Преп. Макарий Египетский

Иоанн Креститель свидетель­ствует обо Мне: «Се Агнец Божий, вземляй грехи мира» (Ин. 1, 29). И затем Писание свидетельствует обо Мне: «Иже греха не сотвори, не обретеся лесть» (неправда) «во устех Его» (Ис. 53, 9; 1 Пет. 2, 22); и еще: «Грядет сего мира князь, и во Мне не иматъ ничесоже» (Ин. 14, 30). И сам ты, о сатана, свидетельствуешь Мне, говоря: «Вем Тя, Кто еси — Сын Божий» (Мк. 1, 24; Мф. 8, 29); и еще: «Что нам и Тебе, Иисусе Назарянине? Пришел еси семо прежде времене мучити нас» (Мф. 8, 29). У Меня имеются трое свидетелей: сущие на небе, сущие на земле и ты. Итак, Моим безгреш­ным Телом Я искупаю тело, ставшее подвластным тебе из-за Адама. Я лишаю силы всякое их долговое обязательство в отношении тебя: потому что Я заплатил Адамов долг, быв распят и сошед в ад. Итак, Я заповедаю тебе: отдай заклю­ченные души (то есть Адамова рода)»1. И тогда злые силы с трепетом отдали заключенного Адама. Но когда ты слышишь, что в оное время Господь освободил души из ада и мрака и сошел во ад и совершил славное дело, не посчитай, что эти вещи далеки от твоей души и не имеют непосредственного отношения к тебе. Нет, это не так: потому что и ад, и чело­век имеют в себе общее то, что и ад, и человек считаются могущими вместить и иметь в себе обитающим диавола, а смерть владеет над душами (всего) Адамова рода, то есть — во мраке находятся заключенные мысли души.

И когда ус­лышишь о могиле, не понимай ее в материальном понятии, потому что и гробом и могилой является твое сердце: ибо когда князь зла и ангелы его водворятся в нем и когда про­ложат туда пути и дороги, то тогда сатанинские силы овла­девают твоим умом и твоими мыслями; и после этого ужели ты не ад, и не могила, и не мертвец для Бога? Потому что на это сатана наложил свою дурную руку, всеял в душу злые семена, заквасил ветхой закваской, источил там источники гнили. И вот приходит Господь к взыскующим Его душам, сходит в глубину ада сердца и там повелевает смерти, говоря ей: «Отдай заключенные души, ищущие Меня, которые ты насильственно удерживаешь». Итак, Он разметает тяжкие камни, наваленные на душу, открывает могилу, воскрешает поистине мертвеца, выводит из мрачной темницы заключен­ную душу.

И, например, как был бы некий человек, связанный по рукам и ногам оковами, и вот пришел некто, развязал его узы и предоставил ему возможность свободно и с удобством идти, так душу, связанную оковами смерти, Господь освобождает от уз и отпускает ее и освобождает ум, чтобы он неустанно и в покое шествовал в Божественные сферы. Или, например, не­кий человек, захваченный наводнением, упал бы в воду и тонул, отнесенный уже в глубокие воды, и тело его лежало среди страшных зверей; и если бы иной человек, неопытный в плавании, захотел бы спасти упавшего в воду, то и сам он вместе с ним погиб бы и утонул; значит — тут уже нужен опытный и умелый ныряльщик, дабы, вступив в глубину во­дяной пучины, был бы силен погрузиться и извлечь потонув­шего и задохнувшегося и находящегося среди страшных зве­рей; и самая вода, когда чувствует опытного и сведущего плов­ца, помогает ему и поддерживает его на поверхности; так и душа, утонувшая в бездне мрака и в глубине пучины смерти, задохнулась и лежит мертвая, не имея в себе Бога, и окруже­на она страшными зверями. И кто силен спуститься в оные хранилища и глубины ада, как только — Сам Художник, создавший тело?

— Он приходит в два предела: в глубину ада и, с другой стороны, в глубочайшую пучину сердца чело­веческого, где душа вместе со своими мыслями находится в руках смерти; и выводит из мрачной глубины умершего Ада­ма; и вот сама смерть по причине своего обнажения бывает в помощь человеку, как вода помогает пловцу. Ибо ужели зат­руднительно для Бога сойти к смерти и опять же снизойти в пучинную глубину сердца человеческого и там воззвать умер­шего Адама? Так, в видимом веке бывают здания и дома, в которых живет человек, и бывают пещеры, где живут зве­ри — львы ли, или драконы, или же иные ядовитые живот­ные; и если солнце, будучи тварь, проникает всюду, входя через окна в дома людей и проникая в львиные логовища и дыры пресмыкающихся, и затем уходит и ни в чем не имеет ущерба, то насколько больше Бог — Владыка всего — входит в логовища и в помещения, где обитает смерть, сходит к ду­шам и, освободив оттуда Адама, не терпит вреда от смерти и, как дождь, сходящий с небес, достигает «нижайших пределов земли» и орошает там иссохшие корни и обновляет и возбуж­дает их от сна к жизни и делает их новым прозябением.

Тот, кто подвизается и терпит утеснения и ведет войну с сатаной, тот имеет сокрушенную душу, потому что он полон заботы и плача и слез. Если же он твердо стоит в своем подвиге, то вместе с ним в битве стоит Господь, и охраняет его, и тщательно заботится о нем, и стучит в дверь его сердца, ожидая, когда откроют Ему. И если твой брат представляется тебе добрым, благожелательным и братолюбивым, то этот че­ловек является хранимым и упокоеваемым благодатью. Не имеющий же основания не имеет и такового страха Божия, и сердце его не сокрушалось, и не пребывает он в страхе, и не укрепляются его сердце и прочие члены жить не беспорядоч­но. Его душа весьма расслаблена, потому что он еще не зака­лился подвигом. Так что одно — человек, сущий в подвиге и в тесноте, и другое — человек, даже и не знающий, что та­кое — брань (война). Так и когда зерна будут посеяны в земле, трудное время они выдерживают во время мороза, зи­мой, во время холодных туманов, и вот в надлежащее время прозябение оживает. Бывает же, что сатана говорит тебе в сердце: «Посмотри, сколько ты сделал зла: вот, вся твоя душа полна всяких беззаконий и ты переобременен грехами».

Вну­шает же он это тебе для того, чтобы привести тебя в отчаяние, будто бы ты уже не можешь спастись и твое покаяние не будет принято; и это приходит по той причине, что с тех пор, как зло вошло в мир в результате преступления (заповеди Божи­ей в раю), он уже ежечасно беседует с душою, как бы человек с человеком. Но и ты скажи ему так: «Я имею письменное свидетельство от Господа, говорящее: «Не хочу смерти греш­ника, как хочу его покаяние, чтобы он обратился от дурного пути и жил» (Иез. 33, 11). Потому что ради того Он сошел с небес, чтобы спасти грешников, воскресить мертвецов, ожи­вить умерщвленных, просветить сущих во тьме. Ибо Пришед­ший воистину призвал нас в сыновство (быть сынами Божиими по благодати) в мирствующий святый Град, в жизнь, ни­когда не подверженную смерти, в нетленную славу. Только нашему начинанию дадим благой конец; пребудем в нищете, в странничестве, в терпении невзгод, в молитве к Богу — упорно1 стуча в дверь; потому что как тело близко к душе, так еще ближе Господь к тому, чтобы прийти и отворить за­ключенные двери сердца и даровать нам небесное богатство: потому что Он — благ и человеколюбец, и обещания Его — не ложны, если только сами мы пребудем до конца взыски­вающими Его. Слава щедротам Его и неистощимой Его милости. Аминь.

Слово 54

Что нам сказать возлюбленным нашим братьям или что нам напомнить вам, которые уготовали себя следовать за Хри­стом? Сказать ли вам о том, что возжелавший угодить Богу должен удалиться и отречься от сего мира? — Но вот вы уже предварили это сделать. Или же сказать вам, что желающему следовать слову Господню необходимо стать чужим и отчуж­денным для своего отечества и рода, и близких и друзей ради любви ко Господу и томительному желанию соблюдать все Его заповеди? — Но и это каждый из вас с готовностью исполнил и стал ради Бога чужим для своего отечества. На­помнить ли вам об обязанности стойко держаться молитв и постов, по заповеди Господней и по апостольскому увещанию; потому что Господь говорит: «Подобает всегда молитися и не стужати си»; и Апостол увещает: «Непрестанно молитесь» (1 Фес. 5, 17)? — Но вот, по благодати Христовой, мы видим вас в этом деле проводящих жизнь и стойко пребывающих. Сказать ли вам, что вам следует быть сведущими в Боговдохновенных Писаниях и вскармливать себя ими, дабы не забы­вать живоносные слова Господни и заповеди Его и Боже­ственные предписания? — Но вот, по благодати Господней, вы в этом упражняетесь и в этом — ваша постоянная забота. Сказать ли вам о взаимной любви друг ко другу, и братолю­бии, и покорности друг другу, и оказании один другому ува­жения? Но вот каждый из вас старается подвизаться в этом и прививать себе добрый нрав.