Страница 22 из 43
Вот живет человек, в церковь не ходит, постов не соблюдает, Священное Писание не знает; если кто его раздражает — он раздражается; если кто его разозлил — разозлится; кто толкнул — в ответ нахамит; пьет, ругается, блудит, детей своих убивает. Потом приходит в церковь и говорит: «Господи, помоги». Да ты исправь сначала свою жизнь, а потом уже проси помощи! А то живешь по горло в грехе, а от Бога постоянно чего-то требуешь: и здоровья, и благополучия. Нет на земле такого наказания, которого ты достоин, а ты еще что-то просишь у Бога. Прежде чем просить, нужно покаяться во всем. А покаяться — это значит исправить свою жизнь, начать в храм ходить. А то просит у Бога, а перекреститься правильно не умеет, ни одной молитвы не знает. Говорит: «Меня дети не слушаются». — «А ты ребеночка своего хоть одной молитве научил?» — «Да я сам не знаю». А почему же ты сам не знаешь, дожив до таких лет? Где церковь есть открытая, знаешь? Пойди, спроси там у любой бабки, она тебе продиктует — запишешь и читай, молись. Не хочешь, некогда тебе? Чем ты занят, «Взгляд» смотришь или еще какие-то там программы с утра до вечера? На это время есть? В квартире каждые полтора года ремонт делаешь? То есть дела твои — только все достать, купить. Если что заболит — к врачу, к одному, другому, третьему, к платному, к бесплатному. На все время находится, когда о мясе своем заботишься. А о душе?
А о душе никакой заботы нет.
Чтобы молитва окрылялась, нужно еще творить милостыню. Сейчас все эгоисты, живут только для себя да для своих детей. Даже мужей своих забросили: мужа уже и за родственника не считают — так, что-то такое приходящее. У него даже стремятся деньги все забрать, он вроде как наемный работник: «Ты принес? Не принес?!» Его пускают как бы на отхожий промысел, он должен заработать и отдать. А не отдаст — скандал. И так до тех пор, пока он не плюнет на все и не уйдет.
А надо учиться жить не для себя. Как этому научиться? Постепенно приучать себя творить милостыню. Заработал денежки — много ли, мало ли, а все равно свое, жалко. А ты возьми и дай кому-нибудь, не в долг, а совсем. Сначала рубль. Посмотри: скребет ли у тебя на душе? Скребет — значит, много дал, в следующий раз дай пятьдесят копеек. Не скребет? Нормально? Давай по пятьдесят копеек. Привыкнешь — будешь по рублю. И так все больше и больше. Потихонечку, сразу помногу не надо, потому что всю ночь потом будешь думать, ворочаться, не спать: эх, много дал! Поэтому доброхотно, по чуть-чуть начинай творить милостыню. Посмотри, кто нуждается: может быть, кто бедный есть в подъезде, или из родственников, или у знакомых кто-то умер. Если денег жалко, может, вещами или еще чем-нибудь, например трудом своим, приди и помоги человеку. Хоть тебе и не хочется, и плохо себя чувствуешь, а послужи ближнему, сотвори ему добро: ботинки ему почисть, что угодно сделай — и сердце твое умягчится. Потом смотришь — а жадности-то в тебе уже и нет. И вот тогда и будет молитва.
Поэтому Господь учит: «Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного». А то мы обычно на каждом перекрестке кричим: «Я ей это сделала, я ей то, я ей се». Только себя и нахваливаем: «Какая я хорошая, какая добрая». Некоторые имеют наглость прямо так и говорить: «Я всем всегда делаю только одно добро». Думаешь: да это святая, надо икону писать и лампаду вешать. А чуть копни — и увидишь сразу, какое там добро лежит. Оказывается, и домашних замучила, и детей запилила, и внуки уже шарахаются. А почему так? Да потому что все должно быть по-моему: надо всех заставить, чтобы одевались, как я хочу, чтобы жили, как я хочу, чтобы все было по-моему. Потому что на самом деле любви-то нет, а одно только властолюбие. Поэтому если добро какое-нибудь делаем, надо стараться, чтобы никто этого не видел — тогда увидит Бог и Бог и наградит. А если люди будут хвалить, то, значит, Бог не даст награды, потому что ты уже награду получил: тебя похвалили. Многие стараются трудиться, чтобы их заметили. Запомни: если тебя люди заметят, от Бога награду не получишь. Так что выбирай, что для тебя важнее, людская награда или Божественная?
«Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою». Фарисеи так делали: у них были рожки, они выходили с ними на перекресток и начинали трубить, чтобы нищих собрать и каждому дать по монеточке, и еще оглядывались вокруг: смотрят ли люди, какие они добрые? А Господь говорит: «Не труби перед собою».
«У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою». Да, некоторые любят молиться напоказ, чтобы люди видели; стараются обязательно благочестивый вид принять. Смотришь — ну такая верующая! Но только подойди и локтем чуть задень — и сразу все наружу и вылезет, сразу покажет и «кротость», и «смирение», и «любовь к Богу». Только зацепи! А на вид — взгляд такой смиренный, улыбочки кроткие. Поэтому Господь больше всего ненавидит лицемерие, когда человек на вид-то вроде ничего, а внутри... Про таких Он даже сказал: они как гроб накрашенный — снаружи-то вроде красивый, тряпочкой обит, рюшечки, пластмассовые цветочки лежат. А внутри что? Мертвый человек, мясо, пища для червей.
«Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны; не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него». На это скажут: а зачем же тогда в храм ходить? Запрись в ванной, если однокомнатная квартира, поставь у зеркала иконочку и молись. Или еще говорят: как же богослужение идет два с половиной часа, а Господь говорит: не будь многословен? Вроде какое-то противоречие. О чем это? Дело в том что язычники в молитвах просят всего: и здоровья, и благополучия, и так далее. Но если мы послушаем церковную молитву, там о здоровье, о благополучии почти никаких слов нет, а речь идет только о спасении души, о покаянии и о прославлении Бога. А все остальное лишнее, потому что Бог Сам знает, что нам надо. Знает, что у нас есть забота и о пище, и об одежде, и об отдыхе. Знает Господь, этого не надо просить. Проси только спасения души, а все остальное от лукавого. «Войди в комнату твою» — имеется в виду, войди в свое сердце. Хотя стоишь в храме и среди людей, но слушай свое сердце, молись сердцем, а не только устами своими. Чтобы молитва шла из сердца. Вот что Господь говорит.
И дальше Он приводит ту молитву, которую мы называем молитвой Господней: «Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки. Аминь». В этой молитве ничего лишнего нет. Здесь есть и прославление Отца Небесного, и просьба о прощении грехов, и о том молится человек, чтобы Господь причащал его каждый день, и чтобы избавил от всяких искушений дьявольских, — то есть все, что необходимо именно для души. Поэтому если мы будем так свою жизнь управлять, Господь будет нам помогать. А если мы будем жить только для себя, стараться только нашу земную жизнь как-то устроить, чтобы она была получше, поблагополучнее, то мы ничего не добьемся. Господь сказал: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам».
Если человек не ищет Царствия Небесного, он лишается всего. Возьмем наш народ: погнались за земным благополучием — «весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем мы наш, мы новый мир построим». Построили? Ничего не получилось, все рушится, все опять возвращается к старому. Значит, все это было зря, потому что без Бога ничего не построишь, это невозможно. Если человек умер, ты его хоть корми-пои, хоть бей — он мертв, он ничего не может, потому что душа отлетела. Так и народ: если душа отлетела от народа (а душа народа — это вера), он тут же умирает. В семье нет веры — семья рассыпается. В детях нет веры — вырастут бандиты. А почему обязательно бандиты? Да потому что сейчас мир очень злой. Дети, как губка, впитывают зло, а добра они не видят. На улице видят они добро? Нет. В семье видят добро? Нет. По телевизору видят добро? Нет. В школе видят добро? Нет. Спрашивается, откуда ребеночку черпать добро, где ему научиться? А зла — сколько угодно. Вот он зло и впитывает, а потом оно в нем растет и приносит плоды.