Страница 33 из 53
Коллаборационизм в глазах бывшего диссидента оказывается даже подвигом: “Такому молодому умом и верой человеку нужно объяснять, что ему необходимо со смирением идти в плен, коим первоначально, может быть, покажется ему пребывание в нашей Церкви. Итак, в начале нашей духовной жизни не следует упорно стоять в мнимом умном Иерусалиме, но надобно сдать его Навуходоносору, т. е. диаволу, признав, что это его, лукавого, собственность — мечтание, навеянное им; а самому добровольно идти в плен. Добычей здесь будет наша душа, смирившаяся под игом царя Вавилонского и возжелавшая чрез сие покаяния”.
И так мне непонятен этот энтузиазм, с которым подыскиваются аргументы и библейские аналогии для сотрудничества с соввластью и осуждаются те, кто не пошел к ней на службу, что поневоле рождается предположение: батюшка, а Вы ли автор этих доводов? Или их Вам предложили чекисты в ту пору, когда Вы перековывались из диссидента в лояльного церковного служащего?
Протоиерей Георгий, считающий коллаборационизм добродетелью “православной души” удивляет тем, что, будучи столь лояльным по отношению к советской власти, отношения с нынешней властью он почему-то мыслит только в категориях сопротивления.
Вроде бы отец Георгий сам сформулировал “пороговое значение”, за которым необходимо оказывать сопротивление светским властям: “Когда Вавилон посягает на нашу бессмертную душу, требуя от нас поклонения его идолам, что в наше время выражалось в требовании принятия коммунистической идеологии, тогда следует "спасая, спасать свою душу"”.
Однако едва речь заходит о принятии регистрационного номера в современной налоговой полиции, как отец Георгий говорит: Нельзя! Случится “умаление благодатной свободы от кодирования!”.
Но ведь сейчас-то от нас не требуют согласия ни с какой идеологией при выдаче налоговых номеров! Тогда зачем же призывы к гражданскому неповиновению? Если бы власти требовали от нас присяги на верность какой-нибудь философии или религии — тогда протест был бы естествен. Но с какой стати священникам и монахам вставать на стражу тайны наших доходов и кошельков? Святитель Тихон как раз призывал раскрыть перед комиссарами церковные сокровищницы, и лишь не впускать их в души. Сегодня власть на Украине душами не занимается, но ее интерес к доходам прихожан отец Георгий считает апокалиптическим…
Отец Георгий, наверно, согласится с утверждением своих московских и греческих единомышленников: “Не три цифры 6 сами по себе оскверняют человека. Но за ними стоит система нового миропорядка, и человек оскверняется тем, что входит в эту систему, зная возможность ее использования антихристианскими силами с целью навязывания, в дальнейшем, единой всемирной политико-экономической, а затем и духовной диктатуры”. Но почему же тогда он не считал оскверненными тех, кто принимал советские паспорта? Коммунистическая система тоже была антихристианской и тоже претендовала на “установление единой всемирной политико-экономической, а затем и духовной диктатуры”.
Откуда такой двойной стандарт? Почему человек, считающий духовным подвигом сотрудничество с КГБ, начинает говорить с митинговыми интонациями, когда речь заходит о компьютерах и налогах? Странно это…
Итак, в полемику со мной вступил человек, чей внутренний мир оказывается довольно-таки иррационален, чьи симпатии и антипатии трудно объяснимы. Кроме того, это человек, давно и твердо убедивший сам себя, что любые политические события надо воспринимать через призму Апокалипсиса.
Значит, полемика изначально безнадежна. Я не вправе ждать от моего критика перемены его взглядов. Он уже поставил на мне свою апокалиптическую печать: “"Богословие" Кураева — апостасийно... Своей брошюркой он еще более приоткрыл свое лицо… Брошюрка Кураева — это провокация, это предательство православных христиан”.
Но мне интересно было бы узнать: есть ли у протоиерея Георгия апокалиптическое объяснение тем методам, которые он использовал в полемике. Неужели близость царства антихриста освобождает от требований элементарной корректности?
Как понять жесткое заверение отца Георгия: “Никто не утверждает, что пожизненный идентификационный код является печатью антихриста (подобные бессовестные "передергивания" диакон Кураев в своих сочинениях допускает часто)” ?
Точно ли — “никто”? Я же цитировал листовки, распространяемые по Украине: “Православные, не обманывайтесь и не успокаивайте себя, что это не те номер и карточка. Другой карточки с номером – не будет…”. И даже ссылку дал — на “Русский вестник”. Вот еще одно заявление (уже не из листовки): “Добровольное принятие этих удостоверений человеком — почти то же самое, что принятие печати антихриста, то есть равносильно отречению от Христа”. Если даже сам отец Георгий не встречал ни подобных листовок, ни подобных проповедников, ни людей, уже убежденных в антихристовой сути налоговых номеров (хотя мне почему-то во время своих поездок по его родной Украине таких людей приходилось встречать ежедневно) — он не мог не заметить, что, говоря о тех страхах, которыми полна сегодня церковная Украина, я не голословен, ибо цитирую хотя бы только что упомянутую листовку. Значит, отец Георгий знал, что все же есть люди, которые видят в налоговом коде печать антихриста. И тем не менее написал — “никто”... Честный ли это способ разговора? И кто же из нас “передергивает”[88]?
Разве не передергивание — текст самого отца Георгия: “Кураев профанирующе хихикает: "благодать… все-таки не тождественна благословению батюшки...". А чем же для него является благословение священника? Святая Православная Церковь учит, что через священническое благословение подается благодать Божия, а вот Кураев учит по-другому. Он православный христианин или от частого общения с протестантами он уже утерял православное понимание веры? Протестанты не признают, как известно, апостольскую благодатную преемственность православного священства. У протестантов Кураев научился еще, например, вырывать слова и выражения из контекста и остроумно суесловить” ?
При цитации отец Георгий опустил одно слово — “Тита”. У меня было сказано: “благодать все-таки не тождественна благословению батюшки Тита”, а мой критик вместо имени ставит три точки. И тем самым вместо сомнения в безошибочности одного, конкретного священника приписывает мне отрицание таинства священства... Да ведь Ваша же манера вести полемику убедит любого, кто сопоставит наши брошюры: священный сан не является гарантией честности и разумности.
Ну, разве разумно утверждать, что “благодать Божия тождественна благословению батюшки”. Понимаю, что русский язык на Украине можно забыть. Но правила логики едины во всех семинариях. Тождественность означает полное совпадение. Неужто отец Георгий верит в то, что любое благословение любого священника исполнено Божией благодати? Неужели отец Георгий верит в то, что Божия благодать не действует иначе, чем через благословения духовенства? Мне-то кажется, что Дух дышит где хочет, а не только на кончиках протоиерейских пальчиков… Если “благодать Божия тождественна благословению батюшки” — то тогда ничего уж не значит материнское благословение, и ничего не стоит молитва благочестивого мирянина или юродивого... Преподаватель духовной школы, обвиняющий меня в модернизме, должен был бы потрудиться найти опору для своего мнения в церковной традиции. Итак, отец Георгий, — где, у какого отца или в каком богословском учебнике Вы вычитали, будто “благодать Божия тождественна благословению батюшки”?
И, кстати, отец Георгий, зачем Вы обезличили достойного монаха и заменили его имя тремя точками? Это же тот самый грех, который сам отец Тит подозревает в распространении регистрационных налоговых номеров! Я же теперь буду знать, что в Одессе исповедуют новый догмат: догмат о непогрешимости батюшки Тита. Теперь я буду знать, что протестантом Одесская семинария считает всякого, усомнившегося в том, что благословение отца Тита всегда тождественно благословению Божию…
Еще в одном случае отец Георгий явно понадеялся на то, что никто не сверит его текст с тем, который он критикует. “Все-таки легкомыслие к рассматриваемой теме сказывается на человеке. Тому пример – Кураев. Не случайно ему приятнее "девушки из налоговой инспекции" и "братья" — госчиновники, нежели православные люди. Кстати, "братья" из налоговой инспекции и мировой закулисы теперь, вероятно, похлопочут Кураеву Нобелевскую премию за "аргументы", которые они теперь могут взять из кураевского опуса против православных. Православных Кураев называет: "бабушки и монахи". Из истории христианской церкви известно, что еретики, обновленцы всегда имели желание "упразднить" монашество. В свое время комиссии, состоящие из таких вот кураевых, будут реформировать вероучение Церкви и постараются-таки монашество "упразднить". Между тем монашество — это тот драгоценный сосуд Святости Божией, в котором хранится "действенная благодать освящающего совершенства" (преподобный Макарий Великий). Монахи — хранители Предания Церкви, святоотеческой традиции, поэтому прежде всего они видят проявляющееся в мире действие апостасии (апостасия греч. — отступление от Бога)”.