Слова

Разрушены божьи церкви, осквернены сосуды священные, честные кресты и святые книги, затоптаны священные места, святители стали пищей меча, тела преподобных мучеников птицам брошены на съедение, кровь отцов и братьев наших, будто вода изобильно, насытила землю, сила наших князей воевод исчезла, воины наши, страха исполнясь, бежали, множество братии и чад наших в плен увели; многие города опустели, поля наши сорной травой поросли, и величие наше унизилось, великолепие наше сгинуло, богатство наше стало добычей врага, труд наш неверным достался в наследство, земля наша попала во власть неверным: в позоре мы были живущим окрест земли нашей, в посмеяние - для наших врагов, ибо познали, будто небесный дождь, на себе гнев Господень!

Мы воздвигли ярость Его на себя и отвергли великую милость Его - и не дали присматривать за нами милосердным очам. Не было кары, которая бы нас миновала, и теперь непрестанно казнимы: не обратились мы к господу, не раскаялись в наших грехах, не отступились от злых своих нравов, неочистились от скверны греховной, позабыли страшные карына всю нашу землю; в ничтожестве пребывая, себя почитаем великими. Вот почему не кончается злое мучение наше: зависть умножилась, злоба нас держит в покорстве, тщеславие разум наш вознесло, к ближним вражда вселилась в наши сердца, ненасытная жадность поработила, не дала нам оказывать милость сиротам, не дала познать природу людей - но как звери жаждут насытить плоть, так и мы жаждем и стремимся всех погубить, а горестное их имущество и кровавое к своему присоединить; звери, поев, насыщаются, мы же насытиться не можем: того добыв, другого желаем!

Моисею вот что сказал Бог: «Если обидой обидите вдову и сироту, возопят ко мне, слухом услышу вопль их, и разгневаюсь яростью, и погублю вас мечом».

Весьма ненавидит Господь Бог наш злопамятного человека. Как можем сказать: «Отче наш, отпусти нам грехи наши», а сами не прощаем? Какою, сказано, мерою мерите, той и отмерится вам. Богу нашему Слава.

"Мал час порадовахся о вас, чада, видя вашу любовь..."

Малъ час порадовахся о васъ, чада, видя вашю любовь и послушание къ нашей худости, и мняхъ, яко уже утвердистеся и с радостию приемлете божественое писание, — «на свЂтъ нечистивыхъ не ходите и на сЂдалищи губителеи не сЂдите». Аже еще поганьскаго обычая держитесь: волхвованию вЂруете и пожигаете огнем невиныя человЂкы и наводите на всь миръ и градъ убийство; аще кто и не причастися убийству, но, в соньми бывъ въ единой мысли, убийца же бысть; или могай помощи, а не поможе, аки самъ убити повелЂлъ есть. От которыхъ книгъ ил от кихъ писаний се слышасте, яко волхвованиемь глади бывають на земли и пакы волхвованиемь жита умножаються? То аже сему вЂруете, то чему пожигаете я? Молитеся и чтете я, дары и приносите имъ — ать строять миръ, дождь пущають, тепло приводять, земли плодити велять! Се нынЂ по три лЂта житу рода нЂсть не токмо в Русь, но в ЛатЂнЂ: се волхвове ли створиша? Аще не богъ ли строить свою тварь, яко же хощеть, за грЂхы нас томя? ВидЂ азъ от божественаго написанья, яко чародЂици и чародЂйца бЂсы дЂиствують на родъ человЂкомъ и надъ скотомъ. и потворити могуть; надъ тими дЂйствують, и имъ вЂрують. Богу попущьшу, бЂси дЂйствують; попущаеть богъ, иже кто ихъ боится, а иже кто вЂру тверду держить к богу, с того чародЂйци не могуть. Печаленъ есмь о вашемь безумьи, молю вы, отступите дЂлъ поганьскыхъ.

Аще хощете град оцЂстити от безаконныхъ человЂкъ, радуюся тому; оцЂщайте, яко Давидъ пророкъ и царь потребляше от града Ерусалима вся творящая безаконие: овЂхъ убитиемь, инихъ заточением, иних же темницами; всегда град господень чистъ творяше от грЂхъ. Кто бо такъ бЂ судия, якоже Давидъ? Страхомъ божиимъ судяше, духомь святымъ видяше и по правдЂ отвЂтъ даяше. Вы же как осужаете на смерть, сами страсти исполни суще? И по правдЂ не судите: иный по вражьдЂ творить, иный горкаго того прибытка жадая, а иный ума не исполненъ; толко жадаеть убити, пограбити, а еже а что убити, а того не вЂсть. Правила божественаго повелЂвають многыми послухъ осудити на смерть человЂка. Вы же воду послухомь постависте и глаголете: аще утапати начнеть, неповинна есть; аще ли попловеть — волхвовь есть.

При нашем же языцЂ чего не видЂхом? Рати, глади, морове и труси; конечное, еже предани быхом иноплеменникомь не токмо на смерть и на плЂненье, но и на горкую работу. Се же все от бога бываеть, и симъ намъ спасение здЂваеть. НынЂ же, молю вы, за преднее безумье покайтесь и не будьте отселЂ аки трость, вЂтромь колЂблема. Но аще услышите что басний человЂчьскыхъ, къ божественому писанию притецЂте, да врагъ нашь дьяволъ, видЂвъ ваш разум, крЂпкодушье, и не възможеть понудити вы на грЂхъ, но посрамленъ отходит. Вижю вы бо великою любовью текущая въ церковь и стояща з говЂньемь; тЂм же, аще бы ми мощно коегождо вас наполнити сердце и утробу разума божественаго! Но не утружюся наказая вы и вразумляя, наставляя. Обида бо ми немала належить, аще вы такоя жизни не получите и божия свЂта не узрите; не может бо пастухъ утЂшатись, видя овци от волка расхыщени, то како азъ утЂшюсь, аще кому васъ удЂеть злый волкъ дьяволъ? Но поминающе си нашю любовь, о вашемь спасении потщитесь угодити створшему ны богу, ему же лЂпо всяка слава честь.

Русский перевод

Малое время радовался я за вас, дети мои, видя вашу любовь и послушанье нашей ничтожности, и подумал, что уже утвердились вы и с радостью приемлете божественное Писание, «на совет нечестивых не ходите и на собрании развратителей не сидите». Но вы еще языческих обычаев держитесь: в колдовство верите, и огнем пожигаете невинных людей, и тем насылаете на всю общину и город убийство; если же кто и не причастен к убийству, но мысленно с тем согласился, сам стал убийцей; или, если мог помочь и не помог - тот сам убить повелел.

Из книг каких иль писаний вы слышали, будто от колдовства на земле наступает голод или что колдовством хлеба умножаются? Если же верите в это, зачем тогда пожигаете их? Молитесь вы колдунам, и чтите их, и жертвы приносите им — пусть правят общиной, ниспустят дожди, тепло принесут, земле плодить повелят! Вот нынче три года хлеб не родится не только в Руси, но в Латине (т.е. "на Западе", у латинян) тоже - колдуны ль так устроили? А не Бог ли правит своим твореньем, как хочет, нас за грехи наказуя?

Видел и я в Божественных Книгах, что чародейки и чародеи с помощью бесов влияют на род людской и на скот - могут его уничтожить; над теми вершат, а им — верят! Если Бог допустит, то бесы вершат, попускает же Бог лишь тем, кто боится их, а кто веру крепкую держит к Богу - над тем чародеи не властны! В печаль я впал от ваших безумств; молю вас, откажитесь от языческих действий. Если хотите очистить город от неверных людей, я этому рад: очищайте, как Давид, царь и пророк, истребляя в граде Иерусалиме всех творящих беззаконие - тех убиеньем, других же заточением, иных темницами, но всегда град Господень от грехов очищал он.

Кто же из вас таким был судьей, как Давид? Тот страхом Божьим судил, видел Духом Святым и по правде ответ свой давал. Вы же, вы, как можете вы осуждать на смерть, если сами страстей преисполнены? И по правде не судите: иной по вражде это делает, другой - желая той горестной прибыли, третий - по недостатку ума; хотел бы убить да ограбить, а что и кого убивать - того и не знает! Божьи законы повелевают лишь при многих свидетелях осудить на смерть человека. Вы же лишь в воде доказательства видите и говорите: «Если начнет утопать - невиновна, коль поплывет - то колдунья!» Не может ли дьявол, видя ваше неверье, ее поддержать, чтоб не утонула, чтобы и вас вовлечь в душегубство; как же, отринув свидетельство человека, созданного Богом, идете к бездушной стихии, к воде, чтобы принять свидетельства, противные Богу?

Наверное, слыхали и вы, что от Бога бедствия посланы на землю с самых древних времен: еще до потопа — на гигантов огнем, при потопе — водою, в Содоме - серой, во времена фараона - десятью казнями, в Ханаане - шершнями и огненным камнем с небес; при судьях - войной, при Давиде - мором, при Тите - плененьем, потом сотрясеньем земли и разрушением града. А в нашем народе чего не видали мы? Войны, голод, и мор, и трясенье земли, и, наконец, - то, что отданы мы иноземцам не только на смерть и на плен, но и в печальное рабство. Это же все нисходит от Бога, и этим нам спасение творит.

А теперь, умоляю вас, покайтесь в прежнем безумье и не будьте больше как тростник, ветром колеблемый. А если услышите некие басни людские, к божественным книгам стремитесь, чтоб враг наш, дьявол, увидев ваш разум и твердую душу, не смог подтолкнуть вас на грех, но, посрамленный, убрался. Ибо вижу я вас, с великим желаньем идущих в церковь и благоговейно стоящих; о, если бы мог я сердце и душу каждого из вас наполнить божественным разумом! Пусть не устану я, вас поучая, и вразумляя, и наставляя, ведь безмерная жалость давит меня, что вы такой жизни лишитесь и Божьего света не узрите: ибо не может пастух успокоиться, видя овец своих волком расхищенных, - могу ли и я успокоиться, коль многих из вас похищает волк злобный - диавол?! И помня об этом желанье моем спасти вас, постарайтесь угодить сотворившему всех нас Богу, которого вечно достойна всякая Слава и честь