Страница 32 из 43
Бывает, конечно, что плохо смотрел. Бывает, что и родители плохо смотрят за детьми, недостаточно хорошо их воспитывают, и те потом начинают пить или попадают в тюрьму. У некоторых из нас детки сидят в тюрьме. Но ни одна мать, даже если сыночек в тюрьме сидит, не придет в ЗАГС и не скажет: разведите меня с моим сыном. А ведь сын по сравнению с мужем есть дальний родственник. Детей можно родить сколько угодно, детей можно даже из детского дома взять, если не хватает, но муж может быть только один. Люди же в безумии считают, что с мужем можно разводиться — видите ли, не повезло. Конечно, если ты непромытыми глазами смотрела, что это за человек: ходит ли он в церковь, знает ли Священное Писание, из какой он семьи, что у него за папа, что за мама, к чему он привязан, к чему пристрастен, — если вот так наобум вступила в брак, то можно и не угадать. Но уж тогда надо терпеть до конца.
Да, бывает, не повезет с мужем, бывает, не повезет и с детьми, бывает, не повезет с квартирой, с внуками. И что же теперь? Ну, квартиру с тяжким трудом можно поменять. А как поменяешь родную мать? Если она недостаточно пригожа, недостаточно прилежна, как ребеночек маленький может ее заменить? Скажет: мамочка, я с тобой развожусь, ты мне не нужна, я ухожу к другой? Это же совершенно дикая картина. И мамы со своими детьми не разводятся, потому что ребеночек воспринимается как собственность: это мое. Именно поэтому детей и уродуют воспитанием, потому что не благоговеют перед их личностью, хотят их не по образу и подобию Святой Троицы воспитать, а именно по своему образу. Поэтому всегда между родителями безумными и детьми бывает борьба.
Вот и выходит, что ребенок — это мое кровное, а муж воспринимается как нечто пришедшее извне. И такое восприятие супруга есть тяжкий грех. Надо всегда помнить, что муж и жена — это не два человека, а одно существо, которое называется семьей. У мужа и жены должно быть все общее, начиная от мыслей и чувств и кончая друзьями и знакомыми. Ничего отдельного от супруга существовать не может. Господь так это все задумал. Поэтому насколько мы от этого идеала отдаляемся, в ту меру и страдания в браке увеличиваются. Если мы строим свой брак не на Христе, не на заповедях Божиих, то все может очень быстро разрушиться. И у многих из нас уже разрушилось. Это почти неизбежно.
Когда Господь это все сказал фарисеям (а они были люди довольно сообразительные), они быстро все поняли. Уж не знаю, поняли ли вы, но они все поняли и говорят: ну, тогда лучше не жениться. Вот что верно, то верно. И апостол Павел говорит: жениться можно, но мне вас жаль, будете иметь скорби по плоти. Потому что когда человек не связан брачными узами, он всю свою душу может отдать Богу. У него нет никаких забот: сварил в понедельник кашу и ешь до пятницы, и не надо ни готовить, ни стирать — имеешь одну смену белья, ну и хватит. Не надо этого всего обычного семейного обустройства. Захотел спать — постелил в уголке, поспал, и все, отряхнулся, личико умыл и пошел. И не надо ни дачу строить, ни детей вывозить за город, никаких прививок, бессонных ночей, ни забот, ни хлопот. Всю свою жизнь можно Богу отдать.
Но это уже, как Господь сказал, кто может вместить. Большинство людей это вместить не могут, потому что человек немощен и от Бога ушел далеко. И трудно ему приблизиться к Богу настолько, чтобы ту любовь и духовную, и душевную, и телесную, которую он получает в браке, Господь бы ему возместил в сто, в тысячу крат. Это очень трудно. Все люди не духовные, а душевные и ищут душевного: по головке погладить, в шейку поцеловать, ласковое слово сказать, обняться, поговорить по душам. Потому что с Богом по душам говорить — это очень тяжкий подвиг. Правило, утренние и вечерние молитвы почитать, так сказать, от Бога отделаться — это легко, но подвиг молитвы нести — это уже трудно. А в любви человек нуждается. Вот поэтому и ищет, куда бы ему приткнуться, в чье бы плечико. Вместе лучше, легче.
Поэтому Господь, зная нашу немощь, еще когда создал Адама, поглядел на него и сказал: «Не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему... И создал... жену, и привел ее к человеку. И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей». Это, конечно, удел большинства. Но если мы внимательно посмотрим на церковную историю, то увидим, что многие самые выдающиеся духовные люди, как правило, были девственниками: Иоанн Богослов, апостол Павел, Иоанн Кронштадтский. Потому что любовь их к Богу была такова, что они не могли ее никак поделить. Это были люди очень цельные и направленные на Царствие Небесное. Человек, живущий в браке, конечно, никогда не достигнет того в духовной жизни, чего может достичь девственник, как Григорий Богослов, или Иоанн Златоуст, или Василий Великий, или множество святых угодников Божиих, которые прямо с пеленок служили Богу, — Сергий Радонежский, Серафим Саровский. Они не могли свою любовь к Богу делить с заботами о семье, потому что семья требует очень много забот и хлопот. Хотя семья — это тоже школа любви, но тем не менее девство, конечно, выше.
«Брак... честен, и ложе непорочно». Можно спастись и в браке. И много таких угодников Божиих, которые в браке не только спасли свою душу, но которых мы и во святых прославляем. Но это возможно только в том случае, если к браку относиться как к подвигу ради Христа, а не извлекать из него бесконечную цепь удовольствий. В отношениях мужа и жены должно быть постоянное самоотречение и смирение друг перед другом: у жены послушание к мужу, а у мужа любовь к жене. И детей они должны вместе воспитывать. Не просто выкормить, чтобы щеки лежали на плечах — такая вот постоянно наблюдается задача у бабушек и мам: только кушай, кушай, кушай; просто до безумия доходит. А не дай Бог, не кушает — так в семье паника, приходится докторов вызывать: он, видите ли, не кушает.
Нет, детей надо воспитывать как чад Церкви, этому жизнь посвятить, чтобы они стали православными христианами. А чтобы их так воспитать, требуется огромное вложение сил. Семья должна быть направлена на это. А если семья старается обустроиться здесь, на земле, всего вокруг себя нагородить и в этом видит смысл, цель жизни: чтобы было тепло, уютно, сытно и всего много, — если это смысл существования, тогда, конечно, никакого не может быть духовного возрастания.
Сегодняшнее Евангелие хоть и кратенькое, но смысл этого текста, как и таинственная жизнь Пресвятой Троицы, неисчерпаем. Поэтому если мы будем почаще себе напоминать эти слова из Евангелия о семье, то это нас от многих грехов сохранит. В чем нам, Господи, и помоги. Аминь.
Храм Святителя Митрофана Воронежского, 18 августа 1990 года
Рождество Богородицы
Сегодняшнее Евангелие о Марфе и Марии рассказывает о том, как между двумя сестрами произошел разлад, потому что Марфа сочла поведение Марии неправильным. Человеку, который делает нечто руками, часто кажется, что, если в результате деятельности другого человека не виден какой-то реальный, материальный плод, значит, он ничего не делает. Например, Петр Великий запретил молодым мужчинам поступать в монастыри, потому что они там, мол, ничего не делают; только отслужившие срок солдаты, которые уже ни на что не годны, пусть в монастыре отдыхают после ратных трудов. То есть у Петра не было понимания, что духовное делание — это есть тоже труд. Но бывает крен и в другую сторону. Человек оставляет все свои земные попечения и занимается, как ему кажется, только своей душой: всячески украшает тот угол, в котором молится, иконами и старается устроить себе спокойную молитвенную жизнь, а на остальные, земные дела ему не хватает времени. Это реже встречается, но тоже бывает.
И вот Господь, Который пришел, чтобы людям открыть жизнь духовную, на этом примере показывает, что Мария совсем не бездельница, но и Марфу Он не укоряет за ее труды. Господу угодно, чтобы мы эти два подвига христианских — внутренний, духовный, и внешний, деятельной любви, — так в своей жизни осуществляли, чтобы в каждом из нас Марфа и Мария пришли в гармоническое сочетание.
Естественно, предпочтение должно быть отдано духовному, это благая часть. У христианина на первом месте должна быть встреча с Господом, поэтому самое главное дело нашей жизни заключается в том, чтобы подготовиться к святому Причащению. Если подготовка к Причащению занимает у нас второе место, третье, четвертое, одиннадцатое, то в этом наша неправота. Самая главная забота должна быть о том, чтобы принять Господа в свой дом, в храмину нашей души.