Страница 26 из 41
О СТРАХЕ БОЖИЕМ
Христианин, ищущий спасения, в основу своей жизни, по мысли иеросхимонаха Амвросия, должен положить страх Божий. Страх Божий есть начало спасения, потому что, проникнув в сердце человеческое, он пробуждает его от сна греховного, наставляет его на путь обращения, вселяет в него стремление очиститься от страстей и жить по заповедям Господним, дабы избежать вечных мук и приобрести спасение. "Советую вам, - пишет старец, - держаться страха Божия и хранения своей совести, так как это более всего содействует христианину удержаться на настоящем пути". "Держись страха Божия, хранения совести и соблюдения заповедей Божиих". Свои наставления относительно того, чтобы во всех действиях иметь страх Божий, иеросхимонах Амвросий основывает на учении св.Исаака Сирина, который пишет: "Если человек придержится страха Божия, как должно, то в немногие дни обращается во вратах Царствия. Придерживаться страха Божия, как должно, значит взяться за свое дело прилежно и со смирением и хранением совести, в хождении пред Богом и людьми". Каждый христианин может тогда только удержаться на высоте нравственного совершенства, когда он будет постоянно иметь в себе страх Божий. Также старец Амвросий говорит: "Имейте страх Божий и храните совесть свою во всех делах ваших и поступках, более же всего смиряйтесь. Тогда несомненно получите великую милость Божию".
Чтобы получить милость Божию и вселиться вместе со святыми, нужно прежде всего проводить жизнь богобоязненную, подражая святым угодникам в подвигах и в постоянном труде над очищением своего сердца.
Святые апостолы страх Божий ставили в основу спасения человека: "Со страхом жития вашего время жительствуйте" (1Пет.1:17). На эти слова указывает и иеросхимонах Амвросий. "Слова сии, - говорит он, - показывают, что главное средство к тому, чтобы жить благочестиво и свято, состоит в страхе Божием и страхе будущего суда и вечных мук. Только при содействии этого страха, с помощью Божиею и бывает соблюдение заповедей,... а без страха, если бы кто и на небеси жительствовал, по слову преп. Петра Дамаскина, не воспользуется (небесными благами), имея гордыню, ею же сатана, и Адам, и мнози падоша. Ежели и святым всем в слове Божием предписывается иметь страх Божий, по сказанному: "Бойтеся Господа вси святии Его, яко несть лишения боящимся Его" (Пс.33:10), кольми паче нам грешным и неисправным необходимо иметь страх Божий, и страх смерти, и страшного суда Божия, и вечных мук во аде, растворяя страх сей надеждою наследовать Царствие Небесное... Страх Божий и памятование четырех последних удерживают от грехопадений, по сказанному: "Помни последняя твоя и во веки не согрешишь" (Сир.7:39).
Если христианин будет стремиться приобретать в своей душе страх Божий, то он будет подобен домостроителю "благоразумному, который построил дом свой на камне" (Мф.7:24). По словам старца Амвросия, такому человеку дается благой разум духовный. При отсутствии страха Божия "человек помрачается и начинает устами празднословить, судить, злословить и уничижать, и сердцем поучаться в помыслах нечистых".
Душа человека после грехопадения более всего бывает склонна ко злу, нежели к добру, а потому для него остается только одно средство - почаще прибегать к Богу и просить Его о ниспослании ей страха Божия, который ограждает душу и удерживает ее от греховных поползновений.
В одном письме, наставляя свою духовную дочь, старец пишет: "Во всякое время да держимся страха Божия, и страх Божий сохранит нас от всякого зла, тайного и явного".
Страх Божий, по словам старца Амвросия, может удерживать душу от многих греховных поползновений и направлять ее по пути нравственного совершенствования. "Крепко (нужно) держаться страха Божия и хранения своей совести, - пишет иеросхимонах Амвросий, так как это более всего содействует христианину удерживаться на настоящем пути".
Христианин - это воин, сражающийся, по апостолу Павлу, "с духами злобы поднебесными", поэтому он должен постоянно возгревать в себе страх пред Богом, бодрствовать над самим собой и хранить все свои чувства от всего того, что наносит вред его бессмертной душе и лишает ее вечного общения с Богом. Иеросхимонах Амвросий пишет об этом: "Береги совесть свою и очи; имей страх Божий; чаще помышляй о смерти, и о страшном суде и о том, что если теперь не управишь себя в богоугодной доброй жизни, то после уже и совсем ослабеешь к добру".
Вот почему и подобает всякому христианину пребывать всегда в страхе Божием и постоянно бодрствовать над собой, искоренять всякие зловредные страсти и пороки из своего сердца. Если мы не позаботимся искоренить их в земной жизни, то наше спасение в вечности окажется сомнительным.
Кто стяжал страх Божий и постоянно поддерживает его в себе, уже стоит на пути ко спасению, но ему еще необходим великий труд по очищению себя от страстей.
О СТРАСТЯХ И БОРЬБЕ С НИМИ
Спасение человека есть постепенный и длительный процесс очищения своей души от страстей и стяжание евангельских добродетелей.
Старец Амвросий считает, что причиной и поводом к совершению грехов являются скрытые в человеке страсти, с которыми нужно вести борьбу или избегать и не допускать их.
В своих наставлениях иеросхимонах Амвросий пишет лишь о тех страстях, о которых спрашивали его в письмах лица, обращавшиеся к старцу за духовным советом. Поэтому не стоит искать в его наследии стройной системы, - ценность назиданий старца в ином. Его слова, сказанные из опыта и в силе Духа Святого, как быстрое лекарство врачуют душу страждущего человека.
Все страсти гибельны. Но одни из самых опасных - это гордость и тщеславие.
Говоря о гордости и тщеславии, старец Амвросий подробно останавливается на признаках той и другой страсти и объясняет, в чем заключается различие между ними, хотя они и "одной закваски". Для большей наглядности он сравнивает гордых и тщеславных с утками и гусями. Иеросхимонах Амвросий считает, что гордость рождается от самолюбия. "Тщеславие и гордость, - пишет он, - хотя одной закваски и одного свойства, но действие и признаки их различны. Тщеславие старается уловить похвалу людей и для этого часто унижается и человекоугодничает, а гордость дышит презорством и неуважением к другим, хотя похвалы тоже любит... Если же побеждаемый тщеславием не имеет благовидной наружности и других хороших качеств, тогда, для уловления похвал, человекоугодничает и, как утка, кричит: "так! так!", когда на самом деле и по справедливости не всегда так, да и сам он внутренне бывает расположен иначе, а по малодушию поддакивает. Гусь, когда бывает что-либо не по нем, поднимает крылья и кричит: "гага! каго!" Так и горделивый, если имеет в кружке какое-либо значение, часто возвышает голос, кричит, спорит, возражает, настаивает на своем мнении. Если же недугующий гордостью в обстановке своей не имеет никакого веса и значения, то от внутреннего гнева шипит на других, как гусыня, сидящая на яйцах, и кого может кусать, кусает".
Успеху в духовной жизни ничто так не препятствует, как тщеславие и гордость. Причиной возмущения, несогласия и раздора, если рассмотреть внимательно, бывает по большей части славолюбие и горделивость, почему апостол Павел и заповедует, говоря: "Не бываем тщеславны, друг друга раздражающе, друг другу завидяще" (Гал.5:26). Зависть и ненависть, гнев и памятозлобие - общие исчадия тщеславия и гордости.
Иеросхимонах Амвросий в свете святоотеческого учения дает определение страсти гордости как корня всякого зла, подчеркивая особо пагубное ее действие среди монашествующих. Гордый и самонадеянный человек как бы носит в себе все пороки. Только полная покорность воле Божией избавит человека от этой страсти.
Наставляя гордых и самолюбивых к исправлению, иеросхимонах Амвросий напоминает им слова Спасителя: "Возьмите иго Мое на себе и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим: иго бо Мое благо, и бремя Мое легко есть" (Мф.11:29-30).
Но горделивые и самолюбивые из нас не хотят подклонить выи своей под легкое сие иго Христово, но добровольно впрягают в тяжкое иго возношения и гневливости и чрез то сами томятся и смущаются, и нередко других смущают и отягощают".
Оптинский старец Амвросий советует всячески искоренить в себе самомнение и тщеславие, приводящие к гордости. "Потребно нам, - пишет он, - более всего иметь смирение искреннее пред Богом и перед всеми людьми; и более бояться и остерегаться самомнения и тщеславия и самого тонкого - что мы стяжали нечто духовное". "Самомнение же величайшее происходит от величайшей гордости. Гордость же есть начало и корень всех зол в роде человеческом, и поистине есть гибель и смерть души".