Слово о женах мироносицах

Слово о женах мироносицах

Введите сюда краткую аннотацию

ru

Your

Name

FictionBook Editor Release 2.6

25 July 2012

07C395B5-F9DD-4BF4-AD9F-9D7F36A936C8

1.0

1.0 — создание файла

Слово о женах мироносицах и о приявшем Божест­вен­ное Тело Гробе Господа нашего Иисуса Христа и об Иосифе Аримафейском и на тридневное Воскресение Господа нашего Иисуса Христа.[1]

1. Достохвальный и таковой закон (обычай) Церкви выражает­ся в том, чтобы мы совершали памятствование тридневной смерти нашего Спасителя (пребывая) в Храме-Усыпальнице (ориг. – «в Сокровищнице умерших»)[2]. Потому что, принимая на ум животворящую кончину Спасителя, кто не придет к заключению, что умершие пребывают как-бы в боже­с­т­вен­ных скиниях в ожидании небесной трубы, имеющей всех нась приз­вать из наших гробов на страшный день суда? Кто же, взирая на оный спаси­тель­ный Гроб (Христов), не приступает к гробам (усопших) как к чертогам, заключа­ю­щим в себе жизнь? Кто, веруя в Возстание Господа из мертвых, и сам не настро­ит­ся к тому, чтобы возстановить себя самого (отойдя от мертвости греха), имея наследо­вать чрез Него (и свое) воскресение[3]? Итак, следуя сему прекрасному закону (обычаю) Церкви, вы, бодрству­ю­щие, притецыте к почива­ю­щим в гробах; когда вы находитесь в тесноте в этом месте, расширьтес духом любви (друг к другу); Христо­любивый народ напоминает собою виноградную кисть, в которой ягода примыкает к ягоде, так и вы – соединены друг с другом; и услышьте желан­ную для вась тайну смерти, которую и после того как узнает, никто из смертных не в силах постигнуть.

2. Владыка Христос, Единородный Сын Божий, по Своей воле, – не[4] по необходимости, – восшед на Крест, и распростертием Сво­их рук защитив всякую тварь, и посрамив все невидимыя и лукавыя силы Страстью Своего Тела, изволил, чтобы Его святая Плоть вкусила тридневную смерть ради спасения всей природы, дабы в силу ея (Своей смерти) даро­вать Воскресение умершему человеческому роду; и, вот, склонив святую Свою главу, Он велел смерти, как служанке, приступить к Его Плоти; и немедлен­но же, точно рабыня, пришла смерть, служа Владычнему повелению и, приняв Тело, которое получило повеление взять, она задержала Его (в своей области). И, вот, в то время, как Его Тело, страшное для Херувимов и трепетное для Серафимов, удерживалось смертью, какь это пожелал Господь Тела, а Душа Спасителя приняла на себя проповедь благове­с­т­вования душам (быв­шим в аду) их искупление, – и нико­им образом Божест­вен­ная Его природа не отделилась от Его человеческой природы после соединения их (в Его Воплощении), но и на небесахь было и в гробу безстрастно пребывало, сохраняя нетлен­ным Свое одеяние (т. е.

воспринятую Им плоть), потому что таким образом совершалось дело Домостро­итель­ства, – тогда Иосиф, некий знатный и богатый муж, носящий имя по Аримафеи, став­ший учеником Распятаго, приступил к Пилату, моля его и говоря: «Сию просьбу я приношу тебе об Умершем, оклеветан­ном врагами; во время же Страданий Его, покинутом друзьями. Я молю о Мертвом, не имев­шем ни золота, ни серебра, ни войск, ни споборников, ни копьеносцевь, никого – за исключением лишь бедной Матери, Которая была богата тем, что имела Его Сыном. Я приношу моление о Мертвом, добровольно приявшем смерть: потому что если бы Он не пожелал, Он бы не умер. Итак, пусть уже Он будет снят с Креста, Он, Который отнюдь ни вь чем не имел вины, благодеяние же оказывал безчислен­ному множеству людей. Окажи мне милость, больше которой и не можешь оказать; милость окажи мне, которая меня, приемлющаго ее, делаеть блажен­ным. Даруй мне Животворящаго Сего Мертваго, дабы, прияв Его, я предал Его земле. Даруй мне треблажен­ное Тело, которое, увидев умершим, тварь восплакала. Даруй мне треблажен­ное Тело, которое, видя бездыхан­ным, храм разорвал свою завесу. Даруй мне Тело, по причине котораго камни раскололись, сво­им расщеплением выражая свою скорбь. Я облобызаю язвы святых рук, которыми были исцелены язвы моей души. Осяжу оное пречистое ребро, из котораго истекли таин­ствен­ная Кровь и Вода возрождения[5].

Пусть мои руки похоронят Того, Кто имееть разор­вать узы смерти. Пусть грешные пальцы позаботят­ся о Совершителе всякой правды и наставления. Прикоснусь к безгрешной плоти, к которой всякий с верою прикаса­ю­щийся – треблажен. Предпошлю в гробницу Того, Кто имеет отверсть могилы умершим. Я проведу для усопших Источник Воскресения. И для держимых в аду я зажгу светильник Воскресения».

3. Это благо­честиво сказал Иосиф. Пилат же выслушал благосклон­но: потому что боже­с­т­вен­ная сила просимаго от него Мертваго, боголепно содействовала делу и склонила душу Пилата к послушанию; и немедлен­но посол (т. е. Иосиф Аримафейский) явил­ся погребателем. Получив желан­ное им Тело, он, обняв, облобызал его и приложил­ся губами к святым членам, помышляя в себе так: Если оная женщина, имев­шая кровоточащую рану, сь верою прикоснув­шися кь Его одежде, изсушила у себя ток крови[6], то я, прикасаясь к Его Божест­вен­ному Телу, какие только не получу от этого дары?! – Затем, чистой плащаницей обвив Жемчужину, он положил Ее в своем новом гробе и, привалив камень к устам гробницы, со слезами вернул­ся к себе, при этом часто оборачиваясь к гробнице и оплакивая утрату Учителя. Но нечестие иудеев опередило благо­честие Иосифа. Потому что снова собрав­шись в субботный день, богоборцы пришли к Пилату, заявляя: Господи, помянухом, яко льстец он рече еще сый жив: по триех днех возстану. Повели убо утвердити гроб до третияго дне: да не како пришедше ученицы его нощию, украдут его, и рекут людем: воста оть мертвых, и будет последняя лесть горша первыя (Мф.27:63–64). – Что говоришь ты, обманщик и беззакон­ный иудей? – Был ли обольстителем Тоть, Кто исцелял сущих одного народа с тобой прокажен­ных?

Был ли обольстителем Тот, Кто единоплемен­ных с тобою слепцов освободил от присущей им с рождения ночи? Был ли обольстителем Тот, Кто одержимых бесами избавил от бешен­ства демонов? Был ли обольстителем Тот, Кто в пустыне предложил тебе трапезу, не возращен­ную руками человеческими? Был ли обольстителем Тот, Кто воззвал Лазаря из гроба, и мертвеца, как бы спящаго, разбудил Сво­им словом? Христос был обольстителем? – Тогда кто же иной – истин­ный? Христос быль обольстителем? – Так чего же ты страшишься того, что «обманщик» сказаль? Был Он обольстителем? – Так чего же ты бо­ишься слов Мертваго? Действи­тель­но, Он сказаль нечто о Воскресении, еще будучи в жизни? Конечно, ты веришь Его предсказаниям? – Так чего же напрасно ты мучишь себя прежде события? Ведь, если не воскреснет Оный Мертвый, который являет­ся предметом тво­их безпокойств, то ясно, что Он – обольстител, как это ты и хулишь.

4. Что же в ответь сказал имь Пилать? – Имате кустодию, идите, утвердите, якоже весте (Мф.27:65). – Если вы до такой степени бо­итесь онаго противника Божияго и беззакон­ника, – как это вы его так называете; – если вы, живущие, так устрашаетесь Умершаго, – то у вас есть стража, у вас имеют­ся во­ины; воюйте многие против Одного, закуйте страшнаго для вас Умершаго, делая это, как сами знаете. Хотите поставить печати на гроб? – Ставьте. Хотите обнести гроб железными цепями? – Обнесите. Не говорите, в конце концов: если бы нам было допущено охранять гроб, то мы бы не потеряли Мертвеца. – Идите, утвердите, якоже весте. Если там покажет­ся Петр, уничтожьте его. Если явит­ся кто из учеников Назорея, то, встав, сразу же убейте его. Пребывайте бодрству­ю­щими и строго соблюда­ю­щими стражу, чтобы никто, если вы уснете, не возмог бы похитить от вас вашу награду. – Итак, снабжен­ные таковыми наставлениями, оружием и войсками, враги Спасителя с рвениемь и яростью захватили Гроб Господень, и возложив железныя печати к Гробу, сидели возле, соблюдая стражу, до тех пор, пока это было угодно Охраня­емому ими.

5. Между тем, когда настал уже второй день после смерти Спасителя, смерть, как и в первый день, лелеяла в себе свою Добычу, и возжелав впиться в Нее сво­ими зубами, укус которых приводил тело к истлению, оказалась безсильной это сделать. И на второй день, опять же, возжелав попробо­вать это, не возмогла. И недо­умевая, как представляет­ся, она так разсуждала сама сь собой: – Кто же – Этот несокрушимый и необыкновен­ный Мертвец? Кто это – Кто по закону (природы) являет­ся мертвым, и, однако, выше закона сохраняет­ся нетлен­ным? Богом Он не может быть: потому что Сущий безплотный не оказал­ся бы подвержен­ным смерти. Ангел Он не есть: потому что Он носит человеческий образ. Как Адам, Он подвержень моей власти, но, в отличие от Адама, не подвергает­ся тлению. Как человек, Он претерпель смерть, но, в отличие от смертных, не допускает к Себе последствий ея. Плоть Его являет­ся сильнее тления. Никто из от века умерших, сущихь под мо­им царством, не пришел ко мне, обладая таким телом. Не являет­ся ли это Тело одеянием Бога, и по этой причине оно, таким образом, противосто­ит мо­им устам? Не являет­ся ли оно скинией Бога Слова? Не являет­ся ли оно храмом Того, Кто сказал иудеямь: Разорите церковь сию, и треми деньми воздвигну ю (Ин.2:19)? Не сохраняет­ся ли Он нетлен­ным ради Воскресения?