Слова и речи

Сам Христос Спаситель наш, уготовавший место истинным учеником Своим, не умножая небес, не отделяя никого от лицезрения Своего, одно небо, одно место с Собою всем указует, ясно глаголя: и егда уготовлю место вам, паки прииду и поиму вас к Себе, да идеже есмь Аз, и вы будете; что и подтвердил в смертнозаветной молитве Своей ко Отцу Своему, глаголя: Отче, ихже дал еси Мне, хощу, да идеже есмь Аз, и тии будут со Мною: да видят славу Мою, юже дал еси Мне, яко возлюбил Мя еси прежде сложения мира (Иоан. 17, 24); что тут скажете, баснословцы? где тут разделение мест или небес! кая преграда и стена, разделяющая от лицезрения Спасителя нашего Богочеловека и Самыя Пресвятыя Троицы? Как вы, поставив Златоустаго святаго пред самим престолом Святыя Троицы, Василия Всликаго и других не меньших святителей удаляете от того, в чем самое состоит существо блаженства нашего? Вы, как видно, никогда не раскусили преудивительных оных словес Христовых, коими Он учеников Своих, по неизреченной благости Своей, в один состав с Собою и с Отцем Своим совокупляет, глаголя: соблюди их во имя Твое, ихже дал еси Мне, да будут едино, якоже и Мы, и не довольствуя одним словом, опять повторил: якоже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тии едино в Нас да будут (Иоан. 17, 11 и 21).

Во-истинну, один состав напол и в дробные куски разделяют, кто учеников Христовых от Христа в блаженстве будущем и от престола Пресвятыя Троицы разделяют. Одна, не десять скиний, Божия с человека указана в откровении Богослову Иоанну, один Бог, вселившийся в скинии сей с человеки, один Агнец, водящий всех, и все неотлучно, аможе ходит Он, последуют Ему. Какой же волк еще и в небеси будет паству Агнца Сего возмущать и теснейшим союзом присовокупившуюся Ему разрывать? Какой супостат возможет Бога, положившаго селение Свое в человецех, изгонять от них? Блаженство вечное образуется браком, сиречь, свадьбою; в ней Христос Спаситель жених, а невеста все собрание избранных Божиих.

Такожде, рече, и воскресение мертвых (1 Кор. 15, 41). Но видение лица Божия и соединение с Ним, в чем состоит самое существо блаженства живота вечнаго, общее для всех будет, и в первые часы, и в последний единонадесятый пришедшим в виноград работать равный дается динар, и приобретший пятьми талантами десять и двумя четыре в едину и туюжде радость Господа Своего допущены будут. И что бы сему препятствовало? не думает ли кто, что и там приступ кь Богу будет меньшим чрез больших, как теперь к царю чрез бояр и большии меньшими умеют управлять? Никто сего да помышляет, ясно бо отрек Апостол, глаголя о Христе: егда предаст царство Богу и Отцу, и испразднит всяко началство и всяку власть и силу, тогда будет Бог всяческая во всех (1 Кор. 15, 24 и 28). Потребится там всякое начальство и власть, не будет там ни царей, ни губернаторов, ни владельцов, но Бог один будеть всем равно и царь, и владелец и губернатор и защитник, и отец, и брат и друг: вы друзи Мои есте, глаголет Христос ко учеником: не ктому вас глаголю рабы, яко раб не весть, что творит Господь его, вас же рекох други, яко вся, яже слышах от Отца Моего, сказах вам (Иоан. 15, 14-15).

А отсюду и видно, какое место избранным Своим уготовил Спаситель Христос, место достойное уготовления Его и крови, с коею Он уготовил совершенно соответствующее.

Будем убо истинными учениками Христовыми, слышатели правоверныи, соблюдем заповеди Его; имеяй бо заповеди Моя, глаголет Он, и соблюдаяй их, той есть любяй Мя: а любляй Мя, возлюблен будет Отцем Моим: и Аз возлюблю его, и явлюся ему Сам, и опять: аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет: и Отец Мой возлюбит его, и к нему приидем и обитель у него сотворим (Иоан. 14, 21. 23). Дадим место в душах и телах Спасителю нашему, со Отцем Своим жити в нас хотящему, да взаимно дадут Они нам место уготованное в небеси, на самом престоле Своем, в самом недре любви Своея. Вознеслся Христос в небеса уготовати нам место, которое око не виде, ухо не слыша, и на сердце человеку не взыде (1 Кор. 2, 9), — уготовим же мы себя к тому месту, да пришед Он поимет нас с Собою, да идеже Он есть, и мы будем во веки. — Аминь.

Источник: Слова и речи Георгия Конисскаго, Архиепископа Могилевскаго. — Издание редакции Могилевских Епархиальных Ведомостей. — Могилев на Днепре: Скоропечатня и Литография Я. Н. Подземскаго, 1892. — С. 314-318.

Слово в день Введения во храм Пресвятыя Богородицы (1783).

О отрочати сем молихся и даде ми Господь прошение мое, и аз отдаю е (отроча) Господеви во вся дни живота его на служение Господеви (1 Цар. 1, 27-28).

Что сотворила Анна жена Елканова во время Ветхаго Завета, тоже сотворила Анна другая, жена Иоакима праведнаго, при наступлении новой благодати. Первая, быв неплодною, просила у Бога чадородия, и родив Самуила, отдала его в служение Богу; другая равнообразно молилась о разрешении неплодства своего и, выпросив дщерь преблагословенную Марию, не инако поступила, как и первая, приведши дар сей небесный во храм Иерусалимский в служение Богу.

О дабы сии святые примеры послужили вообще всему супружеству; дабы, говорю, все супруги пеклися о том, чтобы чада их были плодом молитвы и благословения; чтобы, получив от Бога просимое, отдавали детей своих в служение Богу! Знаю, что скажут многие: обе Анны ради неплодства своего просили чад у Бога: чтож нужды в прошении сем плодородным? Иная бы Анна хотела совсем не раждать; да и все ли раждаемое, весь ли род человеческий отдавать в служение Богу? — Так конечно должно быть, я ответствую. Все даемое от Бога Богу воздавать долженствуем, и если что доброе получить хощем, конечно Бога просить о том нужду имеем; инако ни доброе что получить, ни полученное удержать никак не можем. О чем и следует моя беседа.

Если обычаи наши и образ бытия так сильны, что почти превращают нас в то естество, коему сами свойственны: то я смело могу сказать, что большая част человеков рождена в мир подобными безсловесным, а не человеками. Человек, отличный по существу своему от прочих тварей, должен по душе своей разумной познать себя и должности свои к Творцу своему, показать в себе подобие самаго Создателя, по коему он сотворен, повиноваться Его святым заповедям, чаять воскресения мертвых, ожидать непременно или награждения за дела благая, или отмщения за злая. Как же о тех человеках судить, кои в целом житии своем не имеют попечения о всем том, что до существа человеческаго принадлежит, а все их попечение — о угождении чреву и наслаждении чувственном? Они безсмертие души, воздаяние благим и злым за басни вменяют. И как ясти и пити не хотят от поту лица своего, но — чужими трудами, уподобившись хищным зверям и птицам: так, и в силе сущи, обижают немощных, и лихоимствуя всякую неправду делают, словом: во все свое житие больше чреву, нежели Богу работают. Таких, говорю, человеков кто за человеков почитать станет? Не паче ли скотам безсловесным и хищным зверям они подобны? Если не верите в сем мне, то верить долженствуете Духу Святому, о таких людях устами апостола Петра сказующему: сии, говорит, яко скоти животни, естеством бывше в погибель и тлю... сласть мняще вседневное насыщение (2 Петр. 2, 12).

Они похотьми своими упоены бывше, часто отрыгают смрадное безбожников слово: где есть обетование пришествия Его? отнележе бо отцы успоша, вся тако пребывают от начала создания (2 Петр. 3, 4).

Если же так, что наши скотские нравы почти претворяют нас в скотов и зверей, как и сам Дух Святый сие утверждает: то заключить можем, что большая часть человеков подобными безсловесным, а не человеками раждаются в мир сей. Для того я и предложил, что надобно всем вообще супругам просить с небеси — человеков зачинать и раждать, а не скотов и зверей. Признаюсь, что я нигде в историях не читал доселе, чтоб чадо молитвы уподобилось скоту несмысленному или зверю. На сей случай одною нам довольно в пример сына молитвы Самуила. Он кроме непорочности и богоугождения своего был украшен всеми добродетельми; и когда отдавал верховную власть и судейство свое новоучрежденному царю Израильскому, то, собрав весь народ, с дерзновением говорил ему: еда у кого тельца взях, или осля, или кого от вас насильствовах, или кого утесних, или от руку некоего приях мзду, извещайте на мя и возвращу вам (1 Цар. 12, 3). О судии! слышите судию Израильскаго: можете ли речи его произнести пред небом и землею, пред Богом и человеки? Да вы, и в ложнице сидя, с одною присутствующею совестию вашею, зажимаете не только уста ваши, но и мысли, еслиб только могли связать их.