Шестоднев

Но мы не таковы. Мы преступаем законы вечные, которые установили отцы наши. Мы отмежевываем земли, присоединяем дом к дому, имение к имению, чтобы отнять их у ближнего. Киты знают место своего жительства, отделенное им природой от обитаемых мест. Они водятся в том море, свободном от островов, с противоположной стороны которого нет вообще земли, почему туда и не ходят корабли. Киты же подобны большим горам, как говорят видевшие их. Они пребывают в своих пределах, не причиняя вреда ни островам, ни городам, которые стоят на берегах. И так каждый род их живет как бы в городах, селах или древних родовых вотчинах, которые определены им в морских просторах.

Существуют же и другие, странствующие рыбы. Они, как бы посовещавшись на общем совете, пересекают свою область, и все отправляются в путь по общему соглашению. А когда приходит назначенное им время родить метать икру, поднявшись из разных морских заливов, различные рыбы, повинуясь общему закону природы, плывут в Северное море. И можно видеть во время этого восхождения рыб, плывущих вместе как бы единым потоком и проплывающих через Пропонтиду в Евксинский Понт. Кто их гонит? Повеление какого владыки погоняет их? Какое предписание объявляет им установленные дни, когда им отправляться? Но видишь, как божественное повеление все это делает, распространяясь на самых малых рыб.

Рыба не ослушается закона и заповеди Божьей, а мы, люди, не признаем спасительного учения. Не презирай рыбы из-за того, что ее глас беззвучен и что она неразумна, но бойся, что будешь неразумнее их рыб, противясь повелению Божию. Внимай рыбам, как они, не являя ни малейшего голоса, действием своим сообщают: «Мы отправляемся для продолжения рода и его сохранения в дальний путь». У них нет своего языка и разума, но они имеют естественный закон, твердо установленный в них и показывающий им то, что нужно делать. Только они не могут сказать: «Пойдем в Северное море», то есть полунощное, поскольку оно имеет самую сладкую воду из всех морей, так как солнце, быстро проходя над той стороной, уходит и не извлекает из воды лучами всей сладкой влаги. Радуются же сладкому и морские рыбы, поэтому иногда они заплывают в реки и плавают вдали от моря. А потому они и предпочитают более всего Понтское море, что оно пригоднее других морей, чтобы рождать в нем детей и вскармливать потомство. И потом, когда они полностью закончат метать икру, тогда снова все возвращаются в свои жилища. А как это рассказывают они тебе без слов? Послушаем молчащих и скажем за них: «Мелко Северное море, и легко ветрам взмутить его. Поэтому и бурные ветры легко могут взволновать его до дна, так что песок со дна смешивается с волнами.

Но к тому же холодным будет оно в зимнее время, после того, как наполнится многими и большими реками». Поэтому, недолго насладившись и полакомившись в летнее время, они рыбы, когда снова наступит зима, возвращаются в теплые глубины, в постоянно освещаемые солнцем места. Убегая от северного холода, они проникают в моря, которые ветер сотрясает слабо.

Видев это, я дивился во всем Божьей премудрости.

Рыба проходит столько морских просторов, желая обрести то, что ей на пользу, а что скажешь ты, живущий в такой праздности? Праздность же — начало злого дела. Но никто да не оправдается незнанием, так как существует разум, данный нам от природы, чтобы стремиться к доброму и избегать вредного. Это всеяно в наш ум изначально.

Но никак не откажусь от притч о морских обитателях, которых мы теперь обсуждаем. Слышал я от мужа, живущего у моря, что морской еж, малое и невзрачное животное, часто, бывает, учит моряков: когда будет буря, а когда наступит затишье. Когда он предчувствует, что будет волнение на море от ветра, то, взойдя на прочный камень, на нем, как на якоре, сильно качается, так что волны не могут его легко смыть. Когда корабельные гребцы видят этот знак, то понимают, что должна наступить сильная буря. Никакой астролог и халдей, смотрящий на восхождения звезд и предсказывающий по ним движение воздуха, не обучал этого ежа, но тот, кто Господин моря и ветров, малое сие животное отметил истинным знаком своей великой премудрости. Ничто же не существует без устроения Божьего, ничто не оставлено без внимания Бога, все видит недреманное Око, на все смотрит, у всего стоит, давая каждому спасение. Если и ежа Бог своей заботой не оставил, то разве не заботится Он обо всем, что является твоим?

«Мужья, любите своих жен». Хотя вы и были рождены в разных семействах, но сочетались браком. Это естественный союз, ярем и упряжка с благословения Божьего стоящим далеко друг от друга, чтобы они были едины. Ехидна, змея, самая лютая из пресмыкающихся, сходится с морской муреной, свистом извещая о своем приходе и зовет мурену из глубины на совокупление и соединение. Она же послушает и будет вместе с ядовитым тем гадом. Что подразумеваю я, говоря так? Даже если супруг имеет тяжелый и необузданный характер, то супруга должна терпеть это и ни под каким предлогом не допускать, чтобы союз был расторгнут. Вспыльчив ли он, но все-таки он твой муж, пьяница ли, но соединен с тобой по естеству; приносящий ли горе, но он твой член и даже лучший член. Слушай и ты, муж, приличное тебе поучение! Ехидна, змея, приходящая к мурене, извергает свой яд ради соединения, а ты не отвергнешь ли душевную жестокость и горечь из-за уважения к соединению и союзу? Но еще притча о ехидне подходит нам и в другом отношении, потому что соединение и связь ехидны с муреной есть прелюбодеяние плоти. Да поймут те, которые оскверняют чужое ложе, какому пресмыкающемуся уподобляются они! Для меня один смысл во всем — обращать все на пользу Церкви.

Да укротятся страсти невоздержанных в пороке, наставляемые примерами на суше и на море. Здесь меня понуждает остановить речь телесная немощь и позднее время, а то я еще прибавил бы для жаждущих спасения кое-что достойное удивления о морских растениях, о самом море, о том, как вода кристаллизирует соль, как драгоценный камень, называемый кораллом, в море являющийся зеленой травой, когда бывает вынесен на воздух из воды, становится твердым камнем; откуда в маленькое животное — устрицу, вложила природа драгоценный бисер. То, чего жаждут царские сокровищницы, рассыпано по берегам среди острых камней и лежит в раковинах устриц. Откуда морские раковины производят золотую нить, цвету которой никто из красящих красным или желтым не может подражать? Откуда улитки дают царям багряницы, которые красотой цвета превосходят цветок?

«Да произведут воды». Что же не появилось из того, что было необходимо, за такое короткое время? Что из того, что очень ценно, не было дано нам в этой жизни? Одно создано на службу людям, а другое — на понимание и созерцание чудесного творения. А иное же, страшное, чтобы наказать нашу слабость.

«Сотворил Бог великих китов». Они названы великими не потому, что они больше, чем кариды и мениды, а потому, что величиной тела приравниваются к великим горам. Часто они кажутся островами, когда всплывают на поверхность воды. И эти киты такие большие, что ни у берега, ни на мелководье не водятся, но живут в Атлантическом океане. Таковы те животные, которые на страх и ужас нам созданы.

И морской заяц не менее страшен, так как приносит скорую и неизбежную смерть. Таким образом, Творец постоянно призывает тебя к бдительности, чтобы ты, имея надежду на Бога, с ее помощью избежал вреда, который бывает от этих животных.

Но, оставив морскую глубину, отправимся на сушу. Ибо чудеса творения, одно за другим захватывая нас, подобно волнам, частыми и непрерывными потоками погрузили наше слово в воду. Но буду удивлен, если наша мысль не встретит на земле еще большие чудеса и не убежит, как Иона, снова к морю. Ум мой, увлекшись бесчисленными чудесами, утратил чувство меры, и получилось так, как бывает с корабельными гребцами, плывущими по морской шири, которые, не имея, чем измерить расстояние, не знают иногда, сколько они проплыли. То же стало теперь с нами: пока слово описывало творение, нельзя было заметить множества произнесенных слов.

И сказал Бог: «Да произведет земля душу живую, четвероногих и ползающих, и зверей по роду, и стало так». Пришло повеление, следовавшее определенному порядку, и получила земля свое украшение. Там сказано: «Да произведут воды ползающих душ живых», а здесь говорится: «Да произведет земля душу живую. А имеет ли земля душу? А безрассудные манихеи имеют ли право влагать душу в землю?

Поэтому, когда Он сказал: «Да произведет», ты не думай, что земля создает то, что заложено в ней. Но Тот, кто дает повеление, Тот и дает ей силу произвести. И когда она услышала: «Да прорастит земля траву зеленую и древо плодовитое» , то не произвела сокрытую в ней траву, не вывела на поверхность ни финиковую пальму, ни дуб с желудями, ни кипарис, ни тисс, ни другое дерево, спрятанное в ее недрах, но Божие слово дало естество всему существующему.