Слова, беседы, речи

В дополнение ко всему этому, око власти предержащей видимо обратилось на край наш особенным образом. Нужды и потребности наши не только усмотрены во всей их обширности, но, принятые к сердцу, соделались особенным предметом попечений и дум державных. Уже предначата система действий, которая, в полном развитии ее, освободив нас от огромной тяжести, нас подавлявшей, должна облегчить собою для края нашего все прочие тяжести общественные. Вскоре и град здешний, яко средоточие целой страны, явит на себе следы новых попечений о нем власти предержащей.

После этого теперь чреда, явно, за нами самими. В соответствие обстоятельствам, для нас видимо благоприятствующих, не подобает ли и нам явить новое усердие и новую готовность ко всему благому и общеполезному? И мы уверены, что почтеннейшее дворянство харьковское, уразумев важность настоящего времени, не замедлит доказать, что где идет дело о благе общем, там оно умеет забывать все свои частные виды и выгоды.

Предстоящее вам избрание на должности достойных лиц из среды вас будет первым опытом сего и вместе свидетельством, возросли ли мы до той высоты душевной, с которой можно не только видеть лучшее, но избирать его, не только избирать, но и удерживать в силе. С этой стороны дело сие, само по себе нисколько не новое, получает новое и особенное значение, и вы, при всей свободе мнений ваших, будете подлежать за него сугубому отчету. Пред кем? -Во-первых, пред своей совестью, которая тем строже должна судить вас, чем менее вы зависимы в этом случае отвне, и чем более имеете побуждений быть внимательными к своему делу; во-вторых, пред Церковью, которая, напутствуя вас молитвами, ограждая клятвой, имеет все право надеяться (ждать - ред.) от этих средств плода и действия; наконец, пред мнением общественным, которое, признавая вас первыми представителями страны нашей, по тому самому от вас первых ожидает того, что требуется для блага сей страны.

И что же более требуется для этого блага, как не избрание лиц достойных на должности общественные? Чего не будет в руках таких лиц? И оправдание невинных, и наказание виновных; и честь и достояние каждого гражданина; и мир и безопасность общественная и частная; и участь вдов и сирот, и самые последние заветы тех, которые от судов человеческих прешли на Суд Божий. Можно ли после того легкомысленно смотреть на выбор таковых людей? Можно ли не употребить всех усилий ума и воли на то, чтобы избранием достойных на несколько лет упрочить суд правый по всей стране родной?

Еще бы извинителен был в этом случае просмотр (недосмотр - ред.) какой-либо, если бы дело сие сопряжено было с трудностями. Но какая трудность? Людей достойных между вами так немало, что стоит токмо не смежать очей, чтоб видеть их. Самый образ избрания так облегчен, что благо края, можно сказать, зависит от одного мановения руки вашей. И дела столь легкого и вместе столь важного по своим последствиям для вас же не сделать надлежащим образом? Это было бы верх неразумия и безчувствия. Посему-то мы не хотим даже убеждать вас к этому; ибо всякое убеждение в таком случае отзывалось бы сомнением о собственном вашем достоинстве, а мы далеки от сего.

Скажем одно: время, почтенные избиратели, показать не словом, а делом, что мы не только, подобно малым детям, готовы забрать в свои руки все права и отличия, но и способны, подобно мужам, употреблять во благо те, которые имеем; время явить, что мы возвышены над собратиями нашими не одной породой или случаем, а и высотой мыслей, чувств и действий; время престать играть необдуманно благосостоянием не только чуждым, но и собственным.

Сделав свое дело как должно, вы во всяком случае можете покойно оставаться каждый под смоковницей своей, в полной уверенности, что ваши представители не воздремлют, ниже уснут, храня покой общий. В противном случае, при каждом слухе о неправедном действии избранного цами в вашем сердце будет отдаваться горький упрек: "он избран - и мною!" Аминь.

Речь пред избранием из дворянства судей для Санкт-Петербургской губернии

Жатва убо многа, делателей же мало (Мф. 9; 37)

Вы не удивитесь, почтенные слушатели, что служитель слова почитает за долг в настоящие минуты привести вам на память эту печальную истину и полагать ее в начало своего собеседования с вами. Собравшись в храм сей, дабы пред алтарем Всемогущего испросить благословение и помощь на дело, от которого зависит благоденствие целой страны, вы поступили бы вопреки цели настоящего собрания, если бы возомнили услышать здесь одно приятное и, вместо назидания ума, исправления сердца, потребовали только занятий для воображения и пищи для чувств. Не в эти торжественные минуты и не с этого священного места слышаться словам ласкаяния и мирского витийства; здесь должна вещать любовь к человечеству; теперь должен быть слышан голос одной истины!

Что же говорит любовь к человечеству? Что жатва убо многа.

Самые законы своей многочисленностью и разнообразием не представляют ли богатой жатвы для благоразумия и опытности законоведов? Самое правосудие не есть ли нива, требующая для возделывания своего рук чистых и трудолюбивых? Жатва убо многа, -так говорит любовь к человечеству.

Что вещает истина? - Что делателей мало. В самом деле, как немного тех неизменных друзей человечества, которые, быв призваны на общественное служение ближним, подвизались бы для блага других так, как бы оно было их собственное! Как невелико число тех благих делателей, которые из любви к правде готовы были бы жертвовать всеми личными выгодами, не знали бы побуждений выше святого чувства долга, наказаний страшнее бесчестия, наносимого пороком. Невзирая на гордость века, хвалящегося просвещением и человеколюбивыми правилами, явление истинных доблестей душевных, черты действительного великодушия и бескорыстия, к сожалению, еще столь редки, что им радуются, как некоей драгоценной находке: радость правильная, но небезпечальная, дающая разуметь, как мало людей, поступающих так, как бы всем и всегда поступать надлежало.

Жатва убо многа, — многа, делателей же мало, — мало!

Вы не будете спрашивать, почтенные слушатели, почему теперь именно повторяется в слух ваш сия печальная истина, и для чего обнажаются перед вами некоторые недостатки жизни общественной, которые сокрывать от нареканий во многих случаях есть священный долг любви к Отечеству. Ваше сердце, без сомнения, уже сказало вам, что все это делается потому и для того, что теперь в ваших руках возможность если не совершенно переменить печаль сию на радость, то растворить ее радостью. - Целая страна ожидает от вас делателей; от одного слова, одного знака согласия или несогласия вашего может зависеть, чтобы они были благие и достойные: какой благоприятный случай доказать на опыте благородство души вашей, ваше усердие к Отечеству! Какая драгоценная возможность без всякого труда, без малейшего пожертвования оказать важную услугу человечеству!

И каждый из вас, почтенные слушатели, без сомнения, намерен поступить в этом случае так, как повелевает рассудок и совесть. Отличнейшие из сынов Отечества не принесут в жертву своим выгодам благоденствия соотечественников; мужи совета и силы явят самым делом, что они превыше обыкновенных слабостей и недостатков; главные исполнители воли монаршей оправдают великое доверие, им сделанное, не употреблять во зло прав, им данных; верные чада Церкви Христовой докажут чистотой поступков своих, что в открытом для всех училище Иисуса Христа лучше научаются любить правду и человечество, нежели в малодоступных лабиринтах земной мудрости.

Но почтенные слушатели, не забудем притом, что самые благие намерения, самые чистые и усердные желания, по слабости природы нашей, часто остаются без исполнения (ах, как бы род человеческий был счастлив, если бы исполнилось на деле все, что когда-либо замышляемо было к его совершенству!). То же самое может последовать и с настоящим вашим желанием избрать достойных слуг Отечеству: оно может не принести всех плодов, если не будет приложено надлежащего попечения о том, чтобы непременно исполнить преднамереваемое.

Чувствую, что вы готовы предупредить меня вопросом: "В чем должно состоять это попечение? От чего ближайшим образом зависит исполнение наших благонамерений в настоящем деле?" Совершенно уверен, что вы желаете знать это именно для того, чтобы исполнить в точности познанное. Но это такие вопросы, на которые всего лучше может и должна отвечать вам собственная ваша опытность и усердие к пользам Отечества. Служитель слова может при этом случае для руководства указать только на главные средства, ведущие к вашей цели, и не более как указать; подробное разумение этих средств, способ их употребления опять, по необходимости, предоставляется вашему благоразумию.