Преподобный

Пусть малое добро, милостыня, не станет пре­пятствием большему добру - нестяжанию, которое есть лю­бовь. Ты, монахиня, в малое время и малым трудом достиг­ла малого добра, поскольку раздала все, что имела, нищим. Потщись же теперь достичь большего - любви. Ты должна таким же свободным гласом сказать: «Се, мы оставихом вся и вслед тебе идохом» (Мф. 19: 27). Ты сподобилась подражать дерзновенному языку апостолов Петра и Иоанна, рекших: «сребра и злата несть у мене» (Деян. 3: 6). У них было два языка, но одна вера. Но и мирские не должны подавать ми­лостыню как попало: «елей же грешнаго да не намастит главы моея» (Пс. 140: 5), - пишет Псалмопевец. Тот, кто по­дает милостыню, должен иметь образ мыслей Авраамов, и правду творить так же, как и он, - справедливо. Оказывая гостеприимство, вместе с кушаньями он предлагал и свой нрав: стоял и сам прислуживал, не желая, чтобы рабы раз­делили с ним прибыль гостеприимства. Поистине те, кто оказывают такое гостеприимство, примут мзду за свое ми­лосердие, даже если и будут во втором чине. Потому что, когда Создатель сотворил Вселенную, Он положил в ней два чина жителей. Для тех, кто проводит жизнь свою в благо­честии, он для деторождения назначил брак, а для тех, кто живут чисто, повелел девство, делая их равноангельными. Женатым он дал законы, учение, позволил мстить нечести­вым, а девственникам сказал: «У Меня отмщение и возда­яние» (Втор.

32: 35). Первым заповедал «возделывать землю» (Быт. 3: 23), а монахам – «не заботьтесь о завтрашнем дне» (Мф. 6:34). Первым Он дал Закон, иночествующим, по бла­годати, открыл Свои заповеди.

Крест для нас - памятник победы, поскольку звание на­ше и обет наш - ни что иное, как отречение от жизни и попе­чение о смерти. Мы должны быть подобны мертвым, непод­вижны телом. Все, что мы ранее совершали по плоти, делали, будучи неразумными детьми. «Имже мне мир распяся, и аз миру» (Гал. 6: 14), - пишет апостол, то есть мы живем только душой, и с помощью ее должны выказывать добродетели, ей миловать, ибо блаженны милующие душой. По словам Гос­пода, тот, кто только посмотрит на женщину с вожделением, не совершив греха делом, уже прелюбодействовал и тайно в душе своей совершил грех (Мф. 5: 28). Вот так же и тот, кто милует и жалеет нищего душой своей, оказывает милость, и его намерение восполняет действие, хотя и нет у него денег. Мы почтены большим достоинством, чем мирские, господа в миру имеют разных слуг: одних они посылают в поле об­рабатывать землю, других, лучших, держат в доме для слу­жения себе. Вот и Господь женатых поместил в мир, а тех, кто лучше их и обладает благим произволением, - оставил на служение Себе. Такие чужды всему земному, потому что сподобились вкушать от Владычней трапезы. Они не забо­тятся об одежде, ибо облеклись во Христа. Но у обоих этих чинов один Хозяин - Господь. Невозможно, чтобы в одном чине сразу были и всходы, и зерно, поэтому иноки не при­званы Господом облекаться в мирскую славу.

Колос бывает готов к жатве, когда у него опадут листья и засохнет стебель. Если мы не совлечем с себя представлений земных, которые у нас вместо листьев, и не иссушим, как стебель, наше тело, а потом не возвысим свой помысел к Богу, то не сможем про­извести спасительный плод.

Опасно учить кого-либо, не овладев прежде искусством совершения добродетелей. Если у человека прогнил дом, а он принимает в нем гостей, то ветхое жилище может упасть и своим падением искалечить всех в нем находящихся. Так и тот, кто не построил свой дом на твердом основании, то есть не обучился доброделанию, погубит и себя, и тех, кого учил. Такие своими словами подвигли сначала людей ко спасению, а затем дурными своими поступками нанесли им еще больший вред, как если бы первые и вовсе не наставля­ли их. Одно лишь учение, без практических дел, напоминает изображение, нанесенное легко смывающимися красками, которые выцветают под действием времени, от капель дож­дя и от дуновения ветров. Но учение, сопровождаемое де­лами, не стирается вовек, потому что слово, воплощенное в деле, твердо отпечатывается в душе и дает слушающим веч­ное и неизгладимое подобие Христа и Его добродетелей. Мы должны исцелять душу не только внешне, но украшать ее, проявляя особенную заботу о внутренней чистоте ее.

Мы остригли волосы на голове? Сбросим вместе с ними с себя и вшей, что на голове, ибо, оставшись, они еще больше будут кусать нас. Срезанные волосы означают жизнь в миру: почести, славу, деньги, нарядные одежды, бани, изысканную пищу. Это все мы, кажется, отвергли. Давайте же отбросим и душепагубных вшей: клевету, сребролюбие, ложь, клятвы и прочие страсти, обретающиеся в нашей душе, потому что голова означает душу. Пока она покрыта волосами, то есть мирскими предметами, ее не видно. Но сейчас, когда душа лишена мирского, она стала обнажена. Вот почему у всех мо­нашествующих видны и самые малые грехи: в чистом доме, если появится какое, пусть и самое маленькое насекомое, его все замечают. У мирских же, как в нечистых пещерах, гнез­дятся огромные ядовитые змеи, но их не видно - они скры­ваются за множеством вещей. Иноки постоянно должны очищать свой душевный дом и внимательно следить, чтобы в него не попало какое-нибудь душепагубное животное. Да­бы страсть не прошла в тайные части нашей души, нужно всегда кадить свое сердце божественным фимиамом молит­вы. Подобно тому, как фимиамом с сильнейшим запахом из­гоняют ядовитых змей, так и наша молитва вместе с постом прогоняет злые помыслы.

Монахини всегда должны хранить помыслы, которые к нам приходят. Один святой жизни инок поступал следую­щим образом: несколько дней он сидел в своей келье и подмечал помыслы - когда приходил первый, когда второй, и сколько времени длился каждый из них. С помощью этого наблюдения старец познал благодать Бога, собственное тер­пение и силу, а также смог одержать победу над врагом. Да­же торговцы временными предметами мира каждый день пересчитывают выручку, радуясь прибыли и огорчаясь убытку, насколько более должны бодрствовать мы, имею­щие дело с истинным сокровищем, и желающие приобрести еще большие блага. Если же враг похитит у нас малую часть, то мы должны огорчиться и осудить себя, но не отчаиваться и не бросать все, потому что грех этот мы совершили неволь­но, по причине искушения. У тебя девяносто девять овец, иди и ищи заблудшую! Не бойся, что потерял ее, не уходи от Владыки Христа, не удаляйся от Него, дабы кровожадный диавол отчаянием не поработил все стадо твоих деяний и не рассеял его. Итак, из-за одной заблудшей не покидай то­го, что у тебя есть, ибо наш Бог - Всеблагой: «Егда падет (праведник) не разбиется, яко Господь подкрепляет руку его» (Пс. 36: 24), -говорит пророк Давид.

Все, что мы сотворили или приобрели в этом мире, по сравнению с вечным богатством будущей жизни, должны считать малым, поскольку в этом мире мы находимся как во чреве матери. Ведь когда мы были во чреве, то жизнь у нас была не такая, как сейчас: мы не вкушали твердой пищи, не видели ни солнца, ни другого света. Итак, как во чреве матери мы были лишены многих вещей этого мира, так и сейчас, находясь в этом мире, мы лишены многих благ Цар­ства Небесного. Поэтому будем стремиться к наслаждению Райскими благами будущей жизни, где увидим Мысленное Солнце правды горнего Иерусалима - нашей истинной ро-Дины и матери, где обитает наш Бог Отец. Чтобы стать на­следниками Его благ, будем здесь жить благоразумно и цело­мудренно. Как новорожденным младенцам сначала дают не­много пищи, а затем предлагают больше, так и праведники переходят от этой жизни к Небесной и лучшей, восходя, как написано: «от силы в силу» (Пс. 83: 8). Но грешники будут преданы из тьмы мира сего во тьму адскую, как младенцы которые умирают во чреве матери. Ведь они, находясь еще на земле, мертвы от множества грехов, поэтому после смер­ти они сходят в темные места.

В этой жизни мы рождаемся трижды. Первый раз, когда выходим из чрева матери, а другие же два рождения возво­дят нас от земли на Небо. Второе происходит от Божествен­ной благодати, нисходящей на нас во время Божественного Крещения, мы называем его пакибытие и возрождение. Тре­тье рождение бывает через покаяние и добрые подвиги - в нем мы находимся сейчас.