Страница 34 из 52
Мы помолились, почитали слово Божье, почитали какое-то слово святых Отцов, духовно мудрых мужей, и обязательно (может быть, не всегда заметно для нас, но часто и заметным образом) слово Божье действительно утверждается в нас. Оно становится для нас реальностью, вся духовная жизнь становится для нас реальностью. Мы сразу же находим в этом себе опору, ступени для наших ног, чтобы подниматься выше и бороться с унынием. Мы видим, что теперь этот замкнутый круг стал уже губительным для уныния, потому что, исполняя по послушанию наше правило, мы утверждаемся в словесах Божьих. Утверждаясь в словесах Божьих, мы все более укрепляемся против уныния. А укрепляясь против уныния, мы все более наращиваем наше духовное делание и все более утверждаемся в словесах Божьих. Замкнутый круг стал неприступным для беса уныния. Он не может в него войти, он не может ни за что зацепиться.
Послушаем опять преподобного Иоанна Лествичника: «Муж послушливый не знает уныния, через чувственные дела исправляя мысленные и духовные делания» (Слово 13, гл. 3). То есть тот, кто действительно предан послушанию, тот не знает уныния. Здесь имеются в виду не только молитвенные правила, но и весь строй нашей жизни. Если человек стремится устроить свою жизнь по послушанию, то в его жизни становится послушанием каждый шаг, он все делает по послушанию. Преподобный Иоанн Лествичник говорит о монашествующих, но относится это и к нам. Конечно, когда мы говорим о нашем послушании, мы говорим не о жизни монастырской, когда все делается по благословению настоятеля, но о нашей жизни, мирской, когда мы стараемся каждый шаг делать тогда, когда имеем на него некое Божье благословение. А то, что не имеет Божьего благословения, стараемся постепенно из своей жизни изгонять. У нас уже была беседа о том, что такое послушание в жизни мирянина, поэтому я не буду сильно повторяться. Следует только сказать о существенной роли духовника, который помогает человеку построить свою жизнь по послушанию Божьему. Здесь духовник не такой руководитель, как у монашествующих (пойди туда, пойди сюда), а помощник, который позволяет человеку разобраться в воле Божьей о себе и по ней построить свою жизнь. Духовно мудрый и непредвзятый сторонний наблюдатель видит, что человек действительно может, а что – не может.
Замечает, когда в человеке говорят уныние и леность или другие страсти. И, сообразно этому, направляет и устраивает его жизнь.
Но даже без наличия плотного духовного руководства, если человек стремится все делать по воле Божьей, то сами обстоятельства жизни являются ему руководителем. Если человек эти обстоятельства воспринимает как послушание Божие, то жизнь его приводит к тому, что у него нет ни единого мига, который бы он не жил по послушанию. Как и Марфа творила по послушанию: пришел Господь, и надо было Его принять. Она начала готовить трапезу, не по своей воле, а потому, что внешние обстоятельства послужили для нее возвестником воли Божьей. Вот это и является тем могучим духовным мечом, который рассекает замкнутый круг и, наоборот, замыкает его для уныния. Ибо не только высшие духовные дела приносят нам успех в борьбе с унынием и утверждают нас в словах Божьих, но и дела Марфины, творимые по послушанию, хотя это и происходит более неприметным образом. Как я уже говорил, в нашей жизни послушание Мариино в виде молитвенных правил, чтения духовного составляет небольшую часть. Большую часть составляет послушание Марфино – так по немощи нашей нам уготовано.
И это послушание тоже приносит нам спасение и от уныния, и от всех прочих страстей и укрепляет нас в вере, слове Божьем и в духовном мудровании, когда реалии духовной жизни (вечная жизнь, всевидящее око Божье, суд, вечные муки, райское блаженство) становятся для нас такими же реальными, как этот стол, стены, как то, что мы видим вокруг себя плотскими очами114. Есть и второй момент, на котором нужно остановиться, когда мы говорим о борьбе с унынием. Разговор о нем начнем также со слов Иоанна Лествичника. Он говорит, что уныние у одних бывает от праздности и неги, а у других – от отсутствия страха Божьего (Слово 26, гл. 44). О страхе Божьем мы только что говорили. Когда мы забываем о всевидящем оке, которое на нас взирает; о нелицеприятном суде, через который каждому из нас придется пройти; о наказании, которое мы можем претерпеть, то мы лишаемся страха Божьего, и поэтому уныние одолевает нас. А теперь мы остановимся на праздности...††
Остановимся теперь на понятии «уныние», когда оно имеет психопатологический оттенок. На медицинском языке это состояние называется депрессия, то есть когда все вокруг окрашивается в серый цвет, а иногда и в темный. Конечно, если все вокруг совсем черное, то надо ехать в дурдом – сдаваться. Шутки шутками, а незазорно прибегать к помощи врача тогда, когда это проблема медицинская. Это заболевание в эпоху моей молодости было редким, а сейчас оно, к сожалению, такое же распространенное, как грипп. А дальше будет еще хуже. И это не случайно, потому что человек придумывает всякие технические усовершенствования, для того чтобы облегчить себе жизнь, избежать Божьего приговора: «В поте лица твоего будешь есть хлеб» (Быт. 3, 19). Человек себя от этого пота избавляет: машина сама стирает, сама готовит, сама посуду моет, сама ездит и т. д. В результате, как мы видим, человек все равно остается порабощенным. Все равно большинству людей необходимо крутиться как белка в колесе и в поте лица добывать свой хлеб. И еще проблематично, добудешь или не добудешь. А кроме того, все как-то искажается: мы страдаем от недостатка физических нагрузок (болеем), и в то же время у нас переизбыток психической нагрузки. От этого наша психика начинает не выдерживать и трещать. Количество психических болезней растет как грибы после дождя.
А в еще более «благополучных» странах, таких как Америка, психиатр имеется почти у каждого человека, как домашний доктор. Особенно если человек со средним достатком, то он обязательно имеет психиатра-консультанта, к которому ходит регулярно, как к зубному врачу115. Так что не надо бояться, стыдиться и бежать от врача тогда, когда мы нуждаемся в его помощи, потому что если есть физическое поражение, то надо прибегать не только к духовным средствам, но и к лекарствам, которые нам от Бога даны.
Но тем не менее, если нами овладевает уныние и все вокруг немило, душа, куда ни кинет взор, ни в чем не находит отрады, то так уж сразу бежать к психиатру не нужно. Пусть каждый знает, что в этом деле он не одинок, такое бывает у многих, даже у самых выдающихся людей. Недавно мне попался отрывок из переписки двух высоко духовных людей – схиигумении Фамари, знаменитой подвижницы и исповедницы, и святителя Макария (Невского), митрополита Московского, который к тому времени уже находился в изгнании и свои последние восемь лет жил в Николо-Угрешском монастыре. Это начало прошлого века, послереволюционные годы. Матушка Фамарь пишет святителю Макарию: «Владыка, одолевает меня уныние и тоска (именно в таком смысле, о котором мы говорим), посоветуйте, что мне предпринять?» А он ей отвечает: «Ох, матушка, как бы вы мне написали какое-нибудь лекарство от этой болезни, вот было бы хорошо»116. А вообще такое должно быть у каждого человека, ищущего Бога. Если этого нет, то, конечно, не надо пугаться и думать: «Раз я не унываю, значит, я не по Божьему пути иду». Все может быть, пути многоразличны, но, в общем, это явление не случайное, а закономерное. Чтобы объяснить это, я применю образ, который я уже использовал, который используют и святые Отцы, сравнивая нашу жизнь с историей исхода еврейского народа из Египта.
Господь призвал еврейский народ выйти из Египта, уйти из египетского рабства, то есть из порабощения греху, с тем, чтобы войти в Землю обетованную, то есть в Царство Божие. Им предстояло сорокалетнее странствие в пустыне. Так и нам предстоит длительное странствие в пустыне, когда мы из Египта уже вышли, но в Землю обетованную еще не вошли. Неоднократно еврейский народ роптал на то, как ему трудно и тесно в пустыне, и вспоминал Египет: «Там хоть и было рабство, но там хоть нас кормили вдоволь, а тут ходим без воды, голодаем». Нам Господь посылает благодать Свою, как посылал Он евреям манну. Посылает ясно, зримо. Люди израильские каждый день, просыпаясь утром, видели, что поле вокруг них усыпано съедобными крупинками (Исх. 16, 1–15). Необходимые силы – для жизни, для трудов, для переходов, для всего прочего – манна давала, но удовлетворения телесного не приносила. Так и благодать Божья, которую мы, конечно, все получаем, на нашем духовном пути нас подкрепляет, поддерживает, не дает упасть, преткнуться, но тем не менее радость она нам приносит редко. Это не мед и молоко, реки из которых текут в Земле обетованной (Чис. 13, 28), это скудная пища пустыни. Но когда египетский народ тосковал и желал вернуться к своему рабству, это был грех, и Господь за него наказывал.