Страница 43 из 76
Упомянутое в третьем члене Символа сошествие с небес может быть сближено с Вознесением только в одном определенном смысле в смысле уничижения (кенозиса) Сына Божия, которое начинается с Воплощения и заканчивается Вознесением. И, кроме того, не следует забывать, что Его уничижение ни в чем не изменило внутритроичных отношений, поскольку Триилостасный Бог непреложен и неизменен, и Сын онтологически связан с Отцом и Святым Духом независимо от каких бы то ни было конкретно временных обстоятельств. С другой стороны, надо подчеркнуть особенный характер Вознесения, а именно прославление Богочеловека: Христос Новый Адам глава обновленного человечества, которое именно в Его личности теперь и навсегда во Славе одесную Отца. Из этого видим мы, что Искупление не было простым снятием проклятия, принесенного грехом, ведь слава, которую стяжал человек в Иисусе Христе, останется непреложной. Поэтому-то апостол Павел и говорит: "Бог просветил очи сердца вашего, дабы вы познали, в чем состоит надежда призвания Его, и какое богатство славного наследия Его для святых, и как безмерно величие могущества Его в нас, верующих по действию державной силы Его, которой Он воздействовал во Христе, воскресив Его из мертвых и посадив одесную Себя на небесах, превыше всякого начальства и власти, и силы и господства, и всякого имени, именуемого не только в сем веке, но и в будущем" (Еф. 1, 17 - 21).
Итак, Вознесение никак не есть "развоплощение" Божественного Слова, ибо в истории спасения, как она развертывается по превечному смотрению Божию, нет обратного движения. Новозаветное учение о Церкви, Теле Христа, постижимо только через веру в то, что Христос вознесся и воссел одесную Отца: Христос изливает на Церковь Божественную жизнь органическим, если можно так выразиться, образом, по принципу согласия между главой и членами: Он (то есть Бог Отец) "все покорил под ноги Его и поставил Его выше всего, главою Церкви, которая есть Тело Его" (Еф. 1, 22; Кол. 1. 18). Здоровое богословствование не откажется от силы этого утверждения, иначе пришлось бы также лишить реального значения другие утверждения Священного Писания, как то, что предвозвещает членам Церкви возможность стать "причастниками Божественного естества"; также только в связи с учением о Теле церковном можем мы понять то, казалось бы, таинственное слово Спасителя, которое доносит до нас четвертое Евангелие: "Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь" (Ин. 5. 24). Именно потому, что Вознесение не есть уход, Пятидесятница его необходимое продолжение, о чем ясно говорит Господь: "истину говорю вам, лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду. Утешитель не придет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам" (Ин.
16, 7). Хотя мы именуем Пятидесятницей определенное событие сошествие Святого Духа в пятидесятый день после Пасхи, но всё время бытия Церкви, которая начинается с того дня, можно рассматривать как постоянную Пятидесятницу, поскольку жизнь Церкви нельзя понять иначе, как действие Святого Духа. В частности, во время каждой Евхаристии служащий просит у Бога ниспослать Святого Своего Духа на народ и на Святые Дары. Христос, став вольной жертвой, примирил человека с Богом, через Вознесение же человечество во Христе соединено с Божеством и восседает во славе одесную Отца, и дело каждого человека самому стяжать предложенное в Иисусе Христе спасение. Чтобы не была попрана свобода человека. Бог предлагает спасение, но не навязывает его. После Воплощения, как и до него, человек рождается в грехе, рабом силы зла; но с тех пор, как совершилось искупительное дело Христа, человеку дана возможность, став членом Тела Христова, включиться в новое творение. Для этого человеку надо быть восприимчивым к поспешающей навстречу благодати, потому что своими собственными силами ничего не может начать он; именно в этом Церковь с твердостью наставляет, против всякого представления о спасении по Пелагию.
Однако это необходимое начальное вмешательство Бога отнюдь не предполагает пассивности человека, и каждый должен помнить слова, с которыми Учитель обращается к своим ученикам во все времена: "Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой и следуй за Мною" (Мф. 16, 24; Мк. 8, 34; Лк. 9, 23). Отвергнуться ветхого человека и облечься в нового это требует непрестанной аскезы; если крещение есть отречение от господства сатаны и сочетание с Телом Христа, то нужна непрестанная борьба, чтобы сохранить приобретенное и возрастить от него плоды. Это духовное восхождение, каким бы трудным оно ни - было, совершается по, несомненно, оптимистичному христианскому вероучению, потому, что верующий слышит слова Спасителя, которые поддерживают его бодрость и укрепляют надежду "В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь; Я победил мир" (Ин. 16,33).
О седьмом члене Символа веры
Седьмой член Символа веры читается так: (Верую в Господа) "И паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, Его же Царствию не будет конца".
В этом члене говорится о втором пришествии Иисуса Христа на землю, всеобщем суде и бесконечном царстве Его.
О втором пришествии Иисуса Христа на землю Ангелы сказали апостолам при самом вознесении Господа: "Сей Иисус, вознесшийся от вас на небо, приидет таким же образом, как вы видели Его восходящим на небо" (Деян. 1, 11).
Сам Господь связывает со Своим вторым пришествием "последний день" (Ин. 6, 39-40), или "кончину века" (Мф. 13, 39), то есть конец ныне существующего мира. Понятно, что все, начавшееся во времени, во времени же должно и окончиться. Кончина мира состоит не в полном его уничтожении, но в изменении и подлинном обновлении, когда "воспламененные небеса разрушатся и разгоревшиеся стихии растают" (2 Петр. 3, 12) и откроются "новое небо и новая земля, на которых обитает правда" (2 Петр. 3, 13: Откр. 21, 1). В связи с этим св.Иериней Лионский писал: "Не сущность и не вещество творения упраздняется (ибо истинен и силен Тот, Кто устроил его), но преходит образ мира сего, то есть то, в чем произошло расстройство... Когда же прейдет этот образ и человек обновится и восстанет для нетления, тогда явится новое небо и новая земля".128
Когда подлинный христианин думает о том, что ожидает его после смерти, об обновлении всего творения, предсказанном на конец мира, он воодушевляется самой радостной надеждой. Ибо Христос должен вернуться в конце времен для окончательного установления Царства Божия среди людей, после того как Он совершит над ними всеми Свой Суд. Сам Иисус Христос говорит: "Наступит время, в которое все находящиеся в гробах услышат глас Сына Божия, и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло в воскресение осуждения" (Ин. 5, 28-29). Вот оно - торжество Правды, которого жаждет все человечество, вот он - подлинный и по-настоящему светлый "новый мир"!
Первые христиане, преисполненные этого ожидания возвращения Христа, приветствовали друг друга возгласом: "Марана фа" - "Господь грядет скоро!". Вся их жизнь преображалась этой надеждой, этим радостным ожиданием; и они без горечи расставались с земным существованием, уповая на Воскресение и на преображение всего творения.129
Пришествие Господа в конце веков будет Днем Суда, Днем Господним, предсказанным в Ветхом Завете и обещанным Самим Христом (Дан. 7; Мф. 24). Но точное время конца Он не открыл, чтобы люди к нему готовились всегда постоянным бдением и добрыми делами.
О неизвестности времени Своего Второго пришествия неоднократно говорил Сам Господь Иисус Христос: «О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, а только Отец Мой один» (Мф. 24,36), «…бодрствуйте, потому что не знаете, в который час Господь ваш приидет» (Мф. 24,42), «…не ваше дело знать времена или сроки, которые Отец положил в Своей власти» (Деян. 1,7). Для большинства людей Пришествие Христово будет неожиданным, день Господень «придет, как тать ночью» (1 Фес.5,2), «в который час не думаете» (Мф. 24,44; Лк. 21,36). Внезапность Второго пришествия будет подобна пришествию потопа во дни Ноя (Мф.24,37-39).