Преподобный

Однако Спаситель мира не дал укрыться сокровищу и явил миру раба Своего посредством чудес, которые совер­шались через него. Например, Харитон исцелял страдавших от телесных и душевных болезней. После его душеполез­ных наставлений многие захотели отречься от мира. Они стали монахами и остались жить рядом со святым Харитоном. Ради этого он построил вторую Лавру, которую позд­нее расширил, и назвал Эльпидий. Лавра весьма преуспела в подвижнических трудах и получила прозвище Дука (правитель), по­скольку некий дука, правитель, оборонял эту святую Лавру от набегов обитавших тогда в соседнем с ней селении Ноерос евреев, которые из зависти искали возможности унич­тожить монастырь.

Но и в эту обитель ежедневно стало приходить большое количество людей, так что ни святой, ни братия не имели по­коя. Тогда отец Харитон вновь оставил насельникам Лавры заповеди и, поставив для руководства над ними старшего, ушел в другую часть пустыни, называемую Фекоос. Господь наш, ищущий всем спасения, устроил так, что святой менял места жительства, чтобы, с одной стороны, сделать его до­бродетель еще более явной, а с другой, - чтобы к нему при­ходили и научались полезному разные люди, прежде всего, идолопоклонники. Кто-то из них обретал веру во Христа и принимал Крещение, кто-то приходил к жительству по Бо­гу, оставляя мирскую суету и попечения, становился иноком и старался во всем подражать преподобному.

Ради собравшегося там народа Харитон построил и тре­тью Лавру, названную Сукас. Но так как сам он весьма лю­бил безмолвие, ибо опытно знал его сладость и пользу в стяжании добродетели, недалеко от новосозданной обите­ли святой отец нашел богозданную, "подвешенную" высо­ко над землей, на крутой и неприступной горе пещеру. Туда можно было добраться только с помощью лестницы. Од­нажды поднявшись в эту пещеру, мужественный Харитон там и поселился.

Харитон провел в безмолвии долгое время, но будучи не в силах по причине старости и многолетних подвижничес­ких трудов служить и ходить за водой, но и не желая назна­чать на это послушание никого из своих учеников, чтобы не стать им в тягость, богоблагодатный задумал следующее. Он знал, что по молитве праведника Бог и невозможное мо­жет сделать возможным, а трудное - весьма легким. И - о чудо! - тотчас же после молитвы исповедника в пещере забил источник чистейшей воды. И до сих пор он вытекает с одной стороны пещеры, не только утоляя жажду, но и вра­чуя всякую немощь. Это - лучшее свидетельство святости преподобного и того дерзновения, которое имел ко Творцу источающий благодать Харитон.

Данному повествованию недостает рассказа об успении преподобного, которое тот предвидел по Божественному от­кровению.

После того, как преподобный Харитон узнал о прибли­жающейся кончине, он спустился из пещеры в святую Сукасскую Лавру и вместе с игуменом и братиями пришел в монастырь Эльпидий, откуда в сопровождении пастырей и паствы обеих обителей прибыл в святую Фарасскую Лавру -туда, где впервые пролил пот своих подвижнических трудов. Здесь он оставил в наследство своим ученикам завещание. Суть его такова:

"Поскольку приблизилось время моей кончины, я пойду к Богу, куда и вы, чада мои, возлюбленные о Господе, по­тщитесь прийти со всяким прилежанием, хорошенько под­готовившись сейчас, пока есть время. Ибо вы знаете, что после смерти никакое раскаяние не поможет. Настоящая жизнь - время покаяния и подвигов для стяжания доброде­тели, а будущая жизнь - время воздаяния. Всякие печали и трудности этого мира скоро исчезают, подобно этому - все радости и наслаждения. А в будущем как наслаждение бла­гами, так и адские мучения, - вечны и бесконечны. Посему заповедую вам, прежде всего, тщательно блюдите богодан­ную веру, нисколько не отклоняясь и не колеблясь от обсто­ятельств времени или от опасности. Потому что через малое время, как мне открыл Господь, случится великое смущение в святых Церквах Христовых от еретиков, которые многих совратят в свои еретические мнения. Вы же твердо стойте в догматах Церковных до крови, если этого потребует время. Далее, блюдите, чтобы никто вас не осуждал за вашу жизнь, и храните себя непричастными всякому греху. Если же вы еще не достигли этого, очищайтесь от грехов с великим усер­дием, всякий день. Блюдите девство и святость тела, чтобы быть вам храмами неоскверненными, и чтобы Чистейший Бог возжелал обитать в вас и наполнил души ваши Своей святостью и неизреченным благоуханием.

Гнев и раздражение - величайшее зло, никакая из страс­тей не может нанести такой вред братолюбию, как эта. Вы же, о истинные чада мои, со многим прилежанием храните согласие, мир, христоподражательную кротость и человеко­любие. Если же, по искушению от ненавистника добра, слу­чится между вами соблазн, потщитесь, как можно быстрее, призвать на помощь всечестную любовь и братолюбие, что­бы не произошло так, что зайдет солнце, а между вами еще действует соблазн, и вы омрачены ненавистью злопамят­ства. Ведь если мы вдруг умрем этой ночью, то без любви не­льзя будет увидеть Солнце правды, Учителя нашего Христа, Который в Святом Евангелии сказал: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между со­бою» (Ин. 13: 35). Если же диавол, сеятель погибели душев­ной, посадит в душах ваших помысел лукавого похотения, с великим прилежанием потщитесь тотчас же искоренить и удалить его. Если вы поспешите, то сможете изгнать его с легкостью, а если оставите на долгое время в вашем серд­це, тогда лишь с большим трудом сможете его искоренить. В качестве оружия употребляйте пост, молитву, слезы, память смертную и воспоминание о неугасимом огне мучения, ис­пользуя эту память как губительницу всякого греха.

Помни­те и о самом сильном, и самом страшном оружии для наших врагов - одеянии Самого Иисуса - победоносном смире­нии: «научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем...» (Мф. 11: 29), - говорит нам Спаситель.

Хранение ума и всех чувств, особенно зрения и слуха, есть безопасное пристанище для того, чтобы не быть нам порабо­щенными помышлениями, отделяющими нас от Бога, пото­му что через эти два чувства входят в наше сердце почти все дурные желания. Как говорит пророк Иеремия, через окна невнимания, то есть чувства, входит в нас душевная смерть. Весьма драгоценное приобретение для монаха суть нестяжание, беспопечительность, непривязанность к пожеланию тленных предметов. Монах должен быть умеренным в телес­ных потребностях, как советует Павел: «Имея пропитание и одежду, будем довольны тем», не ропща опрометчиво на Благодетеля нашего (1 Тим. 6: 8).

Величайшее из всех других зол - высокомудрие и гор­дыня, поскольку они убивают в человеке всякое добро. Эта страсть очень часто обымает и сопровождает тех, кто богат добродетелями, но иногда прилепляется к тому, кто лишен всякого добра. Гордость вызывает страшное крушение у то­го, кто ею одержим. Потому-то и божественный Павел, про­тягивая нам руку помощи, указывает, как мы можем изба­виться от нее: «Посему, кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть» (1 Кор.10: 12), то есть тот, кто думает, что он хорошо стоит в добродетели, пусть внимательно смотрит, чтобы не потерпеть ему крушения в добродетели, так что он не сможет более встать от падения. Должно нам много бе­речься, чтобы не осуждать брата нашего, но сострадать ему и исправлять, потому что осуждение есть порождение души гордого, который в помыслах осуждает всех людей и ищет через осуждение других оправдания и прославления самого себя, говоря фарисейски: «я не таков, как прочие люди... или как этот мытарь» (Лк. 18: 11).

Если тебе нравится судить себя и исследовать, брат, то ты весьма близко от самого себя. Никогда не прекращай судить и исследовать все свои тайные помыслы, слова и дела, ис­правляя погрешности, потому что если будем здесь, в этой жизни, судить самих себя и исправляться, тогда не будем осуждены Богом в другой жизни на вечные муки, как гово­рит блаженный Павел: «Ибо если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы. Будучи же судимы, наказываемся от Господа» (1Кор.11: 31-32). Если кто доставляет сверх меры удовольствие своей утробе, такой легко терпит крушение и впадает в плотские страсти, получая, таким образом, за это злое воздаяние. Труды же и бдение иссушают ее, пост совер­шенно укрощает и препятствует возникновению в ней беспорядочных движений.