Страница 172 из 173
Каждая предназначена для записи ярких, как бы мимолетных мыслей (которые имеют "привычку" приходить в голову только раз и больше не возвращаются) по одной из проблем педагогики. Сюда же я записываю самое интересное и яркое из прочитанного по этой же проблеме. Все это нужно в будущем, и все это очень облегчает умственный труд. У тебя, я знаю, есть записные книжки, но нет системы. Создавай четкую систему записей. Облегчай свой умственный труд. 10. Для каждой работы ищи наиболее рациональные приемы умственного труда. Избегай трафарета и шаблона. Не жалей времени на то, чтобы глубоко осмыслить сущность фактов, явлений, закономерностей, с которыми ты имеешь дело. Чем глубже ты вдумался, тем прочнее отложится в памяти. Пока не осмыслил, не старайся запомнить - это будет напрасная трата времени. Хороши известное умей не читать, а только просматривай. Но вместе с тем опасайся поверхностного просматривания того, что еще не осмыслено. Всякая поверхностность обернется тем, что ты вынужден будешь к отдельным фактам, явлениям, закономерностям возвращаться много раз. 11. Умственный труд одного человека не может быть успешным, если все живущие в одной комнате не договорятся о строгом соблюдении отдельных требований. Прежде всего надо договориться, чтобы в строго определенные часы категорически запрещалось разговаривать, спорить, заниматься делами, нарушающими покой.
В часы сосредоточенного умственного труда каждый должен работать совершенно самостоятельно. 12. Умственный труд требует чередования математического и художественного мышления. Чередуй чтение научной литературы с чтением беллетристики. 13. Умей избавиться от дурных привычек. Я имею в виду вот какие: перед началом работы просиживать без дела пятнадцать, двадцать минут; без какой бы то ни было надобности перелистывать книгу, которую заведомо не будешь читать; проснувшись, лежать в постели минут пятнадцать и др. 14. "Завтра"- самый опасный враг трудолюбия. Никогда не откладывай на завтра работу, которую надо выполнить сегодня. Больше того, сделай привычкой, чтобы часть завтрашней работы была выполнена сегодня. Это будет прекрасным внутренним стимулом, который задает тон всему завтрашнему дню. 15. Не прекращай умственного труда никогда, ни на один день. Летом не расставайся с книгой. Каждый день должен тебя обогащать интеллектуальными ценностями - в этом один из источников времени, необходимого для умственного труда. Вот пятнадцать заповедей, которых, мне кажется, должен придерживаться каждый студент. Желаю тебе крепкого здоровья, хорошего настроения. Твой отец.
22. Добрый день, дорогой сын!
Ты просишь дать ответ на три вопроса: 1. Каким будет человек при коммунизме? Какую черту я считаю самой важной в человеке будущего? 2. Какой моральный порок я считаю ныне наиболее опасным, наиболее нетерпимым? 3. Какой, на мой взгляд, наиболее серьезный недостаток в воспитании молодого поколения? Первый вопрос. Человек, который будет при коммунизме, уже живет среди нас. Нельзя представлять себе дело так, что наступит торжественный момент, и звон колоколов возвестит о рождении нового человека. Семен Лаврентьевич, о котором я рассказывал тебе,- это уже человек будущего. Обыватели называют таких людей чудаками. Я знаю много таких людей (кстати, у меня есть мечта написать о них книгу). Живет один такой человек у нас в селе, недалеко от школы, ты, наверное, догадываешься, что речь идет об Иване Прокофьевиче. У него - сад для людей. Он - воспитатель полутора десятков детей, живущих на его улице. Целое лето он возится с ними в саду: дети конструируют радиоприемники, играют, поют песни, учатся играть на скрипке... Есть такой человек в соседнем доме - это ушедший в отставку офицер. Он получает солидную пенсию. Можно было бы человеку отдыхать спокойно. Но он трудиться с утра до ночи-для людей... Он пропагандист идей коммунизма. Ежедневно он отправляется в поле, на бригады и фермы, к животноводам и хлеборобам. Рассказывает им о том, что делается в мире. Читает художественную литературу.
Работает с людьми непосредственно на производстве два-три дня, потом идет в другую бригаду или на другую ферму. Человек при коммунизме будет, по-моему, прежде всего добрым. Чувствование человека, духовная потребность в другом человеке - вот, на мой взгляд, самая главная черта человека будущего. Глубоко личная заинтересованность в том, чтобы каждый человек, каждый наш соотечественник был духовно богатым, морально красивым, умным, трудолюбивым, умение ценить, уважать, любить самое бесценное в нашей жизни - человека - все это я называю добротой, человечностью. По-настоящему добрый, человечный человек умеет глубоко, ненавидеть зло, ненавидеть наших врагов - поджигателей войны, растлителей душ молодого поколения. Ненависти нам нужно учить так же, как и доброте. У В. Кожевникова в романе "Знакомьтесь, Балуев" есть замечательные слова: "Мне кажется, что человек умеет работать для собственного удовольствия, испытывая самозабвенное наслаждение от своего труда, то можно считать, что он уже стоит одной ногой в коммунизме"25. Влюбленность в труд, самовыражение человека в труде-это коммунистические идеалы в живой реальности нашей повседневной жизни. Коммунизм в человеческой душе мы утвердим тогда, когда не будет в нашей стране ни одного человека, равнодушного к труду, считающего труд лишь средством добывания хлеба насущного.
В труде перед человеком открывается безграничное поле самовоспитания, самопознания, самосовершенствования. Благодаря неисчерпаемости труда человек сам будет неисчерпаемым, и совершенствованию его не будет предела. Второй вопрос. Наиболее опасным, наиболее нетерпимым пороком я считаю бесчеловечность, равнодушие к человеку, жестокость. Этого "добра" еще слишком много в нашем обществе. Расскажу об одном случае, свидетелем которого мне недавно пришлось быть. В одном большом надднепрянском селе умерла 92-летняя женщина - мать четырех сыновей, бабушка одиннадцати внуков, прабабушка двадцати двух правнуков. Трудной была ее жизнь. В шести могилах - ив Восточной Пруссии, и в мазурских болотах, и в Карпатах, и под Берлином - ее кровь, на шести солдатских обелисках - ее фамилия, в каждой букве - ее бессонные ночи, волнения и надежды. Самый младший, 50-летний сын, пошел со своими горем и заботами к людям: помогите проводить мать в последний путь. На лесоскладе не нашлось готовых досок для гроба, но нашлись добрые люди: сняли шапки, постояли минуту в молчании, распилили большой сосновый ствол. Бери, сын, строй последний дом матери. Доски надо перевезти. Нет машины, все на работе. Нашлась и тут добрая душа. Остановил сын первую встречную машину, поделился горем. Водитель отложил на полчаса свою поездку, погрузили доски, выехали со двора лесосклада. И здесь произошло странное и дикое.
Начальник автоколонны, увидев свою автомашину с досками, увидев водителя, помогавшего за воротами привязать доски веревкой, закричал: - Это что такое? Почему ты не едешь по своему делу? Водитель и сын умершей сказали начальнику: не кричите, опомнитесь - умер человек. Не опомнился, не извинился. Еще больше рассвирепел, затопал ногами, замахал кулаком перед глазами побледневшего водителя, полез в кузов автомашины, сбросил доски на землю. Поехал водитель, а сын стоял возле досок и плакал. За слезами не заметил, как подъехал к нему подводой незнакомый человек - возвращался с маслозавода, услышал шум, остановился, понял все... Сложил доски на воз, прикоснулся к плечу убитого горем и оскорбленного сына, тихо спросил: "Куда везти?" Самый страшный, самый нетерпимый моральный порок-бесчеловечность. Снова и снова спрашиваешь себя: на какой почве вырастают у нас те, кого трудно назвать людьми? Где причины, рождающие бессердечность, бездушность? Социальных условий, рождающих жестокость, человеконенавистничество, у нас нет. Значит, есть какие-то другие причины. Я с малых лет знаю этого начальника автоколонны. Был Иванко обыкновенным мальчишкой, как и тысячи других, ходил в школу, любил после летнего дождя побродить босиком в лужах, лазил через тыны в сад к соседям - украдкой сорванное яблоко казалось вкуснее, чем яблоки из своего сада. Но было и другое.