Страница 4 из 54
"В сущности, в богословии, которое прибегает к аналогиям и намеревается возвышать нас, предметы, имеющие собственное бытие, становятся сами, фактически и на словах, символами по омонимии", писал известный церковный писатель иеромонах Серафим (Роуз) [10].
Следует отметить, что по поводу дней творения мира святые Отцы были на редкость единодушны в своем понимании библейского текста в самом буквальном смысле. "Я слыша о траве, траву и разумею; также растения, рыбу, зверя и скот — все, чем оно названо, за то и принимаю. Не стыжуся бо благовествованием (Рим., 1:16)", — писал святитель Василий Великий [11].
Новая парадигма
Непреодолимые трудности возникают при попытке согласовать современное научное представление о происхождении небесных тел со свидетельством пророка Моисея о том, что Земля появилась на третий день, а Солнце и Луна, и звезды лишь на четвертый, то есть они "моложе" Земли, и возраст всех небесных тел совсем "юный" — около 7500 лет.
Согласно принятой в астрофизике концепции, происхождение подавляющего большинства изотопов тяжелых химических элементов, начиная с углерода и кончая долгоживущими трансактиниевыми нуклидами, из которых состоят планеты и, в частности, наша Земля, обязано термоядерному синтезу ядер в звездах и во взрывах звезд. Следовательно, планеты образовались из обломков прошедших свою "эволюцию" и взорвавшихся звезд, поэтому, согласно современным научным взглядам, они вряд ли могут быть старше последних.
Фундаментальная физика утверждает: при образовании звезд действуют те же законы природы, что и при образовании планет. Но, в таком случае, при переходе между 3 и 4 днями творения в созидающем Божием слове нет никакой необходимости, ибо ничего принципиально нового, с точки зрения научных представлений, в том уставе законов, по которому существует Мир, не появляется.
Это противоречие можно избежать, вспомнив толкование св. прп. Ефрема Сирина о мгновенном порождении всего царства животного и растительного мира, которые были "стары — по виду членов и составов их, но молоды — по времени". Продолжая мысль преподобного на мир неживой материи, мы можем предположить, что хотя звезды по виду и кажутся порождениями сотен миллионов лет, однако во время сотворения своего были порождениями одного мгновения. Мгновенно они "выстроились" по своим категориям на так называемой диаграмме Герцшпрунга — Рессела [12, с. 443], являя собой сразу весь набор возможных звездных состояний.
Когда был создан Адам, ему было на вид лет тридцать, хотя фактически он был "продуктом" шестого дня творения. Так и Вселенная имеет лишь вид долговременного существования, как и кажущийся возраст нашей планеты, оцениваемый с помощью радиоизотопных методов в 4.5 млрд. лет [13].
В каком — то смысле древний философский парадокс о том, что было раньше курица или яйцо, теряет свою загадочность. Курица была сотворена вместе со способностью нести яйца. Весь жизненный цикл и растений (от семени до взрослого экземпляра), и звезд — от красных гигантов до белых карликов, как бы был задан сразу, минуя все "эволюционные ступени". И затем эти составные части мира начали функционировать самостоятельно, как часовой механизм с заведенной пружиной.
Библейское повествование о творении мира — это рассказ об увиденном в Божественном созерцании Боговидцем Моисеем. Увиденное же им подтверждается и духовным опытом позже живших святых Отцов. Конфликта между Откровением о творении, содержащимся в Книге Бытия, его толкованием святыми Отцами, и положительными знаниями, приобретаемыми современной наукой через наблюдательные данные, не может быть. Существующее определенное несогласие между Библией и современными неокончательными представлениями ученых рано или поздно должно разрешиться и тому уже сегодня есть обнадеживающие предпосылки.
Выбор приоритетов
Следующим логически правильным шагом будет признание за Священным Писанием безоговорочного приоритета, поскольку оно является Божественным Откровением. Богом откровенное знание выше естественного. Сама же последовательность приоритетов может выглядеть следующим образом:
Священное Писание и толкование его святыми Отцами. Научные наблюдательные данные. Теоретические построения.
В прошлом неоднократно делались попытки связать Шестоднев с последними достижениями научной мысли. Следует признать их все неудовлетворительными. Когда речь идет как бы в общих чертах — какие-то параллели находятся. Когда же дело доходит до конкретной увязки событий какого-либо библейского дня творения с "научной" эволюционной картиной — начинаются неизбежные противоречия.
Таким образом, встает закономерный вопрос о смене всего фундамента, на который должна опираться христианская наука. Должна измениться система ценностей: не религию следует рассматривать с точки зрения науки, но науку — с точки зрения религии. Через "призму" Священного Писания следует внимательно рассмотреть и современную эволюционную теорию развития Вселенной. При этом со многими вещами придется распроститься. Но расставание грозит не с научными знаниями, а с пластом чисто умозрительных соображений. Так, например, Шестоднев свидетельствует о несостоятельности модели Большого Взрыва и теории горячей Вселенной. Поскольку эти теории предполагают нахождение вещества в определенное время во Вселенной в сверхплотном состоянии энергии и длительный, постепенный его переход к современному состоянию.
Современный мир очень сильно заражен суетной философией, выдающей себя за науку. И не все православные христиане могут бесстрастно отнестись к тому, на что в действительности указывает Священное Писание и святоотеческое учение, поскольку это представляется невероятным рационалистическому мышлению.
Первые результаты
Вселенная — это уникальный объект, характеризуемый единственностью и неповторимостью. Поэтому опытным путем проверить что-либо чрезвычайно трудно. Однако, уже сегодня можно назвать некоторые достижения научной мысли, вплотную приближающиеся к библейскому пониманию возникновения Мира. И, в первую очередь, это инфляционная теория расширения Вселенной.
Эта модель была предложена совсем недавно — в начале 80-х годов нынешнего века. Согласно ей, космос начал свое существование из абсолютной пустоты — так называемого состояния ложного квантового вакуума, в котором нет ни вещества, ни излучения [14]. В обычной жизни мы опираемся на здравый смысл, который всегда подсказывает — ничто не может возникнуть из ничего. Современной фундаментальной физике пришлось сделать революционный переворот в традиционном мышлении, чтобы прийти к идее сотворения Вселенной в буквальном смысле ни из чего.
Человечество затратило огромные интеллектуальные усилия, чтобы прийти к столь удивительному выводу, который однако не является чем-то неожиданным для христиан. Задолго до появления научного метода познания природы истина о сотворении мира ex nihilo была указана в Библии (2 Мак. 7, 28) и подтверждена специальным постановлением IV Латеранского собора.
Для удивительного события — рождения Вселенной, нужна была гигантская сила отталкивания. Но единственное взаимодействие из четырех основных, которое проявляется в космологическом масштабе: гравитация, — наоборот характеризуется силами притяжения между массами.
Эта проблема в инфляционной теории решена. Согласно ей, первоначальное состояние квантового вакуума обладало парадоксальным свойством — отрицательным давлением, что и привело к огромной силе отталкивания. Под действием последнего и стало стремительно разрастаться все ускоряющимися темпами изначально пустое пространство. Но на этом поистине чудесные свойства квантового вакуума не заканчиваются — в отличие от плотности обычного вещества, плотность энергии такого вакуума не меняется при расширении.
Инфляционная стадия продолжалась совсем недолго — всего около 10–35 секунды, начиная с того момента, как "заработали" мировые часы. Однако за это время раздувающаяся Вселенная успела увеличить свой размер до 1010100 раз [15]. После распада ложного вакуума отталкивание исчезло, а энергия вакуума мгновенно высвободилась в виде излучения. С этого момента началось обычное расширение с положительным давлением благодаря первоначальному импульсу, приобретенному в период инфляции. Но теперь энергия Вселенной стала уменьшаться, расходуя свой потенциал на расширение мира, которое фиксируется ныне научными приборами.