Страница 136 из 151
Ибо Он растворил небесные врата (Быт 28, 11-12) и показал ему небесную обитель, в виде лестницы она ему явилась. Потом, Он боролся с ним как человек с человеком (Быт 32, 25-26).
Поучение 15. О том, что Господь, приходя в души, размягчает их окаменелость.
Христиане, достойные Христа, не по грамоте учатся и говорят, но от Духа Божия все узнают, – не от человеческой (как говорит Апостол) мудрости вычитанными из сочинений словами, но услышанными от Духа Святого (1 Кор 2, 13). Завет их и закон их и книга их есть Дух, как Дух возвращает через пророка: И сбудется в последние дни, заключу новый завет с домом Иакова, "не такой завет, какой Я заключил с отцами их, но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым: вложу закон Мой во внутренность их, и на сердцах их напишу его", и прочее (Иер 31, 31-33). Как древние люди Ветхого Завета читали телесными очами вещественное рукописание, так христиане внутренними очами души читают и учатся от завета Духа и новым внутренним языком говорят и внутренним слухом слушают. Ведь и Апостолов каких избрал Господь? Мужей простецов и некнижных (Деян 4, 13). Но исполнил их Святого Духа, и они говорили, умудренные Духом, уча мудрецов и книжников. И если, сказал Он, они умолкнут, то камни возопиют (Лк 19, 40). Господь сказал это или об Апостолах, или о всех душах, избавившихся от тягчайшего камня греха, который лежит на них, и когда он снят с них, то они вопиют, восхваляя Бога.
Как некогда расселись скалы и камни, узревшие Господа, и отверзлись гробы (Мф 27, 51-52), так, когда воссияет в душе и явит свое всеблагое лицо Господь наш Иисус Христос (Пс 66, 2), расседается тяжкий камень греха, давая место Господу, чтобы, придя, он поселился в ней. Когда же видят эти подобные камню души желанный лик Христов, то вопиют. И как если бы к горе, внутри которой нет жилищ, но она вся камень, пришел бы некий муж художник, умеющий высекать в камне и изготовлять там прекраснейшие жилища, таким же образом и Христос, истинный и прекрасный художник, приходит к возлюбившим его душам и ваяет, и отсекает от них дух греха и устраивает Себе покои и поселяется в них. Итак, вопиют подобные камню души, когда являет Господь лицо свое. Об апостолах же сказано потому, что они волей-неволей возопили, словно флейта, когда повеяло дыханием Духа. Как хочет дующий, так говорит флейта; вот и апостолы и подобные им, рожденные свыше и принявшие Духа-утешителя, говорили, как хотел в них сам Дух. Объясняя Никодиму, что значит "рожденный свыше", Господь сказал: "Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит" (Ин 3, 3; 7-8).
Как никто не знает ни где дом дыхания ветра, откуда он приходит, ни конца его пути, куда он стремится, и никто не может ни помешать ему, ни измерить его, ни уловить, равно как и течение рек никто не может ни направить, ни сдержать, – то же самое и в душе: никто не может ни удержать свои мысли, ни помешать течениям ума, ни овладеть источником помышлений разума, ни узнать, откуда он исходит, ни сдержать там, куда уходит. Ибо где его нет? И здесь он пребывает, и вне ума и разума в дальних пределах. И если, говорит Господь, земное и лежащее у нас в руках таково и настолько непостижимо, то тем более рожденный свыше, вместивший небесный дух Господень и водимый Им во внутреннем человеке: насколько непостижимее его душа! Куда она стремится, вот, она уже там, потому что, когда она еще здесь, небесный и Божественный Дух, придя, увел ее в небеса, и научил, и во всем эта душа непостижима. Слава величию Его во веки веков. Аминь.
Поучение 16. О том, как душа, понемногу воспитуемая благодатью, достигает совершенства.
1. Господь говорит в Евангелии: "Тесны врата и узок путь, ведущий в жизнь, и немногие находят их" (Мф 7, 14). Подразумевается, во-первых, что каждый обретает ее высочайшей добродетелью, проходя через тесноту, в подвиге и борьбе. А во-вторых, тесным Он называет путь для не хотящих идти по нему: тесен путь для врагов Его, для не могущих вступить на него, по слову Писания: "Для невежд он очень суров; и неразумный не останется на нем" (Сир 6, 12); потому что нужны большой разум, мудрость, терпение и вера, чтобы человек уверенно и не колеблясь достиг блаженства и Божьего пути правды (2 Петр 2, 21). Как если была бы безмерно высокая и отвесно крутая гора с очень тесной тропой шириною, скажем, в след ноги, и по ней не могли бы ступать и проходить четвероногие звери или иное что, кроме только легких птиц, возносимых своими крыльями, – так и высочайшие заповеди Евангелия и путь Божий тесны и узки людям мира сего, непричастным Духа Божия, и этим путем невозможно идти (то есть стать послушниками и безупречными во всех евангельских заповедях) никому, пока они не приобретут крыл Святого Духа; тогда, возносимые Святым Духом, они легко смогут пройти по евангельскому пути правды и удостоятся войти в жизнь, по слову Господа: "Иго Мое благо, и бремя Мое легко" (Мф 11, 30).
Они узнают, что не тяжелы заповеди Иисуса, когда, окрыленные Святым Духом, пойдут с великой легкостью и радостью по тесному для остальных людей пути. И невозможно без святых крыл духовных никому вступить на сказанный путь (то есть в совершенной и безупречной чистоте исполнить все заповеди Господа) и удостоиться войти так во врата Царства Небесного.
2. Многими и разнообразными благодатными способами, через преуспеяние, возрастание и по прошествии немалого времени удостаивает духовная благодать прийти в совершенную меру чистоты души, послушные ей во всем. Как некоторые птицы, боясь наземных зверей, строят гнезда в самых высоких недосягаемых местах, на кровле или на каком-нибудь высоком дереве, и сама мать, перелетая, приносит птенцам нежную пищу, какую они только и могут принять по младенчеству своему, а потом в свою пору подносит каждый раз более твердую пищу смотря по возрастанию птенцов, одновременно уча их по мере образования и вырастания крыл мало-помалу упражняться в воздушном полете, сперва перепархивая внутри гнезда, потом по ветвям дерева, с ветви на ветвь, затем немного дальше, пока птенцы не возмужают и крылья их не окрепнут, а там уж они станут проворно и беструдно, ничего не опасаясь, летать с холма на холм и с горы на гору, – так и чада Божии, которых рождает Дух Святой от своей силы. Сперва для начала Он дает им в глубине сердца молочную духовную пищу, исполненную сладости и небесной любви: "Молоком, – говорит Апостол, – я питал вас, а не твердою пищей" (1 Кор 3, 2); и Петр так же сказал: "Как новорожденные младенцы, возлюбите чистое словесное молоко" (1 Петр 2, 2).
Потом по мере преуспеяния и возрастания обновленной души Он дает ей более твердую духовную пищу; а одновременно и крылья благодати (то есть сила Духа) растут в душе, преуспевшей в благих делах. Дальше Божия благодать (добрая и небесная матерь) учит разум летать сперва в гнезде сердца, или помышлений (то есть без блуждания молиться Богу в силе духа). А там – чем более твердую пищу Духа Божия принимает душа, тем дальше и выше может она и взлететь, направляемая и несомая Духом. Когда она наконец возмужает и придет в меру духовного возраста (Еф 4, 13), то с холма на холм и с горы на гору (то есть из мира сего в вышний мир и из века сего в блаженный и нетленный и нескончаемый век) легко летит ум с великой беспечностью и спокойствием, крылами духовными несомый и направляемый к видениям и откровениям небесных тайн (2 Кор 12, 1), к неизреченным духовным созерцаниям, которых языком плоти высказать не может. Наконец чада Божии, получая силу от Духа и в небесах свое питание, становятся выше зла, уже не боясь свирепости нечистых духов.
Как возмужавшие птенцы, когда у них подросли крылья, уже не боятся злоумышления звериного или человеческого, потому что большей частью живут в воздухе, и как никто из людей не знает разговора птиц, так и язык Духа не может знать никто из людей, угнетенных мирским духом (1 Кор 2, 12); только сыны духовной благодати знают речь своей матери, по Апостолу: соображая духовное с духовным; душевный же человек не принимает ничего от Духа Божия, потому что это для него безумие (1 Кор 2, 13-14). Как людям невразумительна речь ласточек и других птиц, так невразумительны для плотских слова духовных. Подобно тому и для духовных слова плотских, то есть мудрость мира сего, есть безумие (1 Кор 3, 19), и хотя они понимают их, но отвращаются от них как от слов мирской бессмыслицы и тщеты.