Страница 6 из 30
Наконец, покаяние есть способ очищения нашего непрерывный, потому что мы непрерывно можем и должны каяться; а еще более потому, что сама Церковь непрестанно молится о нашем раскаянии. Несмотря на легкость покаяния, мы все, однако же, легче грешим, нежели каемся; грешим каждый день и час, а покаяние забываем иногда на целые годы. Церковь, зная нашу слабость, спешит помочь нам. Для этого она установила общественные времена покаяния; для этого большую часть молитв своих наполнила крепкими воплями за нас; для этого же ежедневно в своих священнослужениях сама исповедует грехи наши за нас: ежедневно и многократно в день взывает ко Господу, да простит нам грехи не только ведомые, но и неведомые, да «некающихся и мертвых прегрешеньми Сам подвигнет к покаянию и призовет к жизни духовной» – словом, она непрестанно вопиет за нас Богу, яко Давид кающийся: Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей (Пс. 50, 1).
Чего можем более желать от матери нашей Церкви? Се на руках ее написаны безопасность жизни и спасение душ наших. Она носит нас, как младенцев, в своих молитвах и священнодействиях, в своей христолюбивой душе и сердце. Каковы бы мы ни были – худы ли, хороши ли – но все мы присно пред нею, пред ее материнскими очами. Еда забудет жена отроча свое, еже не помиловати изчадия чрева своего? Аще же и забудет сих жена, но Аз не забуду тебе… Се на руках Моих написах стены твоя, и предо Мною еси присно,– глаголет Господь Вседержитель, а с Ним и Церковь Господа нашего Иисуса Христа. Аминь.
Беседа третья
О том, что Церковь есть матерь христианам по долгу воспитания
…Наложу дух Мой на семя твое и благословения Моя на чада твоя. И прозябнут, аки трава посреде воды и яко верба при воде текущей. Сей речет: Божий есмь… и другий напишет рукою своею: Божий есмь (Ис. 44, 3–5).
Прежде я беседовал с вами, братие мои, о том, что Церковь есть матерь наша по святому праву духовного рождения; теперь следует предложить любви вашей беседы о том, что она есть матерь наша по святому долгу воспитания, которое у нее, как и везде, имеет два вида: воспитание домашнее и общественное. Ныне буду говорить о том, что Церковь есть матерь наша по долгу воспитания домашнего. В приведенных мною словах Писания изображен дух и характер церковного воспитания; а потому, во-первых, изложу сей дух и характер и, во-вторых, изъясню, как Церковь старается ввести оный дух и характер в дома христиан.
Дух и характер церковного воспитания
Не ожидайте, братие мои, чтобы Церковь обещала или заботилась дать вам или вашим детям ту блестящую образованность, какую дает светская жизнь и светское воспитание. Сию заботу она предоставляет свету и вашему благоразумию, а сама, благословляя то, что есть доброго в светском воспитании, старается придать ему высшее и духовнейшее значение. Наложу,– говорит,– дух Мой на семя твое. Это не есть дух мира, который, обольщая молодых и старых христиан, чаще убивает, чем оживляет их. Не есть дух времени, который движет миллионы людей к тому, что хорошо или кажется хорошим ныне, то, о чем неизвестно, каково оно будет завтра. Не есть дух модного просвещения, которое может быть и умно, но которое детей добродушных по природе часто превращает в людей искусственных, в людей с подложными чувствами к отцам и матерям, в мудрователей с неподобающим мудрованием, с неприличными притязаниями на права и преимущества, которых они не должны иметь. Это есть дух Господа Бога, оживляющий воспитанника на целую вечность, дающий ему не временный, а постоянный, не искусственный, а подлинный характер истинного человека.
Наложу дух Мой на семя твое и благословения Моя на чада твоя – не громкую славу света за уменье жить в свете, не похвалы блестящего общества за ловкость, приличие, тонкость в обращении, но милосердый взор Господа за добрые дела и святые мысли, доброе слово Создателя к вам и вашим детям за чистоту и непорочность жизни,– доброе слово, которое дороже всех одобрений целого мира. И прозябнут аки трава посреде воды и яко верба при воде текущей. Это вода благодати Божией, отнимающей у воспитанника сухость сердечную, дающей новую жизнь и свежие силы духовные.
Стараясь о воспитании детей своих, вы хотите напоить их потоками земной мудрости, предаете их в жертву наукам, которые ныне чрезвычайно умножились,– и это ваш долг родительский. Но часто бывает, что ваш воспитанник выходит из воспитания бледный, сухой и тощий – по телу, бесхарактерный, сухой и тощий добрыми мыслями и чувствами – по душе. Церковь Божия старается не о том только, чтобы просветить, но о том, чтобы одухотворить воспитанника Божественною благодатию, немощная врачующею, чтобы возрастить и напоить его потоком сладости, текущим от ее Таинств, от ее непрерывных молитв за него. Сей речет: Божий есмь… и другий напишет рукою своею: Божий есмь. Вы радуетесь, когда о вас или о ваших детях скажут: ученый человек, ловкий человек или человек прекрасный. Для Церкви мало этой радости: она старается дать нам возвышеннейшее имя, старается воспитать детей своих так, чтобы при взгляде на каждого из них и неумеющий читать мог прочесть в лице и деяниях его святое надписание: «Это Божий человек, на нем видна печать Божественных совершенств». Словом, Церковь старается сделать питомца своего человеком Божиим. Вот дух и характер ее воспитания. И сей-то дух желает она ввести в дома христиан. Какими способами?
Как Церковь вводит оный дух в дома христиан
Во-первых, изложением семейных обязанностей. Она знает, что человек после себя ближе всего к своему семейству, что жизнь домашняя есть первое поприще для нашей деятельности, что в доме родительском развивается и первое добро, и, к несчастию, первое зло нравственное. Поэтому она спешит всякий дом христианский преобразить в малую домашнюю церковь Господа Иисуса, каждому члену семейства внушая такие обязанности, святость и достоинство коих не могут оспорить у нее ни природа, ни наука и мудрость света. Она видит в семействе не простых людей, связанных только родством и взаимным вспоможением: она видит в нем семейство Божие и оттого каждому семьянину заповедует вести себя так, как пристойно человеку Божию. Она измеряет домашние обязанности не одним отношением людей к людям, а отношением людей к Господу, поставляя Господа образцом совершенства их. Потому-то вы нигде не найдете таких высоких и святых понятий о муже и жене, об отцах и матерях, о детях, о прислуге домашней, какие сообщает Святая Церковь. Что такое супружество по ее учению? Великая тайна, выражающая союз Господа Иисуса Христа с Его Церковью; и на этом союзе основываются все обязанности мужа и жены, получая характер высший и священный (см.: Еф. 5, 22–33). Что есть отец и мать в отношении к детям? Земные представители Отца Небесного, на земле исполняющие дело воспитания, совершаемое Тем, Иже на небесех. Что? дети?
Благодатное племя Господа Иисуса, которое должно воспитывать не для своих одних видов, но для Царствия Божия, дабы заменить ими недостающее число ангелов на небе (см.: Еф. 6, 1–9). Как поступать должны вы, господа, со слугами своими? Памятуя, что вы имеете сами Господа, Верховного Владыку вселенной (см.: Кол. 4, 1). Какая обязанность вашей прислуги? Служить вам не пред очима точию, но якоже Господу (Кол. 3, 22, 23). Даже обращение ваше с рабочим скотом не забыто, не оставлено без правил для вашего счастия домашнего. Да не заградиши,– говорит,– устен вола молотяща. Блажен человек, иже и скоты милует (ср.: 1 Кор. 9, 9; Притч. 12,10). Ах, братие мои, если бы все дома христианские располагали жизнь свою по правилам Святой Церкви, если бы все члены семейств точно и верно исполняли семейные обязанности, внушаемые Церковью, тогда наши семейства трудно было бы отличить от обществ ангелов, тогда каждое семейство видимо изображало бы Царствие Божие на земле!
Во-вторых, введением благочестивых писаний – молитвенных и поучительных. Во всех писаниях, которые предает нам Святая Церковь, обитает дух святыни и истины Божией, дух спасения нашего. В писаниях отцов церковных обитает дух древнего святого христианства. В слове Божием дышит Сам Дух Божий и из книг хочет проторгнуться в сердца наши. В молитвах церковных заключается дух освящения нашего. Каждая молитва домашняя, которую вы заблагорассудите прочесть утром или вечером, есть священный урок, есть наше слово, данное нам Церковью для беседы с нашим Создателем или с Его святыми. Простейшая и самая краткая из молитв (какова, например, «Господи, помилуй») – лучше многих тысяч слов, которые говорятся иногда по-пустому, даже в ученых собеседованиях. Одна глава из Евангелия, прочитанная с размышлением, более дает мыслей назидательных, чувств благочестивых, нежели целые книги, написанные для любопытства либо из тщеславия. Как много времени пожирает у нас чтение подобных книг и как мало приносит оно существенной пользы! А Евангелие Господа Иисуса? А писания отцов и учителей церковных? А молитвенники, кои Церковь старается внести в дома христиан?.. Что сказать о таком доме христианском, в котором умеют читать и никогда не читают Евангелия и никаких книг церковных?.. Нам обыкновенно говорят: «Церковные писания скучны». Но, любезные братие, не скучают ли и добродетелью?