Страница 6 из 71
Такъ всё это у него выходило поучительно, просто и духовно-усладительно. Закончилъ старецъ свою бесѣду самоукореніемъ: «Вотъ что, братъ, говорю-то я такъ, а самъ-то живу по-другому: нѣтъ у меня у самого-то ни послушанія, ни терпѣнія, ни смиренія, только вотъ св. Іоаннъ Предтеча, въ скиту котораго я живу, покрываетъ меня грѣшнаго, нерадиваго и исполненнаго всякихъ немощей и страстей». При этихъ словахъ слезы такъ и покатились изъ глазъ у старца. Братъ былъ настолько доволенъ и растроганъ старческою сердечною бесѣдою, что, простясь со старцемъ и поблагодаривъ его отъ души за доброе поученіе, выйдя изъ келліи отца Авеля, ни къ кому уже изъ другихъ старцевъ, живущихъ въ томъ же скиту, не заходилъ, хотя до этого и думалъ побывать у всѣхъ старцевъ. Такъ его ( напиталъ и утѣшилъ своею духовною пищею старецъ О. Авель.
Скончался старецъ тихо и мирно 26-го Іюля 1906 года. И что дивно! За его смиреніе Господь судилъ ему такіе торжественные похороны, которые у насъ на Валаамѣ никогда никому изъ братіи не бываютъ, даже и отцу Игумену. Отпѣвалъ его нашъ Владыка, Архіепископъ Финляндскій и Выборгскій Сергій, въ то время объѣзжавшій свою епархію и заѣхавшій на Валаамъ, соборне, въ сослуженіи съ пріѣзжимъ архимандритомъ Евгеніемъ и нашимъ отцемъ Игуменомъ Пафнутіемъ съ 8-ью іеромонахами. Во время литургіи академикъ Іеромонахъ О. Стефанъ (Твердынскій) сказалъ прекрасную похвальную речь почившему схимонаху О. Авелю, чего тоже никогда у насъ въ монастырѣ не было. Такъ что исполнилось надъ старцемъ слово Спасителя: «Смиряяй себѣ вознесется»; и въ сей кратковременной жизни, а наипаче въ будущей блаженной вѣчности».
15. ЯВЛЕНІЕ ПРЕПОДОБНЫХЪ СЕРГІЯ И ГЕРМАНА СХИМОНАХУ О. ІОАННУ «МОСКОВСКОМУ»
Схимонахъ Iоаннъ "Московскiй"
Схимонахъ отецъ Іоаннъ повѣдалъ намъ о себѣ слѣдующее истинное событіе, приведшее его въ монастырь. Я ещё жилъ въ міру и о монашествѣ и о монастыряхъ не имѣлъ совершенно никакого понятія и помышленій, такъ какъ жизнь проводилъ свѣтскую, разсѣянную; къ религіознымъ вопросамъ былъ равнодушенъ, холоденъ и вообше духовнымъ ничѣмъ не интересовался. Но Всеблагій Господь, не хотящій смерти грѣшника, коснулся Своею благодатію и моего холоднаго и жестокаго сердца, и я, совершенно перемѣнивъ жизнь свою, началъ искренно молиться Богу; ходить въ церковь: подавать посильно милостыню; соблюдать посты: читать Св. Евангеліе и вообще сталъ вѣрующимъ человѣкомъ. Тогда ненавидяй добро діаволъ, напалъ на меня сильнѣйшею духовною бранію чрезъ хульные и всевозможно грѣховные помыслы, приводя меня въ страшное смущеніе, иной разъ доходящее до легкаго отчаянія. Не имѣя совершенно никакого понятія, какъ въ этой невидимой брани надо сражаться съ врагомъ и отражать его, я страдалъ, мучился: въ иной разъ мнѣ настолько становилось трудно, что я даже выбѣгалъ изъ дома на улицу, въ ужасѣ и страхѣ. Усердно я молился Богу объ избавленіи меня отъ этой ужасной грѣховной брани, умолял его избавить меня отъ этого страданія.
И вотъ всемилостивый Господь внялъ моей, хотя немощной, но усердной молитвѣ и Божественною Своею благодатію чудно освободилъ меня отъ этой бѣсовской брани, чрезъ Своихъ угодниковъ Преподобныхъ Сергія и Германа, въ обители которыхъ впослѣдствіи я удостоился принять святую схиму и жить до конца своей земной жизни.
Однажды, не помню, въ какой-то праздникъ, по своему обычаю, сходивъ къ ранней литургіи и возвратясь по окончаніи ея домой, попивъ чайку, я намѣревался сходить и къ поздней литургіи, но такъ какъ было ещё рано, то я на краткое время не раздѣваясь прилегъ отдохнуть, и, сейчас же задремавъ, вижу такой ясный сонъ. Подходятъ ко мнѣ два святолѣпные старца въ схимническомъ одѣяніи: первый держалъ въ своихъ рукахъ чашу и лжицу, а второй какой-то бархатный покровъ, хорошенько я не могъ разсмотрѣть, какой это былъ покровъ. Первый, подойдя ко мнѣ, молча далъ мнѣ три раза лжицей изъ чаши Святое Причастіе, а второй покрылъ мою голову покровомъ, держимымъ въ своихъ рукахъ. Послѣ этого я, сразу же проснувшись, ощутилъ въ своей душѣ великую радость и глубокій миръ душевный. Грѣховной брани въ моей душѣ и слѣда не осталось и я сердечно возблагодарилъ Всещедраго Господа за Его великую ко мнѣ грѣшному явленную милость. «И кто же эти святые старцы?» — многократно задавая себѣ этотъ вопросъ, думалъ я. И вотъ, по прошествіи нѣсколькихъ лѣтъ, когда я промысломъ Божіимъ пріѣхалъ на Валаамъ, то подойдя къ ракѣ мощей Преподобныхъ Отцевъ нашихъ Сергія и Германа Валаамскихъ Чудотворцевъ, я сразу же узналъ, что именно они-то ко мнѣ и являлись. Когда же я жилъ въ г. Баку на Кавказѣ, они-то именно меня, по милосердію Божію, избавили отъ грѣховной, душевной бури и таинственно призвали въ свою св.
обитель, гдѣ по дивному промыслу Божію доживаю я свой вѣкъ и уже самъ я сталъ схимникомъ и насельникомъ Св. Валаамской Обители».
16. ЯВЛЕНІЕ ИГУМЕНУ ДАМАСКИНУ ИЗЪ ЗАГРОБНАГО МІРА
Игуменъ Дамаскинъ
Повѣдалъ намъ Іеросхимонахъ Ефремъ слышанное имъ отъ покойнаго старца Іеросхимонаха О. Алексія, бывшаго много лѣтъ келейникомъ и любимымъ ученикомъ Игумена Дамаскина, слѣдующее событіе:
«Въ началѣ правленія монастыремъ Игумена Дамаскина не было въ обычаѣ въ нашей обители вносить умершихъ иноковъ въ поминальные синодики, а поминали обычно новопреставленнаго 40 дней, а затѣмъ каждый инокъ поминалъ по своему усердію какъ желалъ своихъ отцевъ и братій почившихъ; а синодиковъ, или, какъ у насъ называютъ, поминальныхъ досокъ, тогда ещё не существовало. Видя такое упущеніе, благоразумный Игуменъ Дамаскинъ возымѣлъ похвальное желаніе завести правильное и неопустительное поминовеніе отшедшихъ въ вѣчность отцевъ и братій родной обители.
Сначала онъ для обсужденія своего намѣренія призвалъ старцевъ и выразилъ имъ, во-первыхъ, свое сѣтованіе по поводу отстуствія правильнаго церковнаго поминовенія умершихъ братій, во-вторыхъ, свое желаніе исправить это упущеніе и завести постоянное церковное поминовеніе. Старцы, въ свою очередь, вполнѣ соглашаясь съ мнѣніемъ отца Игумена, одобрили его разумное желаніе и рѣшили немедленно собрать по книгамъ канцеляріи всѣхъ почившихъ отцевъ и завести неопустительное церковное поминовеніе. Въ скоромъ времени за ранней литургіей завелся добрый обычай, шествующій и донынѣ, поминать въ алтарѣ на проскомидіи, а также и за клиросомъ въ церкви и на ектеніи за литургiей молитвенно воспоминать усопшую братію обители и благодѣтелей ея. Въ эти же самые дни случилось почить о Господѣ одному иноку. О. Игуменъ самъ его отпѣвалъ и предалъ землѣ. Прошло нѣсколько дней. Однажды, какъ-то находясь въ молитвенномъ состояніи, сидѣлъ маститый старецъ О. Игуменъ въ своей внутренней келліи и видитъ, что въ его келлію тихо входитъ недавно умершій инокъ. Вошелъ въ келлію, истово перекрестился, положилъ три поясныхъ поклона предъ святыми иконами. Игуменъ, хотя спокойно, но всё-таки съ большимъ изумленіемъ взиралъ на явившагося къ нему инока, ясно сознавая, что явившійся есть уже умершій и погребенный. Между тѣмъ умершій инокъ, обратясь къ О.
Игумену и кланяясь ему, какъ было принято у насъ ранѣе — въ ноги, произнесъ: «Спаси, Господи, батюшка О. Игуменъ, что ты установилъ насъ, усопшихъ братій, всегда поминать въ церкви, какъ это для насъ дорого и полезно — невозможно тебѣ и сказать!» — «Отецъ И., —воскликнулъ Игуменъ, — да вѣдь ты уже умершій!» — «Какъ же, какъ же, батюшка, — спокойно отвѣтилъ явившійся инокъ, — я, дѣйствительно, умершій. Вѣдь, ты же самъ меня и отпѣвалъ, и хоронилъ. Вотъ я и явился къ тебѣ, посланный отъ Валаамскихъ отцовъ и братій, уже отшедшихъ отъ житія сего, чтобы поблагодарить тебя отъ ихъ имени, за молитвенное поминовеніе насъ умершихъ. Господь да воздастъ тебѣ за сіе Своею милостію!» Сказавъ эти слова, инокъ вторично поклонился Игумену до земли и так же тихо и быстро удалился изъ его келліи. Это событіе не разъ разсказывалъ Игуменъ Дамаскинъ своимъ близкимъ инокамъ.
Изъ сего можно ясно понять, какъ поистинѣ дорого и спасительно отшедшимъ братіямъ церковное поминовеніе, и какъ они радуются, когда мы ихъ не забываемъ въ молитвахъ и умоляемъ Господа, испрашивая имъ оставленіе грѣховъ, милость Божію и Царство Небесное.
17. МИРНАЯ КОНЧИНА СХИМОНАХА ІЕГУДІИЛА
Святая Церковь, мать наша, разумно постановила испрашивать за каждой службой для своихъ чадъ 6 ниспосланіи имъ христіанскія кончины. безболѣзненныя, непостыдныя и мирныя.
И такого именно конца своей жизни и сподобляются отъ Господа, мирнаго, непостыднаго и безболѣзненнаго.
На дняхъ монахъ О. Проклъ повѣдалъ намъ о мирной кончинѣ святаго Старца Схимонаха Іегудіила (въ монашествѣ Іоны), которой онъ былъ очевидцемъ. Старца Іегудіила знали мы хорошо; жизни онъ былъ святой: кротокъ, миренъ, усердный молитвенникъ, имѣвшій умиленіе, т.е. иногда и сидя въ трапезѣ не могъ удерживаться отъ слезъ, слушая чтеніе житія Святыхъ. Жилъ онъ много лѣтъ въ скиту Всѣхъ Святыхъ. Скончался старецъ 25-го Сентября 1895 года, 73-хъ лѣтъ отъ роду. Болѣлъ онъ немного; когда ослабѣлъ, то пришелъ изъ скита въ монастырскую больницу и остался тамъ. Въ то время О. Проклъ былъ служителемъ при больницѣ.