Страница 18 из 36
В них глубина великая; тут нужно следить строго за тончайшим движением ума и видеть его направление и управление” [57, с. 186].Таким образом, подвижничество в уединении святого Феодосия говорит о больших духовных успехах, достигнутых им под руководством великого наставника, от которого он преемственно воспринял все знания и опыт исихастского делания.По поручению преподобного Григория Синаита святой Феодосии ходил в Тырнов к царю Иоанну Александру с просьбой покровительствовать Парорийской пустыни. Царь исполнил просьбу и, обеспечив монастырь всем необходимым, приказал защищать его от разбойников [7, л. 3 об.]. Последнее нашло свое отражение в деяниях Собора, проходившего в царствование Иоанна Александра. Постановлением Собора разбойники и воры были преданы анафеме [88, с. 96, 97].После кончины великого старца и наставника иноческого жития Григория Синаита, которая последовала 27 ноября 1346 года, его ученики единодушно предложили преподобному Феодосию быть игуменом-наставником. Но он по смирению отказался от такой чести. Вероятно, он решил исполнить свое заветное желание — побывать в местах, где подвизался его духовный отец и где оставались его последователи. Взяв своего ученика Романа, преподобный Феодосии отправился прежде всего на Святую Гору.
Прибыв на Афон, он остановился в Великой лавре святого Афанасия, где некогда подвизался Синаит и где аскетизм и мистицизм исихазма были в это время в полном расцвете. Прожив там довольно продолжительное время, он перешел в монастырь Зограф, находившийся под покровительством царя Иоанна Александра. Эта святыня болгарских монахов на Афоне и всего болгарского народа славилась как великий центр книжности. Но частые набеги турок, нарушавшие безмолвную жизнь святого Феодосия, вынудили его покинуть этот монастырь. Пробыв на Афоне около двух лет и “собрав же убо откуду люботрудне, якоже любоделательная пчела, яже о деянии и о видении вся словеса, и ради чистоты, умныя привлече к себе Духа Святаго” [7, л. 4], он направился в Солунь, где подвизались ученики святителя Григория Паламы, которые прибыли в эти места вместе с Григорием Синаитом. Далее преподобный Феодосии посетил в Мисебере скит святого Антония Нового, где также было много безмолвников. Побывав в Константинополе, святой Феодосии вернулся в Парорию. Поклонившись мощам своего наставника, он отправился в столицу Болгарии Тырнов. Исследовав все известные центры исихазма, святой Феодосии решил посвятить свои силы духовному обновлению болгарского народа.Прибыл преподобный Феодосии в Тырнов примерно в 1349 году. Он явился к царю Иоанну Александру и изложил план своей будущей деятельности.
Он попросил царя определить место и оказать материальную помощь для основания и строительства монастыря, подобного Синаитовой обители в Парории. Царь, лично зная преподобного Феодосия, разрешил ему поселиться в старой римской крепости на Килифаревской горе, в 20 километрах от столицы, и выделил средства на строительство монастыря. Вскоре на развалинах крепости вырос величественный монастырь Пресвятой Богородицы с башнями и богато украшенными церквами.Имя преподобного Феодосия, как ученика известного исихаста Григория Синаита и как духовного и мудрого старца, вскоре стало известно во всей стране, “и не точию в самом болгарском народе, но и в сербы, и унгры, и влахи, еще же и окрест Мисября живущих” [7, л. 7]. К преподобному потянулись с разных концов страны желающие проходить иноческий подвиг под его непосредственным руководством. В основном это были люди знатного происхождения и образованные, желавшие получить и высшее духовное просвещение. Довольно скоро святой Феодосии имел уже пятьдесят учеников. Как говорит житие, преподобный Феодосии, “якоже магнит, от разных мест привлекоша братии. И гора оная чудная множеством исполняшеся иноков... укрепляемы от онаго мудраго учителя научающеся” [7, л. 5]. Некоторые ученики с благословения святого стали подвизаться самостоятельно на горе и постепенно превратили ее в большой монашеский город.
Так старая крепость стала главным центром исихазма в Болгарии. Килифаревский монастырь, надо полагать, был устроен по образцу Парорийской пустыни, так как его основал близкий и верный ученик Григория Синаита, живший в Синаитовой пустыни и хорошо изучивший строй ее жизни. Думается, что в Килифаревском монастыре, как и в Парорийской пустыни, был введен синайский устав. Об этом говорит и слово похвалы святому патриарху Евфимию, написанное Григорием Цамблаком, и следующее замечание П. А. Сырку: “Некоторые понятия об устройстве этих монастырей могут дать нам устав скитской жизни преподобного Нила Сорского и отчасти установления старца Паисия Величковского” [112, с. 241; см.: 55, с. 9—19; 56, с. 37—39]. По образцу Килифаревского монастыря устраивалась большая часть болгарских монастырей, основанных учениками преподобных Григория Синаита и Феодосия Тырновского. Следовательно, преподобному Григорию Синаиту и его ученику Феодосию принадлежит честь насаждения в Болгарии Синайского устава, который, по утверждению ученых, есть видоизменение Иерусалимского устава, или устава святого Саввы Освященного [113, с. 247].Как указывают исследователи, школу преподобного Феодосия Тырновского прошло около четырехсот шестидесяти учеников [79, с. 51].
Из них наиболее известны святой патриарх Евфимий, иеромонахи Савва и Тимофей, “дивный кир Дионисий”, который около 1360 года перевел с греческого сборник “Маргарит” святителя Иоанна Златоуста [40, с. 142].Известно, что святой Григорий Синаит много уделял внимания ученым занятиям [40, с. 142]: собирал и переписывал книги Священного Писания и творения святых отцов, написал для учеников и последователей знаменитые наставления. Также и его ученики вели активную литературную деятельность. Все монастыри, основанные ими, как правило, становились не только духовными центрами, но и очагами просвещения.В деле просвещения святой Феодосии преуспел более других. Этому способствовало и то, что на Афоне он собрал и привез с собой в Болгарию много ценных рукописей с творениями святых отцов. По утверждению В. Киселкова, он перевел на славянский язык для руководства учеников многие творения святого Григория Синаита [63, с. 159], а И. Богданов, например, указывает, что в 1355 году он перевел с греческого на среднеболгарский “Главы зело полезные”, написанные великим Синаитом [40, с. 141].Таким образом, в своей церковно-просветительной деятельности преподобный Феодосии стал организатором целой научно-богословской школы, основанной на принципах исихазма.
Впоследствии, после кончины преподобного Феодосия, при его духовном преемнике святом патриархе Евфимий, она выросла в знаменитую Тырновскую книжную школу. В этой школе не только в духовном воспитании, но и в основание учебного процесса Евфимий “поставил глубокое влечение к подвижнической жизни в духе и силе исихазма, а также и высокий литературный талант” [51, с. 469].Тырновская школа святого Феодосия была прямой преемницей Парорийской школы Григория Синаита. Поистине о Тырновской школе можно утверждать, что “это была школа исихазма в его чистейшем виде — в том виде, в котором видим его как творческое богосозерцание у великих отцов Церкви: святителя Григория Богослова, преподобного Макария Великого, святого Симеона Нового Богослова и других” [118, с. 5]. Основанная на принципах исихазма, по масштабу и разнообразному охвату книжной и учебной деятельности и нового литературного направления она превосходила монашеские школы, которые существовали на Афоне, хотя дух и цель образования в ней оставались такими же, как в них.В 1371 году Тырновская книжная школа была переведена святым Евфимием в монастырь Святой Троицы возле Тырнова. Здесь она стала высшей школой богословской мысли века и одновременно замечательным книжным центром, который одарил неоценимыми духовными сокровищами болгарский и другие славянские народы.
В ней духовно-мыслительные упражнения поиска истины были направлены к личному совершенствованию, что способствовало моральному преобразованию общества. К сожалению, наука не располагает необходимыми сведениями о литературной деятельности килифаревских монахов. Однако тот факт, что в их среде получили богословское образование и литературный навык патриарх Евфимий, святитель Киприан и “дивный” Дионисий, переводчик Златоустовского проповеднического сборника “Маргарит”, убедительно свидетельствует о том, что преподобный Феодосии сумел в короткое время свой исихастский монастырь превратить в подлинный книжный центр, где развивались как исихастское духовное делание, так и вытекающая из него богословская, философская и историческая мысль. Можно предположить, что и сам святой Феодосии подвизался на литературном поприще. Как один из просвещеннейших людей своего времени и как игумен, побуждавший своих учеников к аскетическим и литературным занятиям, он сам должен был быть ученым переводчиком, церковным проповедником и сведущим богословом. Вероятно, под его редакцией во второй половине XIV века коллективом неизвестных авторов был составлен большой монашеский сборник слов и поучений — своего рода энциклопедия знаний, необходимых монаху-исихасту. В этом рукописном сборнике содержатся и некоторые слова преподобного Григория Синаита [40, с.