Страница 61 из 169
Ибо древний мир, разумея под гениями духов хранителей, хотел сверхестественным влиянием последних изъяснить величие людей необыкновенных; а ныне тем же самым именем думают обратить их в сынов случая и разорвать союз их с Небом! То есть лучше хотят употреблять слова без мысли, нежели признать, что все эти так называемые гении суть видимые орудия Провидения, живые таинники судеб Божиих, истинные посланники Небес, долженствующие быть ангелами-хранителями народов.
Не за эту ли слепоту и неблагодарность великие благотворители человечества вземлются так внезапно от среды живых?.. По крайней мере кончина великого преобразователя России последовала вопреки всем нуждам и чаяниям Отечества. Можно было подумать, что душа его воззвана внезапу для совершения чего-либо великого в другом мире; и служитель слова без всякого витийства мог вопросить при гробе его: "Что делаем? Кого погребаем?" (начало слова при погребении Петра Великого Феофана Прокоповича). Не погребаем, - могла бы ответствовать вся Россия,- но провождаем к Престолу Царя царей одного из тех посланников Вседержителя, которым Он поручает совершать чудеса Его премудрости и любви. Гроб Петра есть памятник, свидетельствующий об особенном присутствии Божием среди праотцов наших, и вера небоязненно может начертать на нем слова царя Израилева: Видена быша шествия Твоя, Боже, шествия Бога моего, Царя, Иже во святем.
Шествия Промысла Божия в судьбах народов совершаются во свете; но иногда, для вразумления гордости человеческой, Вышний полагает тму закрое Свой (Пс. 17; 12); и тогда народы, как бы оставленные Провидением, подобно древнему Израилю, готовы бывают вопиять: Господь оставил есть нас! Господь оставил есть нас! Простерт был грозный мрак сей и над нашим Отечеством. С Петром, казалось, познало запад и зашло навсегда солнце России. Тщетно ночной мрак при начале каждого царствования озаряется яркими сияниями. То был минутный блеск молнии, - свет не созидающий, а разрушающий. Даже и в то время, когда для освящения тьмы, по гласу Промысла, взошла на тверди России, яко луна, дщерь Петрова (Императрица (1741-1761/62 гг.) Елизавета Петровна. (Прим.ред.)), даже и тогда, при тихом мерцании ее, могущественный росс не мог еще изыти на великое дело свое со всеми силами своими. Для того в венценосцах его требовалось преемство не крови токмо и благости, но и величия и крепости духа Петрова. Но можно ли было ожидать этого великого преемства, когда с дщерью Петра по видимому готов был прекратиться навсегда самый священный ряд потомков его?
Невозможно от человек, но возможно от Бога, благодеющего народу православному! Среди дщерей Германии уже давно рукой Промысла уготован [был] сосуд величия России. Все, что есть лучшего в дарах природы и искусства, украшает юную царевну; мудрые дивятся ее уму, благие - доброте сердца, но все недоумевают, для чего совокупилось столько совершенств в жене, далекой от престола? Никто не ведал, что на раменах юной наперсницы мудрости почивала будущая судьба Севера. Но Царь царей знает избранных Своих! И се, для блага России, вопреки всем преградам, - Екатерина на престоле! Теперь, народы и цари, обратите паки очи к Северу, - внемлите и поучайтесь судьбам премудрости и правды Божией! В деяниях дивной жены будут слышаться определения Небес. С какой быстротой необыкновенные события спешат окружить престол богоизбранной! Перо и меч ее, кажется, спорят между собою о произведении дел великих! Смотрите: пределы Отечества расширяются до древних рубежей земли Российской; миллионы единоверных братий возвращаются в недра общей матери - Церкви Православной**; враги имени Христова начинают трепетать при одном имени россиянина; Крест престает быть символом слабости и унижения на Востоке; на глас победы пробуждается от смертного сна Греция... Не менее чудес совершается внутри Отечества.
Из уст монархини все сословия познают свои права и обязанности; и в стенах Москвы свет видит первый в своем роде опыт того законодательства, которым столько превозносится ныне мудрость иноземная***. О, сколь же благ к тебе, любезное Отечество, Господь, удостоивший тебя видеть на престоле своем не только многих дивных мужей, но и величайшую из жен; обративший в лице ее ко благу твоему все, что было лучшего в тогдашнем иноземном образовании и искусствах!
Десница Господня сотвори сию силу; она украсила Екатерину необыкновенными дарами и способностями; она избрала ее из сонма дщерей царственных, провела среди бед и искушений и возвела на престол Российский; она окружила ее великими исполнителями великих намерений; она даровала доброте ее силу и мудрости крепость. При гробе Екатерины, как и при гробе Петра, россиянин с благоговением должен сказать: Видена быша шествия Твоя, Боже, шествия Бога моего Царя, Иже во святем!
Обратим последний взор на последнее царствование.
Боже мой, какое зрелище представляют общества человеческие! - Правила нечестия, безумно сеяные в продолжении полвека, вдруг приносят ужасный плод по виду своему****. Знаменитейший из престолов западных упадает с шумом, открывая под собою бездну, готовую поглотить все престолы в мире. Исшедший из среды сей бездны исполин закрывает ее самотканной порфирой, но дух превращений, изгнанный им из народа своего, кажется, сосредоточивается и воплощается в нем самом.
Вихрь за вихрем возметает лицо земли; уносит престолы оттуда, где они стояли в продолжении веков; ставит там, где не было ничего, кроме хижин. Над царями и народами совершается един из величайших судов Божиих!
Что будет с тобою, возлюбленное Отечество, среди этого треволнения народов и вавилонского преселения царей? Станешь ли острану победы? Или разделишь всеобщее рабство? На престоле России возседит царь благой и праведный; но что значит благость и правда пред лицом силы и лукавства? Юному ли наперснику мудрости ратовать с исполином брани?..*****
Так мыслил едва не весь мир; так судили даже те, которые наиболее желали спасения от Севера. Будущие пути Божий отстояли от путей человеческих, как небо от земли. А гордый враг? Идя от победы к победе, он и не мыслил, чтобы на земле где-либо находилось место к его поражению. В исступлении гордости он дерзнул даже изречь, что жребий России совершился.
Так, сын гордыни, сей славный жребий совершился! Великий час судеб настал! Пред тобою все преклонялось, доколе действовали против тебя одни люди, с их силами и мудростью; теперь пади сам во прах, ибо Господь воцарися... облечеся... в силу и препоясася (Пс. 92; 1)!
Здесь, почтеннейшие слушатели, надлежало бы изобразить пред вами, как совершался над богом века сего (2 Кор. 4; 4) и клевретами его величайший из судов Божиих, как погублена премудрость мудрых и сокрушена крепость сильных, как о имени Божием един поражал тысячи и десять гнали тьмы, как самые стихии поборали (боролись за правду, помогали - ред.) правде.
Это было одно из тех великих времен, в которые, по словам пророка, не имели научить кийждо ближняго своего... глаголя: познай Господа, ибо наученные страшными знамениями, все уведали Его, от мала... до великаго (Иер. 31; 34).
Так, Господи, видехом и вси языцы видеша, яко Ты еси Господь и несть подобен Тебе; Ты убиеши и жити сотвориши; в руце Твоей сила народов и крепость царств; Ты возносишь смиренных и низлагаешь престолы гордых; Ты увенчал всемирною славою Россию, положил благословенного монарха ее Александра в первенца, высока паче царей земных. Тебе убо Единому подобает слава во веки!
Видена быша шествия Твоя, Боже, шествия Бога моего Царя, Иже во святем!
И судьба Отечества не представляет ли явных знамений благословения свыше? - Тяжкие опыты, которыми Промысл любит посещать народы, Ему угодные, не видимо ли обратились к большему укреплению и славе России? Судьбы царств не решаются ли уже мановением самодержавного скипетра? Гордые враги в минуту слабости своей не находят ли спасения в нашем великодушии? Великий свиток законов и оправданий не разогнут ли пред очами всех сынов Отечества? Новые права и отличия не венчают ли трудолюбие мирных граждан? Святая Церковь не радуется ли о увеличении сонма верховных пастырей и о возвращении в недра ее чад заблудших? Будущее известно единому Богу, но истинные сыны Отечества видят уже с радостью, что не воздремлет, ниже уснет Господь храняй Израиля (Пс. 120; 4).