же вам еще надо? Чему вы завидуете?
Игнатий спросил:
– Бог есть Истина и Любовь. Но разве Бог не мог сразу дать мне любовь и истину и сделать меня равным Себе? Ведь богом по благодати может быть всякий человек, совершивший подвиг веры. А я хочу другого – быть извечным богом.
Духовник ответил:
– Бог распялся за человечество. Иисус Христос претерпел в Своей душе адские муки за всех людей. Можешь ли ты, гордец, желающий стать богом, распяться хоть за одного человека? А ты говоришь: «Почему я не предвечная истина и предвечная любовь?».
Игнатий, помедлив, сказал:
– Теперь я вижу, что это были не мои мысли, а сатанинские. Благодарю. Я прощаюсь с вами. Уже вечер. Пойду погуляю по набережной. Завтра мне надо возвращаться назад.
Часть 2
На другой день Игнатий пришел попрощаться с духовником и спросил:
– Какую литературу вы посоветовали бы мне читать?
Духовник ответил:
– Ту, которую я не люблю и другим не советую.
Игнатий удивился:
– Я не понимаю. Может быть, вы говорите о трудах по лингвистике, для того чтобы я занимался своим делом и не рассуждал о религии?
Духовник ответил:
– Просто верить и не рассуждать о религии – это интеллектуальный подвиг, на который вы пока не способны. Вы привыкли анализировать, сопоставлять, опровергать и вносить во все свои поправки. Поэтому почитайте философов-теологов, таких, как Флоренский, Булгаков и братья Трубецкиеxcvii. У них эрудиция, которой вы ничего не сможете противопоставить, а желание «мудрить» вам понравится. Впрочем, этого желания у них меньше, чем у вас, а объем знаний, натренированный философской «гимнастикой», больше.