Сектоведение

После смерти Роя “Брахмо самадж” разделился на несколько групп. Радикальные прозападно настроенные реформаторы образовали “Брахмо самадж Индии”, который возглавил Кешаб Чандра Сен (1838–1884). Он отвергал кастовое деление общества, образцом истинной религии считал протестантизм и наконец объявил о создании новой религии — “брахмоизма”. Так, в 1880 году возникла секта “Новое Произволение”, в учении которой подчеркивался универсалистский характер брахмоизма и в то же время его индуистское происхождение.[361] Запомним эту декларацию — в дальнейшем она стала типичной для неоиндуизма.

Второе течение раннего неоиндуизма возникло как охранительная реакция на западничество. Кроме различных традиционалистов, духовному натиску Запада противостояли и интеллигенты-почвенники. Уже через два года после возникновения “Брахмо самаджа” Радхаканта Деб (1784–1867) создал в противовес ему “Дхарма сабху”, задачами которой были утверждение кастовых установлений, защита сати, борьба с христианскими миссионерами и развитие образования, главным образом традиционно санскритского. Пафос активного общественного действия и методы организационной работы “Сабхи” имели, однако, западное происхождение.

Вслед за “Сабхой”, под влиянием распространяющихся на Западе националистических идей, возникает целый ряд неоиндуистских организаций, отстаивающих идею превосходства индуизма над другими религиями. Наиболее ярким ее выразителем был Даянанда Сарасвати (1824–1883). Для пропаганды возврата к ведийским корням он создал в 1875 году общество “Арья самадж”, в практике которого отвергалось идолопоклонство, поскольку его не было в религии древних ариев. “Арья самадж”, как и “Брахмо самадж”, не избежал разделений: возникло три толка, из которых один, ультра-реформаторски и, уже во второй половине XX в. ввел даже женское жречество. Сейчас в Индии порядка трех миллионов последователей “Арья самадж”, существу ют также отделения общества в других странах. Есть отдельные арьясамаджисты и в России — из тех, что пекутся о возрождении мнимой “ведической” религии мифических “славян-ариев”.

“Арья самадж” положил начало движению за обращение в индуизм индийцев, ранее перешедших в христианство или ислам. Возвращение в индуизм совершалось посредством шуддхи — специально созданного обряда очищения отпадших (ератъя), по образцу древнего, забытого ведического ритуала врагья-сгома. В XX веке некоторые неоиндуистские группы для узаконения прозелитизма создали свои реконструкции вратья-стомы, через которые-присоединяются уже не только отпавшие от индуизма, но и те, кого они считают потомками индо-ариев, то есть все белые, говорящие на языках индо-европейской группы. Утверждается, что их предки когда-то также отпали от арийской варнашрамы и поэтому их допустимо принимать обратно.

К середине прошлого столетия относятся первые попытки истолкования йоги в терминах западной науки и связанных с ней идеологий. Эта тенденция найдет свое завершение в XX веке в наукообразных учениях Йогендры, Махариши и “новых гуру” кундалини-йоги (Сатьянанды Сарасвати, Гопи Кришны и других).

В XIX в. влияние индуистских реформаторов ограничивалось еще узким кругом индийской интеллигенции, однако их идеи стали основой для дальнейшего развития неоиндуизма. В результате сочетания западнической и националистической тенденций возник феномен индуистского мессианства, ставшего характерной чертой позднего неоиндуизма и давшего толчок неоиндуистскому прозелитизму.

5. “Миссия Рамакришны”

Наиболее известными деятелями второго периода индуистской реформации были Рамакришна Парамаханса, его ученик Свами Вивекананда и Шри Ауробиндо. Это ключевые (и культовые) фигуры как для современного индуизма, так и для охватившего мир в XX в. движения языческого возрождения.[362] Интересно, что все трое являются представителями универсалистского неошактизма, сочетающего реформированное учение веданты с элементами шактизма и тантрической йоги.

Рамакришна Парамаханса (Гададхар Чаттопадхьяя, 1836–1886) родился под Калькуттой в семье обедневшего бенгальского брахмана. В19 лет он стал жрецом храма богини Кали в Дакшинешваре и сделался ее горячим бхактом. Желая лицезреть Кали, Рамакришна отказался от еды и сна и был близок к самоубийству. Кали ему все-таки явилась, и после этого Рамакришна стал время от времени впадать в каталептический транс (самый долгий продолжался почти полгода, в течение которого служители храма насильно вливали ему в рот немного жидкости). Затем Рамакришна много лет посвятил различным видам индуистских и даже исламских и христианских мистических практик. Свами Тотапури посвятил его в саньясины матха в г. Пури, одного из четырех главных монашеских центров дашанами. Затем Бхайрави Брахмани дала ему инициацию в бенгальский тантризм “левой руки”, и он в ее присутствии исполнил все соответствующие тайные ритуалы.[363] Позже его последователи, проповедуя на Западе, утверждали, что Рамакришна практиковал “тантрическую садхану с 1861до 1863 г…. в полном целомудрии и без участия шакти — женщины-партнера для секса”.[364] На самом деле у Рамакришны была супруга-шакти — Шри Сарада Дэви, однако, чтобы поддержать привычный для западной публики образ аскета, ее называли “духовной сестрой” Рамакришны.

В последние годы своей жизни Рамакришна обладал большим духовным авторитетом, и вокруг него сложился круг учеников, почти все из которых были выходцами из состоятельных семей и активными членами “Брахмо самаджа”. В1886 г. Рамакришна впал в очередной транс, из которого уже не вышел.

Рамакришна не оставил письменных трудов, однако его учение с некоторыми вариациями было изложено его многочисленными учениками. В своем учении Рамакришна попытался примирить различные направления индуизма, а также ортодоксию и реформацию через понятие стадийности духовной жизни. Таким образом, и монистические, и теистические, и мифологические представления о божестве и способах его достижения оказывались одинаково верными для разных культурно-социальных групп и на разных этапах религиозной жизни. Рамакришна, не отвергая никаких индуистских установлений, в то же время настаивал на религиозном значении мирской и социальной работы и считал высшим идеалом внутреннюю религиозность.

Свами Вивекананда (Нарендранатх Датта, 1863–1902) родился в Калькутте в семье известного адвоката из касты каястха, которая в Бенгалии считается кшатрийской. С10 лет учился в христианском миссионерском колледже. Был членом “Брахмо самадж” и калькуттской масонской ложи, увлекался европейским агностицизмом. В1881 г., во время мировоззренческого кризиса, он встретился с Рамакришной и, после пяти лет споров, стал его учеником-саньясином, причем Рамакришна инициировал Вивекананду в опыт общения с Кали как с живым божеством. После смерти Рамакришны Вивекананда вместе с Сарадой Дэви возглавил монашескую общину его последователей. В 90-х годах, оставив жизнь бродячего садху, Вивекананда отправился на Запад для проповеди учения Рамакришны и в 1893 г. приобрел широкую известность после выступления на Первом всемирном конгрессе религий. Вернувшись триумфатором в 1896 г. в Индию, Вивекананда основал религиозно-общественную организацию — “Миссию Рамакришны”, активно занимающуюся проповеднической, просветительской и социально-благотворительной деятельностью. Ядром “Миссии” стал Орден саньясинов, центром которого служит матх Вивекананды в Белуре, недалеко от Калькутты. В Индии действует 80–90 отделений Миссии и Ордена, за рубежом — около 40, причем одно с 1991 г. и в России.

Отметим, что “Миссия” развивает общественную и социальную деятельность преимущественно в Индии, являясь единственной индуистской организацией, финансируемой правительством.[365]

Вивекананда, развивая учение Рамакришны, создал так называемую неоведанту, согласно которой все религии равны, но есть равнее. Самая “равная— это “вечная религия”, соединение реформированных адвайтаведанты и шактизма, в которой из представления о тождественности человека Божеству сделаны совершенно нетрадиционные для индуизма гуманистические выводы: раз каждый человек — Бог, то служение человеку есть истинное богослужение. Но все же Вивекананда остается верным традиционному индуистскому отрицанию конечной ценности этики: “Зло — железная цепь, добро — золотая, но и то и другое — цепи… Используем золотую цепь, чтобы избавиться от цепи железной, а затем выбросим обе”.[366]